может сделать с ней рок Гран, если она проболтается, возникли в мыслях Этайн, вызывая короткий приступ паники. Он или его верные псы – Мев и Мар. О, они с удовольствием выполнят эту прихоть Меура и, несомненно, получат море удовольствия.
Но Лисс быстро скинула с себя предательское оцепенение. Это просто паника, ей нельзя поддаваться – иначе ты мёртв. Это первый и самый важный принцип в бою. Просто надо успокоиться. Если рок Гран к ней снова полезет, то она сможет дать отпор. Этайн очень хотела в это верить.
Лисс не собиралась жаловаться кому-то, но рассказать Дахут была обязана. Этайн не была в курсе всех тонкостей их отношений, но если Меур повёл себя так с ней, то где гарантия, что он не поведёт себя так же однажды с подругой? И хотя, тут у Лисс не было никаких сомнений, Дахут точно сможет дать отпор, лучше было бы предотвратить эту ситуацию.
Однако поговорить так и не удалось. Этайн хотела сделать это в спокойной и располагающей обстановке, чтобы обойтись с Дахут как можно мягче, но собственная загруженность и усталость просто не позволяли этого сделать.
На одной из тренировок по боевой магии Этайн оказалась в паре с Маром. Не самый лучший выбор во всех смыслах. Начиная с их, мягко говоря, натянутых отношений, заканчивая тем, что Мар был воздушником. Хуже для огня Этайн не придумаешь. Как ни странно, в борьбе против воздуха она чаще всего и получала ожоги.
– Порадуешь меня? – Блондин развёл руки в сторону, выдохнул и с хлопком ладоней свёл их вместе. Справа и слева на Лисс начали давить воздушные стены. Не очень эффектно, но очень действенно. Быть раздавленной между двумя воздушными потоками – то ещё удовольствие. Отсюда был только один выход, если не хотелось оказаться лепёшкой.
Не обращая внимания на болезненное давление, Этайн взмахнула рукой, вызывая огненную плеть. Она стремительно обвила ногу Мара. Тот быстро избавился от этой досадной мелочи, так как много силы Лисс в это не вкладывала. Но рыжая добилась своего – Мар отвлёкся, и давление исчезло.
– Чем порадовать? – Этайн начала быстро перебирать пальцами, выплетая два заклинания одновременно.
– О, так ты забыла? – Лисс дёрнуло, за одну ногу потянуло вверх, переворачивая вверх тормашками. Мар решил воспользоваться её же приёмом с лодыжкой. Вот гад. – Давай напомню. Про твоего возлюбленного Сфорцу.
– Он не предатель.
– Ты так уверена? – Мар чуть склонил голову улыбаясь. Сейчас он, как никогда, был похож на сестру, одно лицо с этой жуткой усмешкой.
Этайн тряхнуло в воздухе. Она с ужасом увидела, как в неё полетели воздушные лезвия, с едва слышным свистом рассекая воздух. Если она сейчас ничего не сделает, то точно сляжет на пару дней зализывать раны.
Пришлось вместо двух заклинаний, которые она плела, вкладывать силу в одно. Сильный поток огня рассеял лезвия, и тот, поскудневший, полетел дальше, в сторону Мара. Этайн, воспользовавшись паузой, попыталась разобраться с воздушным силком у себя на ноге. Висеть в паре метров над землёй, да ещё вниз головой, было не очень-то сподручно.
Но это оказалось ошибкой. Пока Лисс возилась с путами, Мар давно разобрался с огнём. Не успела девушка ловко приземлиться обратно на твёрдую почву, как блондин оказался рядом, а силок уже был на её шее. Слишком быстро. Этайн вцепилась пальцами в ощутимый ветряной поток, но тот лишь обжёг холодом. Лисс в панике уставилась на Мара, который оказался вплотную рядом с ней.
– Спроси у Сфорцы, где он был в тот вечер, когда разбили горгулью, – ласково промурлыкал Мар, явно наслаждаясь паникой в медовых глазах. Петля затянулась туже, Этайн почувствовала, что не может вдохнуть. – Надо было сразу атаковать меня, а не пытаться выпутаться из петли, тогда у тебя был бы шанс. Ты бесполезна, Лисс. Это будет дорого стоить.
Девушка попыталась сделать судорожный вдох, чувствуя, как разум вновь охватывает паника. Это уже начинало надоедать, но Этайн ничего не могла поделать с этим животным страхом. Она вновь чувствовала себя маленькой и никчёмной. Слабой.
Перед глазами начало темнеть, ещё чуть-чуть, и она упадёт в обморок.
Но вместо этого перед глазами её возникло видение: Маттео перед горгульями. Их две, пока ещё две. А в руках Сфорцы моргенштерн. Он касается левой горгульи, говорит что-то. Она видит, как губы его шевелятся, но не слышит ни слова. Замахивается, и тяжёлый металлический шар врезается в каменное тело, во все стороны брызжет каменная крошка…
С судорожным вдохом Этайн открыла глаза, когда её кто-то грубо дёрнул вверх. Это всё ещё был Мар. Она потеряла сознание? Кажется, ненадолго.
– Тренировка ещё не окончена. – Блондин поморщился. – Сделай хотя бы вид, что ты в состоянии стоять на ногах.
В конце занятия Томмани подозвал Этайн к себе. Под заинтересованными взглядами однокурсников Лисс направилась к профессору, на ходу заживляя очередной ожог. Как она и говорила, с ветром всегда тяжело совладать.
– Мадонна Лисс, полагаю, мне не стоит говорить о том, что ваши успехи оставляют желать лучшего. – Томмани чуть склонил голову набок, рассматривая девушку.
– Магистр, я…
– Архимагистр. – Томмани поморщился, а у Этайн округлились глаза от удивления. Архимагистр – это высший уровень силы! – Обойдитесь обычным «профессором». В любом случае я слышал, что вы берёте индивидуальные уроки у Орсини?
Лисс, слегка покраснев, кивнула. Удивляться осведомлённости Томмани об их с Дечи тренировках не стоило. Замок не такой уж большой, слухи разлетаются быстро. Да и они не особо скрывались.
– Это похвально. Но я вам рекомендую не сосредотачиваться на одном оружии. Более того, дело вовсе не в ваших физических навыках…
– Нет? – Рука Этайн невольно дёрнулась к шее, где только недавно был воздушный силок, но девушка остановила себя.
– Нет. У вас отличный потенциал как в магии, так и в остальном. Я видел, как вы орудуете копьём. – Лисс казалось, что она сейчас от смущения превратится в свёклу. – Едва ли треть студентов Гвинефэра смогли бы добиться таких успехов за столь короткий срок.
Этайн была склонна поспорить с профессором. Вряд ли все эти тычки и неловкие взмахи копьём можно было назвать успехами. Но решила промолчать.
– Проблема где-то здесь. – Палец Томмани постучал по лбу в веснушках. – И даже если бы я хотел вам помочь, то здесь бессилен. Могу лишь дать совет: подумайте на досуге: чего вы боитесь, мадонна Лисс?
Не в силах вымолвить ни слова, Этайн кивнула. В голове мелькали образы однокурсников, ощущение петли на горле.
Томмани развернулся и собрался уходить, но тут Лисс вспомнила их странный разговор с близнецом. Сейчас или никогда.
– Профессор, – Томмани остановился и
