Корин — так его звали. Он как раз сватался к цветочнице с соседней улицы. А мне казалось, что так рано — он был старше меня на два года — нечего семьи заводить! Женщины прекрасны, конечно, но не поспешно ли это решение? Всего-то пара месяцев знакомства. Я волновался тогда за него и сам почти что забыл, что свою жену увижу за пару дней до свадьбы. Вот уж кто советовать не должен был, так это я.
Я так и не узнал, как прошло сватовство, думал зайти после возвращения из Фрелси. Да так и задержался на десять лет.
— День добрый! — меня поприветствовал темноглазый мальчишка с явными чертами ошкийца. Кто-то из родственников здешнего мастера? Из-за конторки продавца виднелась только его темная макушка и детское личико. Причем выражение этого личика было такое серьезное, такое взрослое, что я едва не рассмеялся. Такой ответственный парень, видимо, растет!
— Добрый, — улыбнулся я. Но капюшон не снимал. Его тень хотя бы немного скрывала шрамы, которые из-за отличного освещения в лавке, конечно, будет видно. Незачем пугать ребенка. — Мне бы кого из взрослых. Меч нужен.
— Может, я могу помочь? Прошу, поглядите на мечи на витрине, — тщательно проговорил мальчишка заученную фразу. Слова давались не так просто, ведь нужно было и серьезность сохранять и не тараторить. Но витринные меня не интересовали, и я покачал головой.
— У меня заказ. Срочный, — снова улыбнулся я.
— Тогда прошу вас подождать… — но тут мальчика перебили.
— Касил, помоги деду, а я уж возьму на себя этого гостя, — сказано было по-ошски, но я понял и обернулся к вошедшему мужчине. Время изменило его, но не до неузнаваемости. Кому-то оно оставляло шрамы, кому-то добавляло ширины в плечах, мощь рукам и округлость в области животе. И борода… Надо же!
— День добрый, Корин. Смотрю, многое поменялось, — я не устоял, все-таки стянул капюшон. Страх всколыхнулся во мне в последний миг, вдруг старый приятель меня и не узнает. Странно же помнить кого-то столько лет или нет? Но мое беспокойство было напрасным. Корин вытаращился на меня, но быстро пришел в себя и, качая головой, произнес:
— Меня, конечно, жизнь по-разному трепала. Но тебя, друг мой, она, кажется, жевала все эти долгие годы, — он жестом указал на мое лицо.
— На самом деле это короткая история, — усмехнулся я.
— Тогда пойдем, я с удовольствием услышу ее, — с кратким поклоном пригласил меня войти на жилую половину Корин. И я не стал отказываться. Я до сих пор не утратил надежды, что хотя бы еще кто-нибудь примет меня за того самого Эгиля. Просто примет меня.
23. Астер
Следующие несколько часов пролетели так быстро, что я не поняла, как это произошло. Защита моего «брата» была блеклой, дополнительных вопросов никто из комиссии не задавал, и я так и не поняла, в чем же было усовершенствование уже существующего зелья. Как-то немного подозрительно. Милаш тоже хмурился и что-то бормотал себе под нос.
Хотя могло ли быть по-другому? Если влиятельный человек захочет себе новую статусную наградку, он ее в любом случае получит. Будь то цепь магистра или почетное членство в научном совете.
Для него это была всего лишь какая-то цепь, а для меня — стремление многих лет моей жизни.
Это был очень важный для меня день, очень нужный мне. Вырывать победу я собиралась, если понадобится, чуть ли не зубами. Когда мне строить свое будущее, если не с этого момента. Я сложила руки — палец к пальцу — и сосредоточилась на своей внутренней силе. Детское упражнение — переместить воображаемый огонек от пальца к пальцу в определенном порядке, оно помогало маленьким магам концентрировать энергию. Так начинали свое обучение конструкторы. Как там было у стихийных магов, я даже не представляла.
Какое-то время рядом со мной в коридоре скучал Милаш. У него возможности успокоиться магически не было. Он и магом-то не был. Поэтому свое волнение он выражал движением — нахаживал круги в коридоре. Но потом он исчез за дверью лекционной, защищать свою работу.
А потом в какой-то момент перед моими глазами появился тот самый красавчик с черными — так подходящими на ингредиенты — волосами.
