Поцелуй меня.
Что? Нет. Это не то, чего я хочу.
Но чем ближе он подходит, тем меньше я могу не смотреть на его губы.
Он останавливается в полушаге от меня, достаточно близко, чтобы его запах донесся до меня со всей силой. Сосна, кожа, дым. — Ты выглядишь как мечта.
Мое сердце игнорирует мои мысли и теперь выделывает странные пируэты в моей груди.
Он поднимает руку и обвивает ее вокруг моей шеи, запуская пальцы в мои волосы.
— Что ты делаешь? — шепчу я, чувствуя себя пьяной, хотя за весь день не выпила ни глотка алкоголя.
Я должна сказать ему, чтобы он перестал ко мне прикасаться, но слова замирают у меня на языке, когда его большой палец нежно поглаживает боковую поверхность моей шеи.
В животе появляется трепет, а затем он опускается ниже.
— У меня для тебя кое-что есть, — пробормотал он, обдавая мое лицо своим дыханием.
Его рука остается на моем затылке, пока он достает из кармана маленькую черную бархатную коробочку. Щелчком большого пальца он открывает ее и протягивает мне.
Обручальное кольцо.
И какое кольцо!
Бриллианты багетной огранки плавно переходят один в другой в сверкающей золотой оправе. Они образуют непрерывную сверкающую полосу, которая танцует на свету.
— Что скажешь?
Возможно, это самое изысканное кольцо, которое я когда-либо видела. Оно экстравагантное. Невозможно игнорировать.
И оно мне чертовски нравится.
Очень нравится.
— Тебе не нравится.
Мой взгляд переходит на лицо Неро. Должно быть, я в немом шоке смотрела на кольцо достаточно долго, чтобы он забеспокоился.
В его глазах пляшут неуверенность и нотки уязвимости, и на мгновение я почти поддаюсь порыву поцеловать его, пока не вспоминаю, что не могу.
Не могу.
Поэтому вместо этого я заставляю себя говорить. — Как оно может мне не нравиться? Оно прекрасно.
Его губы подрагивают. Он убирает руку с моего затылка, проводит ею по руке и берет мою левую руку. Кольцо, которое он надел на меня в часовне в Вегасе, сразу же снимается, а затем он медленно надевает новое потрясающее кольцо.
Оно идеально подходит.
— А что, если кто-нибудь украдет его? — шепчу я.
Неро тихонько смеется. — Этого не случится. Никто не может быть таким самоубийцей.
Он поднимает мою руку и прижимается губами к костяшкам пальцев, отчего я теряю способность дышать.
Боже.
Как он может иметь такую власть надо мной? И почему с каждым днем она как будто только увеличивается?
Я должна взять себя в руки. Я не могу быть слабой.
Он смотрит на меня из-под бровей, его глаза пронзают меня насквозь. — Ну что, готова, моя дорогая?
ГЛАВА 16
НЕРО
План прост.
Блейк подойдет к Максиму, когда тот пойдет посмотреть на раннее издание Пушкина, выставленное на негласный аукцион. По словам Виты, он просто охренел от этой книги. У Виты есть друг в оргкомитете, который сказал ей, что Максим пытался уговорить их продать книгу ему напрямую, но у него ничего не вышло, так что сегодня вечером у него будет течь слюна по этому поводу.
Точно так же, как я боюсь, что он будет пускать слюну на мою жену.
Одного взгляда на Блейк в этом гребаном платье достаточно, чтобы превратить мой мозг в кашу, и то же самое, очевидно, происходит с каждым другим ублюдком, осмелившимся взглянуть на нее. Я уже сбился со счета, сколько челюстей отпало, когда она вошла в комнату. Я не могу их винить, но в то же время мне по-прежнему хочется убить их всех.
Все, чего я хочу, — это найти пустой коридор и прижать ее к стене. Я буду чувствовать себя лучше, если по ее бедрам будет стекать моя сперма, а эти ублюдки будут пялиться на нее.
Мы на коктейльном приеме перед ужином, стоим у высокого стола, откуда хорошо видно весь зал.
Блейк переминается с ноги на ногу, в ее руке бокал с шампанским. Ее взгляд метался по комнате, обращаясь к кому угодно, только не ко мне. Она избегает зрительного контакта с тех пор, как я надел на ее палец новое сверкающее обручальное кольцо.
