это называют «управление снизу». Так вот, такое я не допущу.
— Тогда мне эта тема с садо-мазо совсем не нравится.
Его слова все же немного успокоили. Сняли ту самую панику, что не давала спокойно спать. Но испытывать его наказания особого желания не было.
— А вы делали это уже… с другими?
— Много раз. У меня достаточно опыта, чтобы не навредить тебе. Не бойся.
Сердце забилось сильнее. Но в этот раз вовсе не от эйфории. Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.
Ну а чего ты хотела, Милана? Чтобы он оборудовал эти застенки гестапо для тебя одной и подписал каждый из тех девайсов исключительно твоим именем? Или надеялась, что у такого мужчины не было других женщин? Пусть ты так и не увидела его лица, можешь прекрасно составить уравнение с известными исходными данными: его богатство, мускулистое тело, умение вознести женщину к небесам. У такого мужчины не будет отбоя от женщин даже в том случае, если он лишен лица.
И меня несло в пропасть, сметая отголоски счастья. Стремительно и быстро.
— А вы… женаты?
Черт, какое твое дело? Тебе действительно это так интересно? Или ты надеешься услышать отрицательный ответ вприкуску с лапшой о неземной любви к тебе? Это секс! Пусть крутой секс, не похожий на все то, что было ранее… но это ничего не меняет!
— Нет. — он отвечал на мои дурацкие вопросы легко, с легкой нотой иронии в голосе. — И предвосхищая твой вопрос, я придерживаюсь принципа свободных отношений.
«У тебя кто-то есть?» — едва не заорала я, прикусила язык. Потому что в этот момент точно поняла: да, есть. Кто-то, кто ни сном ни духом о нас с ним. Возможно, вне этой темы вообще.
Мы, женщины, чувствуем подобное очень тонко.
— Ясно, — стараясь не выдать неуместного разочарования, подытожила я. — А мой муж… он перешел вам дорогу? Или это все исключительно из-за меня?
— Скажем так, Валиев — совсем не тот, каким ты его знаешь. Ты не представляешь, насколько он опасен. Но уберечь тебя от его ярости мне по силам.
Ответы были совсем не те, что я хотела услышать. И сознание выбрало единственно верное решение. Начало неумолимо клонить в сон.
— Что дальше? — тепло его тела согревало. Я зевнула, спрятав лицо на его груди. — Вы хотите ввести меня в свою религию?
— А чего хочешь ты сама? — он коснулся губами моего лба. — Подумай хорошо. Мы никуда не спешим…
Глава 10
Эта ночь не закончилась на моем первом знакомстве с цепями и прорвавшимся безумием Хозяина. Безумием, которое меня не напугало. Наоборот, оно восхитило, заполнило собой, вознесло к запредельным высотам.
Первые шаги на пути к моему исцелению от абьюза были сделаны.
Я надеялась, конечно, что повязку с меня все-таки снимут. Пусть даже в абсолютной темноте. Пусть даже взяв слово, что я не посмотрю в его лицо. Мне бы хватило малого — увидеть его руки и пальцы. Но правила остались нерушимыми и неукоснительными для соблюдения.
Впрочем, обижаться было некогда. Вот совсем некогда, несмотря на то, что смелости однажды ее сорвать в эту ночь ощутимо прибавилось.
Едва отдышалась, отошла от пережитых ощущений, проглотила горьковатый осадок произнесенных слов — ведь, положа руку на сердце, ответы были не те, которые я рассчитывала услышать… Едва поборола сон и пришла в себя, как мой похититель усадил меня лицом к себе, властно взял мои губы глубоким долгим поцелуем. И тело отозвалось на его власть, его энергетику, словно он один отныне мог пробуждать меня от долгого сна своими поцелуями и прикосновениями.
И я вновь нырнула в эту сладкую неизвестность. Это была свобода, что накрыла нас обоих с головой. Его губы обжигали. И мне осталось только отдаться этим ощущениям.
Поцелуи чертили маршрут по моему вздрагивающему телу. Всего минута таких ласк — и я потеряла голову. Вновь. Тогда он приподнял меня за бедра, усаживая на свой член, вошел одним резким движением.
Его ладони гладили мои бедра, словно успокаивая, смягчая натиск. Он по законам нашей игры не мог быть нежным и трепетным. Он брал, словно завоеватель. Но как же сильно это отличалось от того, что делал со мной Азамат Валиев!
Под утро, затраханная почти до потери сил, я уснула прямо в душе, пока он аккуратно смывал с моего тела следы наших неистовых соитий. Повязка намокла от моих слез — слез счастья, я уже не могла сдерживаться. Дала волю всем своим эмоциям.
А утро… утро застало меня без повязки. В своей постели. И Хозяина рядом не было.
Во всем теле ощущалась легкая приятная боль, как после хорошей тренировки. А сознание ликовало, как будто я одержала победу. Да формально, так оно и было. Я нанесла сокрушительный удар своей зависимости этой ночью.
Вставать с постели не хотелось. Я укрылась одеялом, закрыла глаза, прокручивая в своей памяти события прошедшей ночи.
Меня не напугало лезвие ножа. Прикованные к потолку руки. Все то, что он со мной проделал, не переходя заранее оговоренных границ. Его недавняя угроза теперь казалась пустым звуком.
Я не боялась больше. Я относилась к своему похищению как к приятному приключению.
Знал ли мужчина, который заставил меня называть себя Хозяином, что изрядно перегнул палку, когда стремился избавить меня от страха? Вряд ли. А я и сама этого не понимала.
Смелость была поспешной. Но остановить этого я уже не могла.
В этот день мне не хотелось выходить из комнаты. Прятать от Алены свои сияющие глаза. Наверняка моя вынужденная подруга догадывается, что я с ее боссом не в шахматы по ночам играю, но пусть лучше меньше знает и больше спит. Я то читала журналы, то играла в игрушки на «айпаде», иногда громко ругаясь по поводу того, что он не подключен к интернету.
Вечер наступил незаметно. И я ждала его наступления. Даже переживала — что, если Хозяин ухал, и мне придется провести день в одиночестве?
— Милана, я собираюсь войти.
Его голос… хватило лишь малости, чтобы я вскочила на ноги, и первым делом метнулась — кто бы мог подумать — не к повязке, а к зеркалу. Придирчиво осмотрела свое отражение, затем улыбнулась. Но эта улыбка в тот момент поразила даже меня саму.
Не покорная улыбка влюбленной женщины, что ждет своего принца. Улыбка, так похожая на хищный оскал моего мужа-тирана. Теперь я точно знала, что не только Хозяин имеет власть. Я заразилась его тьмой тоже.
Натянула повязку — впервые