— Я помню тебя, — хмыкнул он.
— А я нет.
— Помнишь, я видел, как ты на меня смотрела, — усмехнулся он и подошел ко мне почти вплотную.
— Мне кажется, ты что-то путаешь, — равнодушно ответила я. — Я не смотрю на то, что мне неинтересно.
— Грубая и ядовитая, да-а, — протянул он, наклоняясь ко мне. — За что и люблю магичек. Совести у тебя нет, рыжуля, так меня подставить. Но я не обижаюсь. На таких красавиц не обижаются, их воспитывают.
Я фыркнула. Так хотелось поставить нахала на место, но я сейчас была занята. Сколько еще защищаться Милашу? Прошло уже более часа. Наверное, он уже заканчивал, из-за дверей не было слышно монотонного рассказа, только отдельные короткие реплики. Поэтому я просто сделала шаг в сторону от нахала. Хотя бы отцепился.
Но он схватил меня за запястье, чтобы удержать на месте. Я обернулась и наткнулась на его взгляд — довольный и уверенный, уже все решивший. Знакомый взгляд, которым ни один мужчина в полном уме не мог позволить смотреть себе на Алскую княжну. А вот на обычную женщину, пусть и магичку, да, так на меня смотрели.
— Ты же хочешь замять тот ночной инцидент, да?
— Не хочешь, — мой голос был холоден, но, альвы побери этого самоуверенного красавчика, недостаточно. Жаль, что пришлось вернуть цвет волос, может быть, прошлый невзрачный оттенок отпугнул бы его.
— А мне не хочется принимать твой отказ, — пожал он плечами. — Я вообще-то Алский княжич. Ты мне еще благодарна должна быть за предложение!
Мне на мгновение даже смешно стало. Этот идиот — «княжич»? Если не знать о несовпадениях во внешности, он все равно не выглядел и не ощущался, как будущий князь. Отец был другим, нас — княжон — тоже воспитывали по-другому. А этот вел себя, будто всего лишь пару дней назад получил власть и теперь выпячивал свою значимость везде, где мог. Или же он просто никогда не знал отказов? Но я ничего не знала о воспитании наследников.
— И давно ты княжич? — со смешком произнесла я, ткнула наобум, так сказать.
Но попала, потому что он потянулся и положил вторую руку мне на талию, его пальцы до боли вцепились мне в бок. А выражение лица стало более озлобленным.
— А это не такое дело, рыжуля.
Я не двинулась, смотрела ему в лицо. Ха, значит, все-таки я не ошиблась. Как и всегда. А его рука сползла с талии ниже, комкая ткань платья. М-да, мужчины, ничего нового. Что лесоруб из села, что этот «княжич» думали одинаково: что могут трогать меня без разрешения.
Как бы не так.
Его рука скользнула еще ниже, и я отпустила себя. Я совершенно точно знала, как отреагирую и позволила себе это сделать. Я хлестко ударила его по руке, отталкивая ее в сторону. «Княжич» нахмурился, потом криво усмехнулся и сильнее сжал пальцы на моем запястье. Я не надеялась на то, что мои действия примут во внимание. Бывало, что мужчина отступал, когда я того требовала. Но этот был из несговорчивых. Из тех, кто считал, что девушка, на которую они положили глаз, должна им в ноженьки бросаться за такую милость.
Ему же хуже.
Я тоже ухмыльнулась, но едва заметно, а в следующий миг плотно прильнула к мужскому телу. Не отодвинулась назад, а наоборот.
— Я передумала, — воркующий шепот у меня не особо получился. Но шум из лекционной — кажется, Милаш закончил все-таки защищаться — скрыл фальшь в моем голосе. Мне скоро выступать, а я вожусь с этим идиотом!
— Другое дело, рыжуля! Я знал, что ты хороша, — красавчик даже губами причмокнул, отчего меня чуть не скривило в гримасе отвращения.
— Еще как хороша, — я пальцами коснулась пышного воротника его рубахи и потянула на себя, заставляя чуть наклониться. Мой горячий выдох опалил его щеку, а губы скользнули к уху под ободряющее мужское мычание. Он даже выпустил мое запястье, чтобы было удобнее лапать меня обеими руками. Вот и молодец.
