но радоваться, действительно перехотелось.
Не помню, откуда у меня в голове эта мудрость, но я слышал, что боль – это самый очевидный признак того, что ты еще жив. Так вот, последующие месяцы я впервые по-настоящему жил. Дни сменялись один за другим в бесконечной череде изнурительных пыток. Да, если Высшие Тени называли их тренировками, то это еще не значит, что я с ними согласен. Пытки они и есть. У меня болели даже те мышцы, о наличии которых я ранее не догадывался.
Программа этих безумцев категорически отличалась от той, к которой я привык. Там сила главный аспект боя, как в атаке, так и в защите. Честно признаться – совсем не мой вариант, ведь я не даамонец. Поэтому в глубине души я прятал толику радости. Самую малость.
Моя нынешняя подготовка проходила под лозунгом: «ты должен суметь нанести удар из любого положения, а лучшая защита – это не принятый на щит выпад врага, а тот, который вообще не попал».
Кстати, тренировки проходили в боевом блоке, доступ в который я получил благодаря своему новому статусу. Самостоятельно передвигаться по всей территории крепости, конечно же, не мог. Да и остальные зоны для меня так и остались закрытыми, а я так хотел посмотреть, как живут ремесленники. Просто посмотреть. Их труд я уважаю, но себя вижу совершенно в другом направлении.
К сожалению, именно это желание решило пока не сбываться. Зато я действительно рос в силе. Ну, так говорили ребята из отряда Аластара. Сам он лишь разочарованно закатывал глаза, а я... ну, я обычно скрежетал зубами от боли и усталости, и совершенно не понимал, что происходит.
К слову, боевой блок – это нечто. Он совсем не похож на ученический. Помимо нескольких казарм, здесь располагались высокие домики с индивидуальными апартаментами. Каждый из трех отрядов Высших Теней имел свой домик. Остальные предназначались для руководства простых отрядов, а сами рядовые Тени обитали в пресловутых казармах.
Еще в боевом блоке есть самая настоящая таверна, где вернувшиеся с задания воины могли немного выпустить пар. Для меня этот факт почему-то казался абсурдным. Есть ощущение, что это предрассудки моего второго "Я". Не знаю, на чем они основаны. Ну, подумаешь, таверна в храмовой крепости, но не в самом же храме.
Самой главное же достопримечательностью боевого блока оказался комплекс тренировочных арен. Честно признаться, когда я впервые увидел «Это», то застыл на месте с раскрытым ртом. Арена для дуэльных баталий обычная. Да, она больше учебной арены, но это не так критично, а вот комплекс тренировочного артефактного оборудования, густо напичканного в полосы препятствий – просто за гранью понимания.
Учебу в корпусе я, кстати, не бросал. Кто бы мне позволил... Поэтому приходилось совмещать. Зато сил больше ни на что не хватало. Не жизнь, а мечта. Никаких тебе переживаний, ни страхов, ни волнений. К концу второго месяца, мне даже показалось, что нынешний образ жизни мне начинает нравиться. Да и чего уж говорить, боли я никогда не боялся, что также является эхом прошлой жизни, я так думаю.
В один из, не побоюсь этого слова, прекрасных дней, Учитель сказал: – Ты готов!
Ладно, не говорил он так, лишь недоверчиво скривился, когда я, наконец, сумел пройти полосу препятствий. Далеко не самую сложную, конечно, Аластар называет ее детской, но все же. В ученическом корпусе тоже есть нечто подобное, но по сложности они и рядом не стоят.
– Да ладно тебе, командир, – усмехнулся тот самый воин, что сопровождал меня во время испытания. Его, кстати, зовут Азиль. Даже не думал, что он умеет улыбаться. – Парень отлично справился. За два месяца пройти усиленную программу Теней – это показатель.
– Согласна! – Одобрительно кивнула, Ахра, единственная женщина в отряде учителя. Должен признать, что женская красота с каждым разом открывается для меня все с более неожиданных сторон. Ахра вообще не похожа на ту же Авану. Во-первых, она выше, метра два, думаю. Во-вторых, она обладает более внушительным телосложением, но, несмотря на это, она совершенно не теряет в женственности и красоте. Просто она другая, и все. Кстати, прическа у нее вообще необычная. Правая сторона головы выбрита наголо, что женщина постоянно и демонстрирует.
– А разве она не восстановительная? – Удивился я, сражаясь с тяжестью воздуха за право находиться в вертикальном положении.
– А? – На мне скрестились два недоумевающих взгляда.
– Ты болен, что ли? – В голосе учителя проскочили нотки наигранной раздраженности.
– Э-нет, но...– растерялся я, наконец, восстановив дыхание.
–Ну, вот и не задавай тупых вопросов!
Я внял словам учителя и со всем усердием давил в себе неуемную любознательность. Выходило так себе. Особенно когда разведчики обнаружили логово ящера, который успел потрепать два отряда Теней, занимающихся зачисткой мелких червоточин. Должен признать, новость меня слегка шокировала. Высшие Тени, конечно, сильно выделялись по сравнению с обычными воинами, словно непобедимые полубоги, способные в одиночку сражаться против небольшой армии врага. Тени же были просто очень сильными и весть о многочисленных смертях в их стане, меня, если честно, насторожила.
На следующий день после того, как наш командир получил задание на зачистку логова, отряд выдвинулся за стену. Меня, признаюсь, слегка потряхивало. Во-первых, это моя первая официальная вылазка, и не куда-то на скальное плато в безопасной близости от крепости, нет. Мы вышли на самое настоящее задание. Неописуемое ощущение. Вроде бы и страшно, но в то же время так волнительно! Практически весь путь через ущелье мое лицо сводило судорогой от несмывающейся счастливой улыбки.
– Не скалься, бесит! – Пробурчал Агрид, самый молодой член нашего отряда, не считая меня, конечно. Никогда не думал, что ощущать себя частью слаженного боевого отряда, объединенного общей целью и личностной синергией, настолько приятно. От этой мысли улыбка моя расплылась еще шире. Да, с первым заданием я мог по праву называть себя частью этого отряда!
– Тц, – закатил глаза Агрид, характерно цыкнув языком и тут же беззвучно рассмеялся.
– Чего вы там шумите? – Повернулась Ахра, которая двигалась справа от меня. – Ты чего скалишься? – Ее удивлённый взгляд остановился на моем лице. На вопросе воительницы Агрид закашлялся.
Ответить я не успел. Командир вскинул руку над головой, сообщая об опасности и отряд остановился, чуть пригибаясь к земле. Сам я ничего не заметил. Лес как лес, только мрачный какой-то, но тут все такое. Правда, вера в командира должна быть безоговорочной. Более того, поговаривают, что
