её, удача на твоей стороне. Тебе, да что уж, вам очень повезло. Мало того, что я успел, так ещё и лезвие отскочило так, что никому из вас голову не пробило.
Теперь Лино мог разглядеть зеленоглазого вблизи. Фактурное, мужественное лицо стискивала под самые глаза и нос кое-как подстриженная, ровно до той степени, чтобы её не было нужды расчёсывать, борода, волосы закрывали уши и свисали почти до плеч. Густые брови давили на глазницы с инкрустированными в них большими изумрудами, своим упрямо удручённым взором проникавшие глубоко внутрь собеседника.
Лино не нашёлся что сказать зеленоглазому, которого при других обстоятельствах обошёл бы стороной как жуткого хрестоматийного бандита или, учитывая место их встречи, пирата.
— А вы дамочки тоже фартовые — поднимая одну бровь, перешёл зеленоглазый к Розе и Кони, настороженно смотревшей на него исподлобья — мало того, что вам повезло с заступником, так ещё и пожар на судне начался как раз кстати.
— Это я устроил— наконец вынырнул из шока Лино, вставляя слово, на которое у зеленоглазого выискался приглушенный натужный смешок, и выдержав нервозную паузу спросил — Вы же пираты? Почему помогли?
Зеленоглазый только бросил усталый взгляд и промолчал.
— Спасибо вам за спасение — неловко и взволнованно пролепетала принцесса.
— Своему рыцарю и себе самой скажи это, мадмуазель — отрезал зеленоглазый, кивая на Лино — Я не припомню настолько безбашенной мадамы на своём веку, а твой заступник не только спас твою прелестную задницу от того недоделанного с топором, но и меня приманил. А я — так — рубанул разок и то не попал.
— Вы скромничаете, сударь… — начала было Роза, почему-то умилённая грубой речью собеседника, но пират её тут же перебил.
— Кто? Ха. Да кто вы такие? — предвзято осматривая Розу, и поддерживавшую её Кони бросил зеленоглазый — дайте угадаю. Купеческая дочь и прислуга. Хотя для богатейки одета плоховато. Но, с другой стороны, холёная, писаная… — останавливая рассмотрение на фигуре принцессы, облачённой в слегка изодранное ползаниями по палубе тугим платьем, пират чуть изменил тон, а в глазах его заиграл маслянистый хищный огонёк.
— Верно, я же не преставилась, то есть не представилась — путаясь в словах мямлила принцесса, ёрзая ногами и отводя взгляд, и собрав всю оставшуюся волю и стойкость в кулак задекламировала заученный некогда текст к не подложному ужасу Кони и, пусть запоздалой реакции, оторопевшего Лино — Я, Её Высочество, принцесса Девяти Морей Розалина Эрик Флорентибус Альбус Опимае, сюзеренка…
Зеленоглазый ещё на первых словах округлил глаза и хлопая ими дослушивал выступление Розы, которая, когда закончила перечислять собственные регалии и звания, стала водить взором по кругу, уже инстинктивно радостно ожидая учительской похвалы, и поймав в поле зрения пирата снова потупилась и немного покраснела.
Зеленоглазый застыл в тишине и спустя минуту на его физиономии выступила очередная кислая мина, но на этот раз какая-то иная, с разведёнными бровями и вовсе отрешённым взглядом.
— Господи — запричитал на своём пират и ещё громче сокрушился на всеобщем — мало мне одного монаршего увальня…
— О чём ты? — чуть ли не синхронно выпалила троица.
На лице пирата играли такие яркие и непритворные эмоции. Похоже он действительно был раздосадован. Роза видимо произвела на него впечатление, как и он на неё. Только вот её статус живо остановил пиратский запал. Но оттого было не сильно легче. Лино ощутил доселе неведомый ноющий приступ, голова между тем почти уже не болела.
— Идите передохните в каюте, Ваше величество — выговаривая с особой чванливость и желчью, махнул рукой зеленоглазый, отходя к борту — нам нужно время, чтобы сойтись с его кораблём.
— Позвольте — уводимая под руки фрейлиной, успела выкрикнуть принцесса — позвольте узнать, как вас звать? Отблагодарить я вас не могу, но хотя бы буду молиться за вас.
— Нет нужды — стоя спиной процедил себе под нос пират и выдержав почтительное молчание всё же удовлетворил её вопрошение — Юрий. Так меня зовут.
* * *
— Ай, ай — кряхтел Лино пока девушки обтирали его порезы.
— Не так уж и больно, чтобы так стонать — сердито стягивая руку бинтом сказала Кони — тебя вообще за дело. Хоть и разрешилось всё благодаря тебе, но кто всю эту кашу заварил?
— Кони, не истязай его. Ему и так не сладко — мягко накручивала неумело ткань принцесса — в итоге, Лино меня спас, и я ему уже второй раз за день очень благодарна — заставляя Молодого Бенедетти рдеть, молвила Роза, закончив свою часть повязок.
— Хорошо, госпожа, как скажете — жмурясь встала фрейлина и уже менее покорно отдала должное Лино — Ты в правду молодец. Но разговор не окончен. И даже не думай, что я забуду.
— Мне это… надо…
— Чего?
— По нужде — прошептал Лино на ухо насупившейся фрейлины.
— Тут я тебе не помогу. Давай уж сам. Тем более кисти у тебя не так и сильно пострадали. Давай! Давай! Госпоже тем более надо сменить платье, а то это вот-вот разойдется. Так что выходи поживее.
Лино нехотя встал с помятой постели и побрёл по своим делам. Подождав немного после того, как Молодой Бенедетти закрыл за собой дверь, Кони обратилась к принцессе с внезапным вопросом:
— Госпожа, что это такое было?
— А? О чём это ты? — невинно как ягненок наклонила голову Роза.
— Госпожа, я знаю, что вы меня поняли — безуспешно всматриваясь в желтизну радужек принцессы, Кони втянула ноздрями воздух и с напором занялась нравоучением — Госпожа, негоже так себя вести с этими дикарями. Нельзя было раскрывать им свою личность, и тем более кокетничать с одним из них.
Новости о поражении Роузленда уже всем были известны, потому Кони, как и Лино, оба держали в голове, что Юрий и его шайка вероятнее всего поморские пираты. Удивительно, конечно, что они так быстро очутились у берегов архипелага, однако спорить со своим зрением они не торопились. Также их насторожили слова пирата — их терзали вольные догадки о том, кого бы он мог иметь ввиду.
— Я действительно не понимаю о чём речь — продолжила валять дурака принцесса без особого к тому таланта.
— Госпожа — менторски бросила Кони, пока доставала из баула нужное платье — вы скажете, что спрашивали имя просто из патетического чувства, желания поблагодарить этого человека со всеми предусмотренными этикетом порядками?
— Да — вырвалось у Розы сквозь невнятное брождение языка точно метелки по сусекам меж зубов и, снискивая настороженно ироничный скос бровей фрейлины, полился поток слов — Нет. А
