— Это что такое? — я не смогла выразиться точнее, так сильно было мое удивление. Да и слова в голове разбегались.
— Вам очень повезло, Астер. Поздравляю! Не скрою, мы очень хотели видеть вас в рядах микарских алхимиков. Но сам княжич высказал вам свое расположение…
— Я лично открываю новое алхимическое крыло, расстраиваем уже имеющееся в замке, — он подкрался ко мне из-за спины и приобнял, вцепившись пальцами мне в бок. Я постаралась не дрогнуть, хотя внутри все в миг закипело, сметая выстроенный многими годами контроль. — И мне требуется такая помощница. Личная помощница. Да и стоит запирать этот яркий цветок в четырех белых стенах?..
— Очень щедро с вашей стороны, княжич Адрен, — кратко поклонился этому нахалу председатель совета Алхимических и Метаморфических наук Микара и отошел.
— Какая личная помощница? — тихо прошипела я.
— Адрену она действительно нужна, — хмыкнул мне на ухо этот нахал. — Но не волнуйся, Адрен привык делиться со мной своими игрушками. Так что от меня ты не сбежишь, рыжуля…
— А тебя как зовут? — я попыталась дернуться, обернуться, но он держал меня крепко, видимо, помня, что случилось в прошлый раз.
— Далиан, — с придыханием произнес он. — Ты запомнишь его очень быстро. Я буду рядом и днем, и ночью. Иногда не только я, Адрену тоже нравятся рыженькие. Это будут долгие и горячие два года…
— И ты думаешь, что я позволю тебе? — я упрямо сжала губы и вцепилась ногтями в его руку на моей талии. Далиан зашипел от боли, но руку не убрал.
— За это и люблю вас, дипломированных магичек. За самоуверенность, — зло ответил он. — Люблю наблюдать, как вы беситесь, но все равно проигрываете. Внутри тебя такая же трусливая, слабая милашка, которая так и ждет, чтобы ее приласкали… Или ударили… Что ты выберешь?
Я дернулась так, что казалось, кусок платья вместе с моей кожей останется у этого негодяя в руках. В один момент мне стало жаль, что я — не адепт-стихийник, иначе Далиан уже лежал бы в луже своей крови.
Приласкать? Меня?
— Меня вырвет от одного твоего касания, — произнесла я, глядя ему в лицо.
— Ничего, я знаю замечательное снадобье, напрочь убирает рвотный рефлекс на пару часов. Нам с тобой хватит.
Я сжала пальцы на футляре с цепью и резко выдохнула. Я была готова ко многому, но не к этому. Происходящее взбесило и вывело из себя, но показывать это не стоило. Я прошла мимо Далиана устремленным шагом. Свиток с распределением обжигал мне руку. Вероятность, что меня никто не узнает в новой лаборатории, равна нулю. Просто этот наглец из свиты княжича, а наши миры с братьями никак не пересекались. Но лаборатория — это другое. Маги и алхимики так или иначе присутствовали на вечерах и совещаниях. И это я не говорю об охране… Конечно, меня узнают.
Или я сама объявлю свою личность. Если не получится сбежать…
— Я буду ждать тебя в «Розовой мантии» к ужину, — прокричал мне в спину Далиан. — Знай, я не люблю, когда опаздывают.
Он не беспокоился, что я сбегу. Потому что сбегать некуда. Распределение, будь оно неладно. Можно было выкупить себя, но сумма очень большая и только если согласен работодатель. А этот… Нет, он не согласится. Мне нужно было придумать что-то…
Я мчалась по коридору, не замечая ничего вокруг. Притормозила только, когда нечаянно сбила кого-то. Помогла подняться и собрать книги. Эти простые действия немного охладили мое бешенство.
— Смотри, как шла! — зашептались за моей спиной обычные студенты. — Наверное, распределили не так…
— Неужели к дотационщикам? — содрогнулись остальные и покосились в мою сторону. Ну да, на эти должности шли или совсем бесталанные, или провинившиеся, или сумасшедшие добровольцы — те, кто искренне верил, что приносил таким образом пользу. И ведь никто не мог запретить отправиться в одну из этих нищих дыр… Потому что обычно от этих вакансий пытаются отказаться, а не наоборот. Именно поэтому — чтобы будущие работодатели не отказывали претенденту, который отработал на не особо престижной должности два года — такие места нигде не указываются. В книге учета напротив моего имени будет стоять только обозначение дотационной вакансии.
