Ведьмы еще пару секунд неверяще смотрели туда, где недавно стоял Сулей.
— С ума сойти, — выдохнула Нина, вскакивая и плотнее запахиваясь в дубленку. — Все-таки я отвыкла от того, каким он может быть. Пойдемте.
Она направилась к лестнице, ведущей вниз, в ресторан, и побежала по ступенькам.
— Куда? — с запозданием спросила Диана Львовна. Алиса бросилась следом.
— Как куда — за ними, — ответила Нина через плечо. — Думаю, с новыми законами нам простят, если мы пролетим над городом на столах. Ночь все-таки, кто нас заметит?
— Зачем? — спросила Алиса. — Зачем нам за ними? Наша помощь уже не нужна, как я понимаю.
Нет, она изнывала от любопытства, что же предпримет Сулей, и подозревала, что он использует похищенное у Ландау зелье. Хотя Алиса понятия не имела, как оно поможет вернуть Марианне магию, если повелевает жизнью и смертью. Убить он Марианну собрался, что ли? Но вот Нина и остальные не казались праздными любопытствующими. Они словно собирались… остановить его?
— Мы должны помешать ему натворить непоправимого, — подтвердила догадки Нина. — Есть еще несколько ритуалов для восстановления магии, ни один из них не работает, если ее отнял город, но это же Сулей! Говорят, любой ритуал сработает, если принести человеческую жертву и посвятить ее… — она осеклась и плотно сжала губы, не собираясь позволять больше ни единому слову вырваться изо рта.
Остальные сделали вид, что не слышали.
Кому там надо посвящать жертву, Алису не интересовало. Заинтересовало другое — значит, есть другие ритуалы! Да, Сулей, пожалуй, может натворить дел… Нина думала не о зелье, но Алиса подозревала, что глава ковена о нем просто не знает.
Так или иначе, проследить за Сулеем стоило.
Столы оказались крошечными. Каждой ведьме пришлось заколдовывать себе отдельный. Держась за свой стол руками и ногами, кривясь от ледяного встречного ветра, проникавшего под воротник и выстуживавшего насквозь, Алиса думала, что все-таки надо покупать машину. Ну ее к черту, эту полетную магию! Этих верховных инквизиторов, которые способны довезти тебя куда-то, а потом улетучиться, оставив посреди ночи на произвол судьбы! Это метро и маршрутки, не желающие работать по ночам! Как будто они кому-то нужны днем! Это ожидание такси на промороженной, как Северный полюс, улице! И эти магические порталы, которые просто так не откроешь, обязательно нужен помощник, который их стабилизирует!..
Даже ведьмы не могли видеть дополнительные этажи администрации президента с улицы. Поэтому влететь прямо в окно не получилось. Столы с грохотом приземлились на расчищенную площадку перед зданием. Нина милосердно сплела небольшой узор, подчистив память ошалевшему охраннику. Ведьмы побежали вверх по лестнице, не дожидаясь лифта.
Кабинет Сулея был заперт.
— Вы там? — Нина забарабанила кулаками в дверь. Потом приложила к ней ухо, прислушалась. — Эй! Кто-нибудь! Вы там? Господин Сулей, откройте!
Ответом служило молчание. Из-под двери начал пробиваться белоснежный свет.
Арина и Ирка переглянулись. Даже Нина смотрела на разгорающееся сияние потрясенно. Значит, что бы там ни творилось, это был не ритуал. Или какой-то новый, неизвестный даже главе ковена ритуал… Черт, увидеть бы хоть краешком глаза, что там происходит!
Алиса сплела узор для открывания замков. Но дверь инквизиторского кабинета было не пронять такими фокусами. Нина увидела это и подхватила узор, превратив его в мощную бронебойную магию. Такие чары могли бы проделать дыру даже в обшивке танка… Однако деревянная дверь осталась невредимой.
Прошла, казалось, вечность, прежде чем сияние погасло. А потом скрежетнул ключ в замке, и дверь распахнулась.
На пороге стояла Марианна. За ее спиной, в глубине кабинета, Сулей с закрытыми глазами в изнеможении полулежал на диване.
— Идите, — холодно сказала Марианна. — Вас ведь давно отпустили. Можете пойти и рассказать всем, что верховный инквизитор поступил по справедливости, хотя это угрожало его жизни.
