с ее витаминками.
– Какая еще шестая? – я подняла глаза на рыжее создание с ненастоящими глазами.
Про льяр-то я уже слышала. Но вот это «шестая» как-то настораживало.
Одним местом остро чувствовалось, что Уэйн задумал нечто гадкое. Такое, от чего у меня голос пропадет, разовьется хроническая икота или случится инфаркт. Иначе и быть не могло: он же психопат!
– Льяра, – снисходительно ответила девушка. – Невеста, госпожа ди Брайнтвиль. Кандидатка в истинные пары Эдвариана Крон-Граймела, великого владыки…
– Стоп. Мириэль… так, да? Какого, к лешему, дракона? – говорила я очень медленно, по слогам. Чтобы входящее в комплект «понимание» пришло к нам обеим.
– Бро-о-онзового, – с почтением и благоговением отозвалась рыжая помощница. – Ох, видели бы вы его в полноценном размахе!..
Пока Мириэль тыкала пальцем в картину с изображением предков того самого Крон-Граймела, для меня прояснились две вещи.
Во-первых, драконы из записок пропавших – не банда байкеров. И не китайская мафия. И даже не подпольный ночной клуб. Все просто: драконы – это… драконы. Самые обычные, с крыльями, пламенем изо рта, любовью к золоту и… всякой такой чушью.
Во-вторых, Викины витаминки мне уже не помогут. Поздно, ушел поезд.
– Но сейчас все реже можно увидеть, как владыка принимает свою бронзовую ипостась, – сочувственно мурлыкала девчушка, расправляя на себе зеленые юбки.
– Ипо… что?
Вспомнились почему-то ипохондрики и ипподромы. Драконьих ипостасей… Нет, такого в моих «чертогах» не значилось.
– Чтобы расправить крылья – для этого ведь вдохновение нужно! Сердечный пыл, пламя внутри… Может, хоть одна из невест сможет вновь разжечь драконов огонь в груди нашего владыки?
– Шесть невест – это странновато, не так ли? – хмыкнула, сложив руки на груди.
Глаза продолжали упрямо искать скрытые камеры в углах и щелях. Мигни под потолком красный зрачок – и все встало бы на свои места. Но нет. Ни черта.
– Странно, конечно, – тяжелый вздох. – Я же рассказала вам – раньше их бывало больше сотни. Но с приходом в Энхарад великих ловцов отпала необходимость перебирать девиц десяток за десятком… И количество невест на отборе уступило качеству.
Мое «понимание» Мириэль явно не передалось. Мы говорили о разном.
Для меня так-то и две невесты у одного мужика – уже дикость. Хотя мне приходилось расследовать дело об одном аферисте, имевшем в трех городах по жене. А сдала его в итоге любовница…
– Ясно. Нынешние невесты – самые отборные, – покивала, внутренне содрогаясь.
В моей жизни было много странных бесед. Люди на допросах подчас ведут себя неадекватно, нервно. Несут полную околесицу, путаются сами, сбивают с толку детективов. Им приходится подыгрывать, чтобы из сумбурного бреда вытащить зерно истины.
Но так до смешного нелепо я себя давно не ощущала.
– А господин… чтоб его… ти Грайц сейчас здесь? – я покусала губу, косясь на огромную дверь, украшенную искусной резьбой и позолоченной росписью.
Пока я себя пленницей не ощущала, а хрупкая помощница не тянула на конвоира. Но отсутствие на запястьях цепей еще не означало свободы.
– Он всегда опекает приведенных с собой льяр, – покивала Мириэль. – Переход души – процесс болезненный…
О да. Болезненный. Станет таким для Уэйна, едва я до него дойду. И мы душевно поговорим.
– В какую сторону топать? Налево? Направо? – крикнула помощнице, решительно толкая дверь.
Она, впрочем, ни черта не толкнулась.
– Вам пока нельзя, – с виноватой улыбкой пояснила девушка. – Дверь в покои сама распахнется, когда мы завершим все положенные ритуалы.
– Их много положено?
Я резко выдохнула, в который раз убеждаясь: Уэйн слишком хорошо продумывает свои игры. Хирургически точными ходами он вынуждает жертв подчиняться его правилам. Даже пытаясь идти против системы, ты со временем обнаруживаешь, что плывешь по течению. В выбранном им направлении.
Так, пытаясь набраться сил, чтобы дать маньяку отпор, я несколько дней жила жизнью рабыни. Почти примирилась с этой ролью. Убедила себя, что, подыграв Уэйну в мелочи, смогу выиграть, когда дело дойдет до крупных ставок.
И сейчас я снова уступила. Позволила Мириэль взять себя за запястье и отвести в купальню. Задержав дыхание, послушно отстояла всю процедуру омовения – меня обтирали мокрым полотенцем, пахнущим смесью ароматических масел.
Отрешенно пялилась в зеркало, пока помощница заматывала меня в многослойную ярко-синюю ткань.
– Здесь есть кофе, Мириэль? – нашла ее отражение в зеркале.
Отсутствие розеток намекало, что искать кофемашину мне не стоит.
– Нет, льяра Тесса. Но сир Тайр уверяет, что горячий тонизирующий напиток, который мы варим из обжаренных плодов гавы, очень его напоминает, – улыбнулось рыжее создание. До того милое и дружелюбное, что можно вместо сахара в чай класть. – За завтраком его обязательно подадут, и вы сравните.
Боги… завтрак. В животе жалобно булькнуло, и вспомнился засохший сэндвич с индейкой, жестоко брошенный умирать в моей квартирке. Я бы сейчас за него душу продала.
Мириэль нажала на какой-то узор и легким толчком распахнула позолоченную дверь. Поманила меня к себе.
Я погладила браслет, почти неощутимо болтавшийся на запястье. Единственная личная вещь, которую Уэйн оставил при мне. Бабушкино серебро пережило плантацию голубых цветов, переживет и драконов. А вот насчет себя я не уверена.
Глава 12
Пока мы брели с Мириэль по бесконечной анфиладе комнат, почти не разговаривали. Я с ощущением приближающейся шизофрении разглядывала интерьеры, подсчитывая, сколько денег Уэйн угрохал на такие декорации. Слишком дорогой выходил спектакль. Разве стоило так тратиться на безумие одного не в меру упрямого детектива?
Девица с цветочными глазами то и дело отвлекалась, отбегала в сторону и шугала кого-то за шкафами. Те, кого она гоняла, жалобно попискивали, забиваясь в щели.
– Паразиты! Гварховы отродья! – шипела она в углы, громко топая. Оттуда торчали, испуганно трясясь, клочья блестящей черной шерсти. – Чтоб вас Керрактская бездна поглотила!
Разок я увидела ее «паразитов». Чем-то они походили на хомяков размером с женскую ладонь. Со смолянисто-черной шерсткой и настолько длинными ушами, что те волочились за ними следом по полу. Именно уши и торчали из углов то там, то тут, пока их владельцы усердно прятались от Мириэль.
– Ядовитые, да? – понимающе покивала юной помощнице.
Знала, что внешность обманчива. И иногда очень привлекательный субъект, которого так и хочется почесать за ушком, может оказаться… ну, скажем, маньяком.
– Кролы? Упаси Сато! – девчушка вскинула белые руки. – Пятнадцать лет назад один опытный проходимец Веера даровал их нашему владыке в знак величайшего расположения. В мире, из которого он пришел, эти отродья почитались за священных животных. От пары тварей не было хлопот, но…
Судя по обилию черных ушей, торчащих из-под каждого шкафа огромного дворца, «парой» тварей не ограничилось.
– Расплодились? –