Это выход?
Я застыла под взглядами растерявшихся и даже испуганных студентов. Наверное, выражение лица у меня было еще то — страшное. А когда я рванула еще быстрее по коридору, но уже в другую сторону, они бросились в рассыпную, прижимаясь к стенам.
В приемной осталось всего несколько человек, но девушка, которая принимала у меня документы, была на месте. Я на ходу сорвала с доски перечень дотационных вакансий, положила его на стол перед носом служащей и припечатала его ладонью.
— Я хочу поменять распределение! Какая из этих дыр самая захолустная?
— Что? — непонимающе хлопнула глазами девушка.
— Дыра дырой! На краю мира! Болото!
— Вот! — испуганно взвизгнула она, тыча пальцем в одну из строк. — Академия егерей! Мирийские леса и болота! Начальная алхимия и методики обработки ингредиентов. Проживание в кампусе. Оплата…
— Плевать, беру, — зло усмехнулась я и бросила на стол свой красивый свиток с распределением, чтобы в обмен получить обычную коричневую бумагу.
Ха, даже если этот Далиан за мной последует, я успею подготовиться.
Мирийский лес, конечно, отвратительный, академия, скорее всего, развалина, а работа будет невыносимой. В егеря-то принимали всех подряд. Возможно, мне стоило подумать дольше, успокоиться, но…
Желание скорее покончить с моей связью с Алским княжеством и вырваться из этих сетей было сильнее.
И если это значило вбивать основы алхимии в пустые головы курсантов следующие два года, так тому и быть. Я усмехнулась, настроение немного улучшилось. Что ж, посмотрим, что это за Академия егерей.
26. Эгиль
В гостях у Корина время пронеслось незаметно. И хотя я старался не злоупотреблять гостеприимством, но все равно задержался почти на три дня. Только утром четвертого смог проститься с другом и покинуть этот теплый и уютный дом.
Хотел бы я остаться? Помогать в кузне, торговаться с наемниками или гвардейцами, точить горожанам ножи и ножницы? Возможно! Да, вот так, был принц — стал простой помощник кузнеца. Но моя тайна — странная магия — не давала мне даже шанса на такое развитие событий. Я не мог подвергнуть хороших людей опасности.
Да и, не дай Дис, еще кто-то из моих родственников или знакомых увидел бы меня на Красном рынке. Нет, у меня был свой путь. И раз я чудом оставался жив, стоило этот путь пройти так, чтобы не причинить никому из родных боли.
Три дня мне как раз хватило на все.
Пока Корин всерьез взялся за мой меч, я подготавливал себя к будущему путешествию. Вещи наемников стоило обменять или продать, купить взамен все необходимое путешественнику — от одежды до хозяйственных мелочей. Деньги у меня были, не такое большие, чтобы купить дом, но достаточно — обеспечить себя едой и снимать жилье, оплатить работу Корина с моим мечом.
Конечно, друг хотел все сделать бесплатно. Но это было не по мне. Меч был отличным: качественная работа и дорогие материалы — сталь, камни, кожа. А любой труд нужно было оплатить, так было вбито в меня с детства. Даже принцу и королю не положено отбирать у людей их скарб. Если это, конечно, не военное время. Но сейчас-то мы ни с кем не воевали.
Так что я уговорил Корина взять оплату, все-таки у друга подрастал еще второй сын, а жена ходила, беременная с третьим ребенком. Мои скро им понадобятся.
Конец первого дня застал меня на кровати в гостевом домике. Здесь было тихо. Я перебирал в памяти события прошлых дней. Надеялся, что поджог дома прошел как нужно, как мы с Хадльдис планировали. Какие-нибудь слухи завтра пойдут по рынку, все-таки квартал, где стоял дом алхимика, не так и далеко. А пожар — это страшная напасть, которой очень боятся жители Столицы — слишком много домов и людей.
Утром следующего дня Корин пришел снять мерки с моих рук и тела, чтобы длина меча была правильной. Он застал меня за рукоделием. Во дворе я нашел простой, но приятный на вид камень и обрывки кожи. Получившаяся подвеска была кривой и уж точно не подходила для того, чтобы ее мог подарить кому-либо взрослый мужчина. Но это был символ. Я надеялся, что мать поймет, от кого пришло письмо. Я хотел с ней встретиться перед отъездом.
