Людское море расступилось перед каретой. Джордан, угрожая шпагой, удерживал бунтовщиков на расстоянии. Кучер Джек вовсю орудовал хлыстом. Дрожащие лошади сорвались с места и понеслись к воротам. Джордан продолжал грозно размахивать оружием. Вдруг откуда-то долетел звук выстрела. Стреляли в воздух. Люди застыли. Одновременно из всех глоток вылетел испуганный вздох.
По грязной зеленой лужайке к толпе приближалась цепь элитной части драгунов. Солнце сверкало на их касках. Плюмажи развевались по ветру.
Столпотворение тотчас прекратилось. В мгновение ока толпа рассеялась. Сотни зевак, слушавших оратора и пялящихся на дармовое зрелище, бегом кинулись к воротам. Никто не хотел попасть под арест. Не обращая внимания на давку и не щадя соплеменников, Джордан бросился вслед за каретой. Его конь громким ржанием распугивал народ, но Джордан ни к кому сейчас не испытывал сострадания. Наконец он поравнялся с экипажем.
В основном люди стремились выбежать на Оксфорд-стрит. Джордан велел Маре не поднимать шторы и не подавать голос. Довольно быстро они оказались на Грейт-Камберленд-стрит и, не снижая скорости, прибыли к знакомому кварталу полумесяцем, где она жила.
Не успел кучер остановить экипаж, как Джордан уже соскочил со своего белого скакуна. В тот же миг дверь в дом распахнулась. На пороге появился растерянный дворецкий. Джордан распахнул дверцу кареты и взял из рук Мары плачущего малыша. Она сделала жест в сторону подъезда. Джордан быстро вбежал на крыльцо и внес ребенка в дом, а бледный кучер помог женщинам выйти из кареты. Джордан передал Томаса дворецкому, а сам вернулся, чтобы поддержать Маару и няню. Как только леди оказались в доме, он захлопнул дверь и запер замок.
— Миледи, что с вами случилось? — воскликнул дворецкий, но Мара не могла говорить. Она в молчании махнула рукой и усадила старую няню в кресло у стены холла, потом забрала из рук дворецкого всхлипывавшего сына и стала осыпать его поцелуями, чтобы поскорее успокоить. Джордан прошел к арке окна, сдвинул занавеску, выглянул на улицу, но не заметил никаких преследователей. Он вполне допускал, что толпа может броситься вдогонку.
Подружка регента!
Он стиснул зубы.
Из конюшни за домом выскочили грумы помочь кучеру увести лошадей. Слава Богу, у одного из парней хватило ума увести и белого гунтера. Теперь, когда ни коляски, ни лошадей перед домом не было, опасность преследования уменьшилась.
Разглядывая конюхов, Джордан нахмурился — он заметил, что кучер вытирает со лба кровь. Должно быть, ему попали камнем по голове. Тут Джордан вспомнил, что его собственная челюсть еще хранит воспоминание о кулачной схватке. Тогда он пропустил несколько ударов, но пока еще не почувствовал их последствий.
— Рис, пошлите за доктором. — Это Мара отдавала приказания дворецкому в холле.
— Не нужно. — Джордан отвернулся от окна и подошел к женщине. — Я кое-что понимаю в медицине. Кому-то нужна помощь?
Мара взглянула на него с удивлением.
— Правда понимаете?
Джордан кивнул. Медицинская помощь на поле боя являлась частью профессиональной подготовки каждого агента. Так же как и владение любыми видами оружия.
— Вы посмотрите Томаса? — Мара сделала шаг ему навстречу и протянула малыша.
— Конечно. — Джордан опять кивнул и, встретившись с ней взглядом, вдруг осознал, что Мара доверила ему самую большую свою ценность, ведь дороже Томаса у нее никого не было.
— Снимите с него, пожалуйста, шапочку, — спокойным тоном произнес Джордан. — Убедимся, что он не стукнулся головой.
Мара тут же принялась исполнять его распоряжение, но у нее так дрожали руки, что она запуталась в лентах. Джордан мягко отвел ее руки и сам развязал узел на пестрой шапочке с маленькими колокольчиками на уголках. Чем-то она напоминала шутовской колпак.
— Когда он повзрослеет, ему не понравится, если вы будете заставлять его носить такие вещи, — с улыбкой заметил Джордан, стараясь легким разговором отвлечь ее от мрачных воспоминаний. Он видел, что Мара до сих пор не пришла в себя.
В ответ женщина нахмурилась.
— Я сама ее связала.
— Э-э-э… Отлично. — Джордан опустил взгляд. Шутка не удалась.
Томас продолжал реветь во всю глотку. Неприятности в парке еще небыли забыты.
— Ну хватит уже, молодой человек, — мягко проговорил Джордан, снимая с него шапку. Потом провел рукой по мягким волосам, пытаясь определить, нет ли шишек.
— Что-то не в порядке? — с тревогой спросила Мара.
— Нет-нет. Он вообще-то падал в карете?
— Нет. Я все время держала его на коленях.
— Вот и отлично.
Джордан пришел к выводу, что с мальчиком не случилось ничего страшного. К тому же осмотр отвлек малыша от неприятных переживаний, он тут же перестал плакать, оттолкнул руку Джордана и с негодованием уставился на чужого мужчину. Казалось, его большие темные глаза говорили: «Не прикасайся ко мне! Ты не моя мама!»
— Вам не о чем волноваться, — заявил он встревоженной матери, но по ее беспокойному виду понял, что та не успокоится, пока он не осмотрит малыша с головы до ног.
Джордан не стал спорить. Мара держала сына, а он осторожно ощупал его ручки и ножки. Ребенок стал смеяться, решив, что это новая игра. Джордан против воли был очарован.
— Не беспокойтесь, миледи. Малыш в полном порядке.
Услышав смех сына, Мара наконец поверила, что жизнь еще не кончена, и облегченно вздохнула. Потом посмотрела на Джордана. В ее взгляде отразилась такая благодарность, что он испугался, как бы она не лишилась чувств.
— Благослови вас Бог, — прошептала она.
Джордан поддержал ее за локоть.
— А с вами все в порядке?
— Думаю, да.
Она опустила Томаса на пол, малыш тут же испустил воинственный вопль и бросился за котом. Джордан внимательно посмотрел на Мару.
— Вам надо присесть.
Мара отрицательно покачала головой:
— Ничего страшного. Вы не посмотрите миссис Басби?
Джордан кивнул, подошел к няне и спросил, как она себя чувствует. Старушка потерла грудь.
— Никогда еще у меня так не колотилось сердце, — призналась она.
Джордан взял ее кисть, послушал пульс и решил, что женщина очень взволнована, но не больна.
— Вам следует отдохнуть, мэм.
Мара кивнула в знак согласия.
— Отдохните сегодня, миссис Басби. Мэри присмотрит за Томасом.
Миссис Басби вцепилась в руки Джордана.
— Благодарю вас, сэр, за то, что вы спасли нас. Простите, но я даже не знаю вашего имени.
— Это лорд Фальконридж, миссис Басби. — сообщила Мара. — Джордан, это няня Томаса. О детях она знает больше, чем написано в тысяче книг. У нее тридцать внуков.