«Что-то ты стала слишком общительной. Ты же с нами не разговаривала», — подумала Алиса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Он вернул тебе магию? — спросила Нина.
Рука Марианны взлетела вверх. Ее узоры были стремительными и легкими, будто небрежными, но на самом деле выверенными талантом и многолетним опытом. Из-под пальцев вырвался огонь. Узкий язык пламени полыхнул перед самым носом Нины, заставив ее отшатнуться, а потом втянулся в потолок.
— Когда маг умирает, — сказала Марианна спокойно, будто не она только что дразнила главу ковена огнем, — его сила умирает вместе с ним. Но мертвого можно воскресить. И силу можно воскресить. И отнять ее, чтобы передать тому, кому она нужна.
— Что ты несешь? — выдохнула Нина. — Воскрешение невозможно!
— Для тебя. Для остальных, наверное, тоже. Но для него, — Марианна оглянулась на Сулея и тревожно проследила, дышит ли он, — невозможного куда меньше. А теперь убирайтесь. Не мешайте.
— Осмелела? — зло спросила Нина. — Выбилась в фаворитки? Думай, с кем разговариваешь, когда языком метешь.
— Прости, — мирно улыбнулась Марианна. — Но вы сейчас действительно ничем не поможете. Он восстановится и расскажет вам детали, если посчитает нужным.
Ноздри Нины раздулись, она еще раз окинула кабинет Сулея гневным взглядом — и отступила назад.
— Ладно, — процедила она сквозь зубы. — Исключительно потому, что ему виднее…
Резко развернулась на каблуках и вылетела из приемной разъяренной фурией. Шаги затихли в сонном коридоре.
Марианна не сказала остальным ни слова. Диана Львовна, Арина, а тем более Ирка и Алиса были для нее слишком мелкими сошками. Еще раз улыбнувшись, она закрыла дверь, и замок негромко щелкнул, отгораживая кабинет от всего мира.
* * *
— Класс! — выдохнула Ирка. — Ну ничего себе! Нет, вы представляете? Да я и подумать не могла, что он такое умеет… Он…
Дальше Алиса перестала вслушиваться в восторженный лепет. Ирка обращалась к Арине — единственной, с кем она могла общаться более-менее на равных, хоть и на «вы». Обычно она строго разделяла старших и подружек, но сейчас, видимо, эмоции хлестали через край. Диана Львовна и Арина сдерживались, но видно было, что и они поражены. Восхищены, изумлены, впечатлены до глубины души — и самую малость напуганы.
Боятся, еще не понимая, что это именно страх отравляет их чистый восторг.
Во всяком случае, Алисе так казалось. После работы с магическими потоками чувства еще некоторое время оставались обостренными, и тогда она легче считывала чужие настроения и эмоции.
Очень хотелось остаться, подождать… чего подождать, утра или появления Сулея? Неважно. Подождать и узнать, что будет дальше, послушать, что он скажет, и получить хоть какое-то представление о том, что же он, провались все сквозь землю, сделал.
Но представление можно было получить и иначе.
Алиса выскользнула за дверь, поспешно дошла до лестницы, спустилась на несколько этажей и только тогда набрала номер Безымянного.
Тот ответил почти сразу. Хотя часы показывали половину второго, его голос звучал бодро, и в нем слышалось плохо скрываемое нетерпение.
— Не могу поверить, вы звоните мне первой, — Безымянный коротко рассмеялся. — Что, ритуал был проведен? Поделитесь впечатлениями?
— Обязательно. Если вы поделитесь ответами на кое-какие вопро… ай!
Алиса все-таки сдержалась, чтобы не выругаться в трубку, но на некоторое время замолчала, баюкая ушибленную ногу. В администрации президента на ночь приглушили свет, она зазевалась, отвлеклась на разговор и зацепилась каблуком за ковер на ступеньках. Сама не знала, как так получилось — каблуки были невысокими и широкими. Когда боль утихла, Алиса первым делом осмотрелась, не идет ли кто.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вы еще не дома, что ли? — спросил Ландау. — В инквизиции?
— Да. Сейчас вызову такси, — пропыхтела она и осторожно ступила на больную ногу. Кажется, обошлось без серьезных травм.
— Я вас заберу, — сказал Ландау. — Встаньте у обочины и подождите пять минут.
