обернулся, вопросительно вскидывая бровь, – я давно хотела спросить, не сочтите мой вопрос грубостью. – Лайонелль молчал, а Этайн спустя вздох продолжила: – Дело в том, что мы с Маттео Сфорцей… ну… вместе.
Томмани скрестил руки на груди, недовольно поджимая губы. Очевидно, он понял Лисс правильно. Отношения между учениками не воспрещались. Не было никакого смысла, студенты бы всё равно нашли лазейки. Однако вся ответственность за возможные последствия целиком и полностью была на плечах самих студентов. Ни женитьба, ни ребёнок не являлись поводом избежать службы в Разведке.
– Помните тот вечер, когда разбили горгулью? – стараясь не обращать внимания на острый взгляд Томмани, продолжала Этайн. – Мы с Тео должны были… В общем, он сказал мне, что был у вас, но мне кажется, что он врёт.
И с замиранием сердца Лисс впилась взглядом в архимагистра. Соврать почти не составило труда. Желание узнать правду было сильнее, чем рамки приличия. А её смущение вполне можно было списать на предмет разговора.
На лице Томмани в мгновение сменилось несколько эмоций. Сначала он удивлённо выгнул бровь, потом презрительно поморщился и закатил глаза, всем своим видом показывая, что отвечать на вопрос не собирается.
– Профессор! – Этайн почувствовала, как маленькая надежда её ускользает. Порывисто сделав шаг к мужчине, она заломила в волнении пальцы.
– Мадонна Лисс. – Слова его сочились ядом, – с вашей стороны глупо не только задавать подобные вопросы, но даже помышлять о них. И уж тем более я не обязан отвечать на…
– Профессор, прошу, это очень важно для меня. – Голос её предательски надломился, сел. Взгляд мужчины впился в неё острыми крюками. Время ровно на два удара сердца, казалось, растянулось до бесконечности.
– У меня нет ни единой причины вызывать к себе мессере Сфорцу, – отрезал Томмани и вновь отвернулся, чтобы последовать в замок. Но в мгновение передумал. – Вам стоит сосредоточиться на иных вещах, Лисс, если не хотите сдохнуть на сессии.
Этайн, до боли закусив губу, смотрела на удаляющуюся спину профессора. На какое-то мгновение ей показалось, что она снова чувствует. Боль вперемешку с обидой уступили непониманию и ужасу. Не важно как, но у Тео получилось подделать письмо от Томмани, и он действительно обвёл их с Натоли вокруг пальца. Неужели близнецы правы?
Незаметно подкрался исход весны и каникулы. Первый семестр длился всего два месяца, а потом на два самых жарких месяца в году учёба прекращалась, ученики разъезжались по домам.
Этайн надеялась, что они с Дахут хотя бы вместе отправятся к деревне Крайняя, последнему населенному месту рядом с академией и Мёртвыми болотами. Там был статичный портал, который вёл к столице. А оттуда уже все расходились в разные концы империи. Дахут жила в Озёрном крае, а деревня Этайн располагалась недалеко от Великой столицы.
И когда уже Лисс решительно направлялась к подруге, чтобы договориться о совместном дневном переходе в сторону села, на пути ей попался Маттео.
В последнее время они общались мало и натянуто. Хотя обещание быть друзьями оставалось в силе, не заметить, что между ними что-то надломилось, было невозможно. Глядя на Тео, Этайн не могла не думать о том, что их чувства взаимны, но при этом она никогда не сможет коснуться Сфорцы так, как ей хотелось, обнять, как давно мечталось. Назвать своим. Это сводило с ума.
И как бы ей хотелось знать, о чём думал Тео, когда смотрел на неё. Гадкая и мстительная мысль о том, что Сфорца, возможно, страдает так же, как она, вспыхивала, несмотря на все попытки Лисс её отогнать как неподобающую.
– Только не говори, что ищешь меня, – попросила Этайн, глядя на то, как Тео целеустремлённо направляется именно к ней.
– Вообще-то так и есть. – Удивление на лице парня было приятно увидеть. – Как ты догадалась?
– От меня в последнее время все чего-то хотят. – Девушка опустила плечи, вздохнула. – Что-то случилось?
– Нет, хотел поговорить перед отъездом. И, быть может, помочь.
– Дай угадаю, с менталистикой? – Этайн устало посмотрела на Маттео. У того нервно дёрнулся уголок рта.
– Ты меня пугаешь, – честно признался Сфорца. – Тебя укусил Меур и теперь ты тоже спонтанно читаешь мысли?
Этайн передёрнуло. Острое желание нажаловаться на эльфа, а потом посмотреть, как Тео заставит умываться того собственной кровью, пронзило до самых пяток. Но Лисс постаралась выдохнуть и успокоиться.
– Давай не будем о Меуре. Так что ты хотел? Я ещё должна поговорить с Дахут.
– Она уже уехала. – Тео всё ещё удивлённо рассматривал Лисс с ног до головы.
– Как? – Девушка шагнула вперёд, куда она, собственно, и направлялась, но потом резко отступила. Маттео глядел на её метания, чуть сдвинув брови.
– Ещё рано утром, сказала, что семейные дела. Она тебя не предупредила?
Этайн отрицательно покачала головой. Что же, если Дахут так сделала, значит, у неё были на то причины. Однако чувство вины охватило её с новой силой. Они так и не успели поговорить, придётся писать эльфийке длинное письмо. Может, оно и к лучшему.
– Если ты не против, – голос Тео вывел Лисс из задумчивости, – мы можем отправиться к Крайней вместе.
– Прямо сейчас?
– Если у тебя нет других дел. – Сфорца пожал плечами. – Встретимся у лестницы?
В ответ Лисс только кивнула и направилась к себе.
Собраться не составило особого труда, тем более что и собирать особо было нечего. Этайн облачилась в платье, в котором прибыла сюда, плащ на всякий случай затолкала в заплечную сумку. С удовольствием позволила волосам струиться по спине – почти забытое чувство свободы! Копьё решила оставить в замке: не тащиться же с ним через всю столицу, да потом в попутной телеге домой?
В сумку же был отправлен справочник по травничеству и кое-какая еда, по пути Лисс предусмотрительно забежала в Малый зал. Попрощалась с теми, кого увидела, и последовала наружу.
И вот сейчас, стоя у лестницы, глядя на безжизненную горгулью, Этайн думала о том, как так вышло, что весь день она проведёт наедине с Маттео. Согласилась на то, чего она так старательно избегала. Видение, навеянное то ли недостатком воздуха, то ли иными силами, где Тео разбивает горгулью моргенштерном, не шло из головы. Остался один вопрос, чтобы проверить. Но как набраться решительности? Тео умён, он с ходу догадается, что она его подозревает, если задать вопрос в лоб. Ладно, у них впереди весь день вместе, что-нибудь придумается.
– Готова? – Лисс погрузилась в свои мысли и не заметила появления Сфорцы рядом.
В горах лето наступало позднее. Свежий ветер обдувал лицо, а солнце, стремительно ползущее к зениту, пока грело, но не припекало.
Некоторое время они с Маттео молчали. Спустились с пригорка, прошли мимо того
