я вас вызвал. Я его знаю. Этот человек был правой рукой Зольдара и его помощником. По моим сведениям, он замешан в торговле запрещёнными артефактами и редкими ядами. Вроде, как и яд, которым отравили правителя, сделал кто-то из его пленников.
— Нет, — сказал я. — Либо Зольдар не знал, что у него есть родственник. На розетте чёткий отпечаток родственника лекаря. А среди людей, которых вытащили из дома Зольдара не нашлось такого.
Филипп поморщился, глядя на меня, а Сайман сказал:
— Значит, этого умельца спрятали. Плохо, что у власти трётся такой человек.
— Прибавьте туда и Алишу, — сказал Филипп. — Эта сука была любовницей Зольдара. Я думаю, что роман с Максимилианом она завела по его приказу, а Киерана приставили, чтобы за ней присматривать.
— Она и сама могла такое придумать, — сказал Сайман. — Выдумки этой суке не занимать.
Меня перспектива отчитываться перед каким-то выскочкой, а уж тем более перед Алишей не радовала. Прежний император хоть и был своеобразной личностью, но мужик был адекватный и с ним можно было договориться. Что придёт в голову обиженной на целый свет даме, никто не скажет.
— Нужно что-то сделать, чтобы оградить нас от неприятностей и проблем из-за их творчества.
Все посмотрели на Карла. Молодой герцог вздохнул и сказал:
— Если только как-то блокировать работу канцелярии. Начальник там остался старый. Я могу с ним поговорить. Если он согласится, то все документы будут поступать в совет.
— Только не говорите ему об этом.
— Я не общаюсь с ним после того, как появилась Алиша. Она сделала всё, чтобы мы поругались. Отвратительная особа. Спасибо вам, Георг, за шанс.
Я лишь усмехнулся. Мы решили, что заседание останется в тайне, если потребуется снова обсудить что-то и скрыть это от посторонних ушей, то собираться будем тут.
— А об этом никто не узнает? — заволновался Карл.
Атуан рассмеялся и сказал:
— Если никто из нас не станет попусту болтать, то ничего не случиться. Подумаешь, несколько мужчин собрались вместе, чтобы выпить по бокалу вина. Кого это может волновать?
Все рассмеялись, а я вздохнул. Сообщить о том, что в чьём-то доме собирается подозрительная компания мужчин, найдётся кому. Подписывать какие-то бумаги мы не стали.
Но на пороге Атуан остановился и сказал мне:
— Георг, вы отличный человек и беспристрастный судья. Будьте аккуратны с этой парой — Филипп и Сайман. Я точно знаю одно — драконий венец был переплавлен во времена императора Карла, а из рубина было сделано имперское украшение. Так что вы могли найти что угодно, но не его.
— Но зачем?
Атуан рассмеялся.
— А вы посмотрите дело о лишении титулов и званий сына Филиппа. Да и этот Пьер какой-то странный. Где это видано, чтобы коронованный правитель не хотел вернуть трон предков. И почему Филипп молчит, что Зольдар ему родственник? Он вроде бы ему дядя. Подумайте на досуге.
Когда они ушли, я сидел в кресле и думал о том, как быстро всё это дойдёт до Максимилиана. Они хоть и говорят, что он управлять не будет, но император далеко не глуп. Ему быстро надоедят развлечения и об управлении государством он вспомнит. А потом мысли перекинулись на слова Атуана. Чтобы там ни было, но он прав. Вот только зачем меня втягивать в какие-то неприятности? Филипп хочет иметь козла отпущения? Если герцог организовывает заговор против короны, то появление Алиши рядом с Максимилианом вполне оправдано.
Пьер сел рядом и спросил:
— О чём думаешь?
Я хотел было всё выложить, но потом вспомнил слова Атуана о том, что если Пьер король, то должен вернуться в страну, которая переживает не самые лучшие времена, а он ошивается рядом со мной. С чего бы это Сайман так лихо признал в этом непонятном мужике сына Сусанны? Жил Пьер в моём доме давно. Сайман его видел ни один раз, но всегда молчал, а тут шок и ужас. Коронованный правитель. Все в шоке и соплях. Я улыбнулся.
— Ни о чём. Просто день был тяжёлый. Иди отдыхать, а я ещё посмотрю документы.
— Георг, — сказал он мне, когда я был уже на пороге. — Я всегда с тобой и поддержу в трудную минуту.
Я улыбнулся.
— Я знаю, Пьер. Ты мой самый надёжный друг. Я, в самом деле, просто устал. А надо ещё в библиотеке кое-что посмотреть. Дело у меня наметилось какое-то непонятное.
Я вышел из гостиной и направился в сторону библиотеки. Мне нужно было найти всё, что так или иначе связано с легендарными венцами. Я в который раз подумал или подумала, что нужно родиться в этом мире, чтобы знать всё и не попадать в неприятности. А если Атуан прав, то меня втягивают в какие-то интриги, которые легко окончатся на плахе.
Найти книги по легендам, связанным с этими артефактами, оказалось далеко непросто. К моему удивлению они оказались в разделе, где были собраны сказки. Тут оказались только легенды о том, что когда-то жило три брата, а потом, как в Гарри Поттере. Я закинул книгу назад на полку.
В кресле в тёмном углу сидела моя кухарка и читала книгу. Когда она меня увидела, то вскочила.
— Сиди.
— Вы разрешите мне читать?
— Разрешу. Расскажи мне всё, что знаешь о трёх легендарных венцах. Только не сказу о трёх братьях.
Женщина рассмеялась, а потом сказала:
— Мой дед преподавал в пансионе для мальчиков, что в Пелече. Он рассказывал много интересного. Дедушка говорил, что легендарные венцы давно канули в вечность, потому что принесли своим обладателям массу бед. А о том, что драконий венец переплавили слышали многие.
Она встала и достала с полки какую-то книгу.
— Это его работа. Тут и рисунки есть. Подлинник книги, откуда он взял эти рисунки, согрели во время пожара в академии Дилана.
Я смотрел на картинки и понимал, что меня водят за нос.
— Как же я не люблю, когда мне врут, — прошипел я.
— Я слышала от горничных, что Александр плохо спит. Мальчику снятся какие-то кошмары.
Я
