с ним, ты выиграешь немного времени, верно?
Мой желудок скручивает от боли, и я прикусываю щёку.
— Я тебе не завидую, сестрёнка. Вот, — она протягивает мне помаду. — Нанеси красную. Это цвет силы.
* * *
Я провела последнюю четверть часа перед входом в ресторан «1001 Арабская ночь», пытаясь преодолеть свою нерешительность и войти внутрь, чтобы встретиться с моим первым официальным поклонником.
Возможно, я слишком много думаю. Мои опасения всегда влияют на мои решения, заставляя меня предполагать худшее развитие событий. Но как бы я ни старалась разобраться в ситуации, это не делает её более приемлемой. Кажется, чем глубже я погружаюсь в свои мысли, тем дольше мне приходится выкарабкиваться. И в какой-то момент я полностью теряю дар речи, становясь безмолвным трофеем, который люди могут таскать с собой.
Наконец, я набираюсь смелости и вхожу внутрь, размышляя, не приехал ли уже мой отец. Я думала, что мы поедем вместе, но когда я села в машину, которая ждала у входа в поместье, оказалось, что в ней его не было.
Я выхожу из автомобиля, и моё бирюзовое шёлковое платье мягко облегает мои бёдра. Мои ноги начинают ныть, как только я делаю первый шаг по тротуару. Я не могла отказаться от туфель на шпильках, потому что они так хорошо подходят к моему наряду.
Воздух прохладный, и от этого у меня по коже бегут мурашки.
Этот ресторан известен своей изысканной кухней и высокими ценами, поэтому я не удивляюсь, когда швейцар открывает передо мной дверь. Когда я вхожу в здание, меня окружают насыщенные ароматы. Звуки посуды и голоса других посетителей заставляют меня нервничать, и мои ладони становятся влажными.
Я преодолеваю неловкость от того, что нахожусь в общественном месте, и подхожу к стойке администратора. Там замечаю симпатичную блондинку в белой блузке на пуговицах и маленькой чёрной бабочке на воротничке. Она выглядит скучающей.
Наши взгляды встречаются, но прежде чем я успеваю произнести хоть слово, кто-то касается моей спины, и по моему телу пробегает дрожь. Я резко оборачиваюсь и вижу перед собой Джулиана.
Я отшатываюсь, уклоняясь от его прикосновения.
— Конечно, ты здесь. Снова будешь прислуживать моему отцу?
Он улыбается, вставая рядом со мной. Его рука снова касается меня, но на этот раз он собственнически обхватывает моё бедро и притягивает меня к себе.
У меня внутри всё переворачивается.
Вот же мудак.
Хостесс смотрит на него, её глаза стекленеют, когда он ослепляет её своей улыбкой.
— Мистер Фарачи.
Я снова закатываю глаза, потому что, конечно же, он приходит сюда так часто, что его уже узнают.
— Андреа, ты прекрасно выглядишь. Кажется, нас уже ждёт джентльмен по имени Александр Соколов.
Я наблюдаю за ним периферийным зрением, раздраженная тем, что он устраивает такое шоу, изображая из себя обходительного и очаровательного человека, хотя на самом деле это совсем не так.
Хостесс — Андреа — опускает взгляд на свой планшет, а затем снова поднимает его.
— Он уже здесь. Я провожу вас обоих к столу.
Мы начинаем следовать за ней, но идти трудно, потому что Джулиан всё ещё держит меня за талию, и я вынуждена идти в ногу с ним.
— Перестань меня трогать, — бормочу я себе под нос. — Ты ведёшь себя как извращенец.
Это неправда. Он выглядит потрясающе, и любая другая женщина, вероятно, была бы в восторге от того, что он рядом, независимо от разницы в возрасте. Но я скорее умру, чем признаюсь в этом вслух.
Он смотрит на меня сверху вниз, пока мы идём.
— И ты выглядишь чертовски соблазнительно в этом наряде. Я не позволю никому думать, что ты здесь одна.
Мои брови взлетают вверх, и я не могу найти слов от удивления. Неужели он только что сделал мне комплимент? Это было сказано немного резко, ведь я и сама могу о себе позаботиться, но, кажется, он никогда не говорил мне даже «спасибо». Я не ожидала от него такого.
Это выводит меня из равновесия, этот разительный поворот в сто восемьдесят градусов в его характере, и, несмотря на то, что он, похоже, думает, что я глупа, чтобы всё понять, это не так. Я знаю, что он пытается подлизаться ко мне, изображая из себя влюблённого жениха.
— Меня от тебя тошнит, — говорю я сквозь зубы.
Его пальцы сжимаются вокруг меня так легко, что я не уверена, показалось ли мне это, а затем мы оказываемся у стола, и высокий блондин с широкими плечами и в темном костюме поднимается со своего места. Его взгляд переходит на Джулиана, затем на его руку вокруг моей талии, прежде чем остановиться на мне.
Я чувствую себя неловко от такого внимания и переминаюсь с ноги на ногу. Ощущение такое, будто я — приз, на который он положил глаз и намерен выиграть. Я стою в неопределенности, размышляя, представиться ли мне или сначала сесть, и тут у меня отнимают право выбора: Джулиан отодвигает стул рядом со мной и легонько подталкивает меня, чтобы я села. Он ждёт, пока я устроюсь, не убирая руку со спинки стула, а затем пододвигает стул вперед.
От такой галантности у меня кружится голова, и я прищуриваюсь, глядя на него.
Я знаю твои уловки, говнюк.
Он садится рядом со мной и кладёт лодыжку на противоположное колено. Затем он непринуждённо подзывает официанта и заказывает для меня бокал каберне и неразбавленный Glenlivet.
Возможно, мне стоило бы разозлиться из-за того, что он сделал заказ за меня, но правда в том, что общественные места и незнакомые люди вызывают у меня тревогу. К концу вечера у меня всегда болит голова от того, что я скрываю своё беспокойство и слишком сильно сжимаю челюсть.
Контроль с его стороны меня успокаивает, и мне неприятно признавать, что он заставляют меня расслабиться, пусть даже совсем немного.
— Где мой отец? — спрашиваю я, внезапно осознавая, что его всё ещё нет.
— Хороший вопрос, — вмешивается мужчина, сидящий напротив. — У меня сложилось впечатление, что я познакомлюсь не только с прекрасной дочерью Али, — его взгляд скользит по моему телу, задерживаясь на груди, прежде чем встретиться с моим взглядом, — но и с самим Али.
Джулиан хмыкает, пока перед ним ставят его напиток. Протягивает руку и берёт стакан. Черные татуировки на тыльной стороне ладони сгибаются вместе с пальцами.
— Планы изменились. Теперь ты познакомишься со мной.
12. ДЖУЛИАН
Когда я сообщил, что буду присутствовать вместо Али, я ожидал, что Александр изменит своё поведение. Возможно, он