Я могу сказать, что оно ей нравится, потому что она постоянно смотрит на него.
Но я хочу, чтобы она смотрела на меня, черт возьми.
— Я уже говорил тебе, что ты сногсшибательна?
Объект моей одержимости краснеет розовым цветом. — Да. В пентхаусе и по дороге сюда.
— А. Ну, с тех пор многое могло измениться.
— Правда?
— Да. Почему-то сейчас ты выглядишь еще более сногсшибательно, чем десять минут назад.
Клянусь, на этих идеальных губах заиграла улыбка.
Черт, как же я по ней скучал. Последние две недели были сущим адом. Вита Ферраро практически переехала в мой пентхаус, и у меня почти не оставалось времени наедине с Блейк. По утрам я уходил до того, как Блейк просыпалась, а когда возвращалась, Вита была уже там. Мы часами сидели на совещаниях по планированию и стратегии, на некоторые из них приглашали Джино.
Учитывая деликатный характер нашей миссии, практически никто из клана Ферраро не знает, чем мы занимаемся. Даже Козимо, что не может не радовать. Он будет чертовски зол, когда обнаружит, что его держат в неведении. Не могу дождаться, когда смогу втирать ему это в лицо в течение следующих нескольких лет.
Из трех братьев только Алессио введен в курс дела. Он знает, что его родители не дают мне покоя, но все равно доводит меня до ручки на работе. Все это — часть моей истории, но мне кажется, что этот садистский ублюдок получает от этого слишком большое удовольствие.
Если сложить все это вместе, я могу по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз мы с Блейк бодрствовали и оставались одни в доме. И она сделала все возможное, чтобы прервать даже эти короткие встречи.
Я догадываюсь, что творится в ее хорошенькой головке. Ей не нравится то, что показал один жаркий поцелуй на кухне — что влечение между нами живо и процветает.
Я поднимаю руку и позволяю костяшкам пальцев коснуться нижней части ее челюсти. Ее кожа мягкая и теплая. — Я не могу перестать смотреть на тебя.
— На моем лице что-то есть?
— Определенно. Глаза, в которые я мог бы смотреть всю оставшуюся жизнь. Губы, которые я бы очень хотел поцеловать. И рот, который я бы с удовольствием попробовал на вкус и…
Она отворачивается от меня и берет с подноса еще один бокал шампанского.
Я вытираю рукой улыбку.
Она вспоминает, как чертовски хорошо было между нами. Ей просто нужно понять, что так может быть снова.
Если только я смогу убедить ее дать нашему браку реальный шанс.
Я обхватываю ее за талию. — Ты самая красивая женщина здесь.
— Ты его видишь? — Она поворачивает голову, делая вид, что не слышит меня. — А что, если он не появится?
— Это платье сидит на тебе как вторая кожа. Ты позволишь мне снять его с тебя, когда мы вернемся домой?
— Я не фрукт, — ворчит она.
— А вот твоя киска точно похожа на него по вкусу.
Она резко вдыхает и начинает потягивать шампанское.
Я останавливаю ее. — Осторожно. Ты же не хочешь напиться.
— Тогда перестань заставлять меня нуждаться в этом, Неро, — шипит она. — Что бы ты ни делал, этого достаточно.
— Просто признай…, — начинаю я, но тут мое внимание привлекает знакомое лицо у входа.
Максим. И его жена.
Я опускаю губы к уху Блейк. — Они только что вошли. На жене зеленое платье.
Блейк отдает свой полупустой бокал официанту и бросает незаметный взгляд в сторону другого конца комнаты. — Да, я вижу. Я узнаю его по фотографиям. Он выглядит старше.
— Возможно, это стресс последних нескольких недель. Ферраро собирают своих воров как мух. Пахан не может быть счастлив.
— Тогда зачем мы нужны Джино, если он захватил так много их людей?
— Потому что у Пахана почти бесконечный запас солдат, которых он может бросить на решение проблемы. Он импортирует их из Сибири, где его брат создал частную армию.
Блейк нахмурила брови и покачала головой, ее взгляд вернулся к Максиму. — Я никогда не пойму, почему кто-то хочет выбросить свою жизнь на ветер, работая на такого человека.
