Старотолкишское, площадью более 100 тыс. кв. м; 5 кладбищ с надгробиями, в том числе Староромашкинское с более чем десятком надгробий первой половины XIV века. Последнее место называется то ханским кладбищем, то «кала уртасы», т. е. центр города.
Мы не знаем, сколько городов было в золотоордынское время на земле обулгаризированных буртас, т. к. территория их расселения этого периода еще крайне слабо изучена, но сосредоточение здесь в пределах севера Пензенской области, в Мордовии и на востоке Нижегородского края большого числа кладов золотоордынских монет говорит за то, что этот край был экономически достаточно развит и, естественно, требовал расположения здесь не только сел, но и городов. Об этом же свидетельствует нахождение здесь на реке Мокше в пределах современного города Наровчата Пензенской области известного по письменным, археологическим и нумизматическим материалам города МУХША.
Этот город находился на левом берегу реки Мокши и занимал площадь около 625 тыс. кв. м. Заложен он был еще в домонгольское время и, вероятно, тогда именовался НАРУЧАДОМ. В XIV веке он становится одним из важных ордынских улусных центров. Здесь воздвигаются кирпичные и белокаменные здания кафедральной мечети, многочисленных мавзолеев, общественных и частных бань, выделяются ремесленные слободы и идет активная чеканка монет. Интересные наблюдения сделаны по планировке этого города — в центре его на площади располагалась большая белокаменная мечеть, вокруг которой стояли кирпичные мавзолеи знати. До сих пор это место именуют «мизгит», т. е. мечеть. Несколько в стороне, очевидно, уже на территории самого города, выявлено до десятка небольших кирпичных бань, расположенных изолированно друг от друга. Скорее всего, это остатки отдельных усадеб богатых горожан, что позволяет говорить об усадебном типе застройки этого города. В 1361 г. город был захвачен ордынским князем Тагаем, который здесь сидел до 1365-х годов. После него или скорее при нем город был окружен валом, а в конце XIV века взят войсками Тимура, гнавшимися за Тохтамышем.
Итак, можно утверждать, что Булгария и в золотоордынское время сохраняла свое значение как страна городов. Но города в этой стране, как и в других подчиненных Орде землях, вплоть до начала 1360-х годов имели открытый характер, т. е. были без укреплений, за исключением крайне западных и северо-западных, как Казань и Кирман на месте Альменевского городища. Но укрепления и этих городов, очевидно, после похода Менгу-Тимура и Федора Черемного в 1277-78 гг. были срыты. Булгарские города вновь начинают укрепляться после начала распада Золотой Орды в 60-х годах XIV века. Укрепления появляются вокруг Булгара, Карабулака (Сюкеевское городище), Мухши-Наручада и некоторых других городов.
Мы не знаем в полной мере характер застройки булгарских городов в золотоордынское время, т. к. ни один из этих городов, в том числе даже Булгар, не подвергался систематическим раскопкам широкими площадями. Лишь опираясь на отдельные сведения, в том числе и аэрофотосъемку площадок таких городищ, как Болгарское, Кашанское, Кокрятьское, Арабужское, Мухшинско-Наровчатское, Джукетаусское и др., можно полагать, что центры городов, расположенные не обязательно в центре, а в топографически удобном месте как у Булгара и Джукетау, могли иметь поквартальную застройку.
Обычно в центре таких «центров» располагались кафедральные мечети с мавзолеями знати вокруг, а также дворцовые постройки. Сама же городская застройка имела скорее кучевой или усадебный тип и состояла из замкнутых усадеб крупных феодалов, вокруг или рядом с которыми возникали усадьбы зависимых от них людей.
Основным видом жилья в городах были наземные деревянные дома, но, очевидно, были и глинобитные и кирпичные дома и даже полуземлянки. Как показывают многолетние раскопки Булгара и Мухши, большинство таких домов топилось по-белому, т. е. имели печи с трубами. В домах или прилегающих усадьбах иногда располагались и ремесленные мастерские, но почти всегда наземные амбары или земляные ямы-хранилища. Во дворах были также и частные бани, но в Булгаре было больше общественных бань.
Центры крупных городов, особенно таких важных и известных, как Булгар, Казань, Мухша, были застроены монументальными зданиями кафедральных мечетей, общественными сооружениями, зданиями государственного характера типа Черной палаты в Булгаре, назначение которой нам вслед за С.С. Айдаровым представляется как судная палата с зинданом (предварительная тюрьма) под ним, многочисленными мавзолеями и т. п. В характере, стиле и использовании материала для их строительства прослеживаются две традиции или направления.
Большинство зданий в Булгаре, Казани, очевидно и Биляре (на Балынгузе) построены из белого камня и имеют в прослеженных случаях архитектурные формы, близкие к архитектуре Кавказа, особенно Армении, Крыма, восточных Балкан. Не исключено, что эта традиция была связана с армянскими строителями, которые оказались в Булгарии в 20-30-е годы XIII века вместе с другими армянскими беженцами от монгольских погромов. Можно полагать, что эта традиция была характерна для раннего этапа развития Булгарии золотоордынского времени.
Во времена же расцвета Золотой Орды, падающего на первую половину XIV века, т. е. во времена правления Узбек хана, активизируется постройка зданий из квадратного кирпича среднеазиатско-золотоордынского типа. Таковы, например, большинство построек в Мухше, отдельные постройки в Булгаре и т. п.
Большинство булгарских городов в золотоордынское время представляло собой места сосредоточения ремесла и торговли. Не исключено, что во многих из них, особенно во второй половине XIII и начале XIV вв., сидели и золотоордынские баскаки. В ряде городов (Булгар, Биляр, Мухша, Кирман) чеканились и золотоордынские монеты, что может свидетельствовать об их выделении в качестве административных центров, приближающихся к улусным центрам. Во второй половине XIV века ряд из них (Булгар, Казань, Джукетау, Кашан, Керменчук и др.) становится и княжескими центрами. Но в этом плане булгарские города вообще не изучены.
В Булгарии, особенно во второй половине XIII и первой половине XIV вв., сохраняется на прежней территории обитания еще и много сел. Они, как и прежде, жмутся в основном к черноземным и относительно защищенным местам. Особенно много остатков таких сел выявлено около выделенных выше городов, а также в бассейне Малого Черемшана. С сожалением приходится отмечать весьма слабую их изученность, или скорее всего полную их неизученность. Мы, в силу отсутствия не только раскопок, но даже детального внешнего осмотра булгарских селищ золотоордынского периода, не можем говорить не только об их социально-экономическом и историческом развитии, но и внутренней и внешней структуре и характере застройки. Лишь на основе некоторых внешних наблюдений можно предполагать, что булгарские села обычно располагались по берегам небольших речек преимущественно вытянуто и обычно парно — по одному берегу одно село, по другому — второе. Но характер их планировки, а также особенности застройки, не говоря уже о типе усадеб, жилья и хозяйственных построек, для нас до сих пор остается непознанным.
Как и в домонгольское время, на окраине населенных пунктов, как городов, так и сел,
