Они продолжили разговор в душе.
– Может быть, позже поговорим? – попросила подругу Джулия, начиная приходить в себя под горячей струей воды.
– Мы сейчас должны все решить! – твердо заявила Елена. – Он вчера прислал новый проект контракта и обещает кучу денег за права на твой роман. По-моему, надо быть последней идиоткой, чтобы упустить такое выгодное предложение.
– Мы совсем не знаем его, – пыталась стоять на своем Джулия. – А вдруг он весь роман перекроит так, что его узнать будет невозможно? Ведь я два года жизни на него положила!
Выйдя из душа, подруги отправились в бар, чтобы продолжить разговор за чашкой чая. Обе закурили.
– Когда писатель продает права на телевизионную постановку, фильм или сериал, он оставляет за собой право, если ему не понравится, убрать свою фамилию из титров. Тогда они напишут что-нибудь вроде «По мотивам романа…», – объясняла Елена. – Ты пишешь романы, а не фильмы ставишь, за чужую работу ты не отвечаешь. Но я не думаю, чтобы он сделал какую-то дрянь. Телесериал будет стоить ему много миллиардов, а он не похож на человека, который бросает на ветер деньги.
– Ты-то откуда знаешь? – удивилась Джулия.
– Что значит, откуда? Собрать о нем информацию входит в мои обязанности. Хочешь знать, что он собой представляет? Тогда слушай. Тридцать шесть лет. Отец, бывший таксист и алкоголик, давно куда-то сгинул вместе со своим старшим сыном, тоже пьяницей и дебоширом. Мать, как ты знаешь, сейчас в руках похитителей. Жена лесбиянка, у нее связь с твоей лучшей подругой Заирой Манодори. Две дочери-близняшки, с которыми он общается чуть ли не каждый день. Немецкая овчарка по кличке Волк, которая всегда следует за хозяином, точно его тень. Многочисленные связи с женщинами. Все старше его. Владелец финансовой компании «Провест», занимающейся главным образом жилищным бизнесом. Ему принадлежит контрольный пакет акций «Интерканала», который он приобрел почти даром и превратил в мощную телекомпанию. Сейчас он намерен создавать отечественные сериалы и решил начать с экранизации твоего романа. Если все получится, он намерен выйти с этим сериалом на европейский рынок, а может быть, даже и на американский.
Джулия слушала Елену с широко открытыми глазами.
– Как ты все это узнала? – удивленно спросила она.
– Чтобы защищать твои интересы, я должна быть во всеоружии, – ответила Елена. – Ну что, проблема под названием Вассалли еще существует?
– Существует, – тихо ответила Джулия и поднесла к губам чашку с чаем.
– Но почему? Я отказываюсь тебя понимать.
– Потому что он мне нравится. С того дня, когда я увидела его, я только о нем и думаю. Не просто думаю, меня к нему тянет.
Елена Диониси смотрела на нее, не в силах произнести ни слова.
Глава 22
Полицейский Рута обмакнул аппетитный корнет[2] в чашку с капуччино и жадно откусил большой кусок. Его напарник Д'Амико, который в это время с завидным аристократизмом потягивал свежевыдавленный сок грейпфрута, неодобрительно посмотрел на кофейную дорожку, протянувшуюся по чистой стойке.
Сейчас, в десять утра, бар опять приобрел свой обычный вид после утреннего нашествия рабочих и служащих, спешащих выпить перед работой свою чашечку кофе. Молодой официант заканчивал мытье пола, собирая в кучу бумажки, окурки и пакетики от сахара; хозяин старательно раскладывал по вазочкам булочки и пирожные, а его хорошенькая голубоглазая жена вынимала из посудомоечной машины еще горячие, сверкающие чистотой чашки.
– Все, поехали? – видя, что Рута расправился наконец со своим корнетом, спросил Д'Амико.
Они вышли под дождь и сели в «Пантеру». Д'Амико завел мотор, включил «дворники», и полицейская машина тронулась с места.
– Что это ты сегодня такой молчаливый? – спросил Рута.
– Я все думаю про кражу на «Интерканале». Там, по-моему, концы с концами не сходятся, – ответил Д'Амико.
– Чувствуете запах жареного, инспектор Морс? – с иронией спросил Рута, называя напарника именем английского сыщика из популярного сериала.
– Хватит меня подкалывать, я серьезно.
– И я серьезно. Выкладывай свои соображения.
– Какой смысл воровать декорации, которые никогда не удастся использовать? Зачем возвращать на место грузовик после перевозки краденого?
– Да брось ты, в таком сумасшедшем городе, как Милан, чего только не происходит…
– Нет, я думаю, все было продумано. Воры действовали по четкому плану, и даже сама нелепость кражи – часть этого плана.
– Знали бы эти преступники, какие ты тут бухгалтерские расчеты ведешь! – насмешливо сказал Рута. – Им небось и в голову такое не приходило.
– Математика действительно учит анализировать, – не заметив издевки, продолжал рассуждать вслух Д'Амико. – Прикидываешь и так, и сяк, в результате находишь решение. Вот смотри, с человеком по имени Вассалли в течение двух дней происходят странные истории. Сначала у него крадут декорации и реквизит. Неприятность, конечно, но пережить можно. Потом похищают мать, это уже не неприятность, а настоящее горе.
– Она, кажется, маразматичка, – заметил Рута.
– По словам персонала виллы, где старушка жила безвыездно, она была как малое дитя. Целыми днями играла в куклы, – объяснил напарнику Д'Амико.
– Как ты это узнал? – поинтересовался Рута.
– Заглянул тайком в дело, – с некоторым смущением признался Д'Амико.
– Ну ты даешь! – Рута даже присвистнул от удивления.
– Понимаешь, похоже, что кража сказочных декораций – дело рук тех же похитителей. Чтобы старушка не капризничала, они построили для нее что-то вроде Диснейленда, и если мы хотим найти похитителей, нам достаточно найти воров.
За разговором полицейские не заметили, что попали в пробку и давно стоят, зажатые со всех сторон другими машинами.
– Вассалли ничем не помогает следствию, – продолжал Д'Амико, трогаясь наконец с места. – Его номера телефонов прослушиваются, так он дважды связывался с преступниками из телефонов-автоматов. Один раз сам звонил с центрального телеграфа, другой – звонили ему в будку на Сан-Бабила.
– Не удалось засечь, с каким номером он переговаривался? – с любопытством спросил Рута.
– В деле записано, что не удалось.
– Посмотри-ка, – вдруг совсем другим тоном воскликнул Рута, – вон там, за углом, марокканец с мальчишкой. Похоже, дозу ему толкает.
Оба быстро выскочили из машины, но подросток уже стоял в одиночестве: африканца как ветром сдуло. Через несколько секунд от тротуара быстро отъехал грузовичок и затерялся в потоке машин.
– Перехитрил нас, – с досадой заметил Д'Амико и повернулся к подростку.
