Слева, почти у самого круга камней, задрожал воздух, и возникло вытянутое тело Росомахи. Прозрачник опустил морду к земле и шустро засеменил в сторону дерущихся монстров. Лазовского он не удостоил и взгляда. Чёрт побери!
Боковым зрением Артём зацепил нечто светлое. Развернувшись, уставился на светло-серую ленту, петляющую между серых камней и зарослей травы, то пропадающую, то вновь появляющуюся в неглубоких ложбинах и впадинах. Тропа! Она начиналась у самого круга камней и терялась где-то вдали. Почти посередине отпечаталась цепочка следов. Точно такие же оставляла рифлёная подошва кроссовок Артёма. И ведь странная вещь, он — слепец, не ведающий о дороге, — ни в одном месте даже не заступил за край! Очередная ненормальность в копилку безумного места, населённого призраками.
Лазовский с беспокойством оглянулся на дерущихся Прозрачников. В битве произошёл перелом, и израненная Квакша с упоением добивала парочку ещё державшихся на ногах Гончих. А может происходящее там совсем не мираж? И увиденные странности стоит списать на чуждость всего вокруг?
Омерзительный скрип заставил Артёма посмотреть на валун. Нарисованная рожа пришла в движение, жутко гримасничая. Хмурились брови, вращались глаза, клацала пасть. Сам камень мелко дрожал. Лазовскому начало казаться, будто он медленно вылезает из земли.
Проведённый Кардиналом обряд породил в психике Артёма волну трансформаций. Изменения копились и множились, заставляя иначе смотреть на мир, пробуждая новые чувства и эмоции. Но и этого оказалось слишком мало для творящейся сейчас чертовщины. Другие миры, невообразимые твари, сверхспособности — ко всему привыкаешь, но вот к обретшим подобие жизни камням… Выматерившись в голос, Артём понёсся обратно по тропе, высоко задирая ноги. За спиной скрипело, шуршало и глухо ухало, заставляя прибавить скорости.
«Что же делать, что делать?!!» — твердил на бегу Лазовский. Зачем он только сюда полез, зачем?!
Новый рёв невидимой сирены прозвучал оглушительно громко. Где-то совсем рядом, рукой подать. От неожиданности он сбился с шага, споткнулся и подвернул ногу. На глазах выступили злые слёзы.
— С-суки!!! — надсаживаясь, проорал Лазовский и обернулся в сторону ожившего валуна.
За спиной ничего не оказалось. Торжествовала победу Квакша, прыгая на останках врагов, дрожал воздух над развалинами, а вот кольцо камней исчезло, сменившись крутым изгибом тропы.
Сердце предательски ёкнуло, язык защипало от едкой горечи. Захотелось вернуться назад и поискать пропажу, но… страшно. Вдруг ловушка?! Обхватив плечи руками, Артём, прихрамывая, побрёл прочь. С тропы он не сходил. При мысли, что всё вокруг снова изменится, начинало трясти. Хорошо хоть рана почти не беспокоила: кровь больше не шла, лишь слабо пульсировала боль. На Меченых всё заживает быстрее.
Следы в пыли пропали на развилке. Узкая пыльная дорожка уткнулась в широкий тракт, выложенный светло-зелёными плитами, кое-где пробивалась тёмно-красная, почти бордовая трава. По левому краю тянулась невысокая стена — по колено, не выше — сложенная из обыкновенных камней.
И нет даже намёка, куда двигаться дальше.
Там, где начинались отпечатки кроссовок, выход не обнаружился, хотя Артём сильно надеялся на обратное. Он даже попробовал поставить ноги точно след в след, но всё осталось по-прежнему. Угораздило же…
— Стой, сволочь!!
До слуха Артёма донёсся знакомый голос Тагира. Помощник Кардинала бежал вдоль тракта, прижав руку к левому боку. Лицо раскраснелось, и, судя по гримасе на лице, Лазовскому не светило ничего хорошего. Откуда он появился?! Ноги сами понесли Артёма прочь.
— Да стой же!!!
Словно из воздуха, перед Тагиром возник столб с полыхающей зелёным огнём руной. Взмахнув руками, бандит рухнул на землю, пропуская над собой волну пламени. Артёму стало дурно. Похоже, ему чертовски везёт, раз он до сих пор ни с чем подобным не столкнулся.
В шаге от Тагира мелькнул силуэт ещё одной Росомахи. Лазовский шарахнулся в сторону, мечтая хоть о каком-нибудь оружии.
— Давай ко мне, быстрее!
— Ага, сейчас! — хрипло бросил Артём, косясь на Прозрачника. Зверь бесновался у самой дороги, но через стену перепрыгнуть не пытался. Лежащий совсем рядом Тагир похоже его не интересовал. — Лучше ты ко мне.
— Болван! — взвыл Тагир, задом отползая от опасного столба. — Меня ж в стороне выкинуло. Я нутром чую, что сгину сразу, как на плиты ступлю. А сам ты ничего здесь не знаешь. Пропадёшь!
— Пока ведь цел…
Артём погрузился в странное состояние. Умом понимая, что не стоит отказываться от помощи Тагира, он шёл на поводу у собственного упрямства.
Столб пропал так же внезапно, как и возник. Тагир, ожидая подвоха, полежал ещё с десяток секунд, и лишь затем встал. Обнаружив рядом Росомаху, он вдруг схватил её за шкирку обеими руками и поднял на уровень глаз. Артём оцепенел. Чтобы человек коснулся Прозрачника?! Опять галлюцинация? Собственная встреча с Серебрянкой казалась чем-то нереальным, на грани яви и бреда, а тут, прямо перед ним…
— Ну, попадись ты мне в другое время и в другом месте… — угрюмо пообещал Тагир Артёму, отпустив, наконец, тварь и немедленно о ней забыв.
Росомаха шлёпнулась на траву и потрусила прочь. Вид Прозрачник имел пришибленный, словно пережил нечто большее, чем просто поединок взглядов с человеком. Или не просто? В памяти Артёма забрезжило воспоминание о таранящей разум воле Серебрянки. В глубинах сознания лениво зашевелилась поселившаяся там сущность.
— Так что делать будем, а? Мне показалось, здесь не самое лучшее место для прогулок…
Издёвка в голосе Тагира разозлила Артёма. За кого он его принимает?! Слабаком и слюнтяем Лазовский никогда не был. Пусть не получилось подстроиться под изменившийся мир, но и, как некоторые другие, в полное ничтожество он не превратился.
— …да и ты не турист, чтобы красотами любоваться… — продолжил Тагир.
— Иди к чёрту!
Лазовский зашагал по дороге. На слова Тагира он решил не обращать внимания. Надо ему, пусть идёт следом. Тем более Артём сильно сомневался, что тот знает дорогу назад. Тагир тоже здесь новичок. Иначе давно бы беглеца скрутил и обратно оттащил.
— И пойду, как не пойти. Вот только тебя надо бы с собой взять, а то ведь Хмурый с меня шкуру спустит. Одного кандидата в Сноходцы потеряли… занесли в списки невосполнимых потерь, так сказать… А второй, дурья башка, в артефакт залез, чуть ли не в Изнанке оказался. А ведь со всем этим ещё предстоит разобраться!
Артём скосил глаза и увидел бредущего рядом Тагира. Только руку протяни! Но рисковать не хотелось. Не любит здешняя земля легкомысленного к себе отношения и всегда больно наказывает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
