и преподавателей ее тоже никто не видел. Только утром в столовой и все.
Ближе к ночи, когда уже заканчивается рабочий день, раздается тихий стук в дверь. Зверь тут же настораживается. Я отставляю бокал с вином из сиртои.
– Войдите!
Глава 30. (Рейнард) Ярмарка
На пороге появляется леди Корнуэлл. Няня, которую я нанимал для Берта. Ее единственный сын был драконом. С тех пор как его заарканили, она воспитывала чужих детей, рассказывая прекрасные сказки о драконах, воспитывая в детях не страх, а уважение и любовь к ним.
Однажды Арнета это услышала и, закатив нешуточный скандал, уволила леди Корнуэлл. К сожалению, все это случилось в мое отсутствие, поэтому когда я вернулся, дело уже было сделано.
Как только я узнал, что у Лейры есть сын, я сразу обратился к леди Корнуэлл. Когда выяснилось, что Аллан дракон, я понял, насколько это было верным решением.
– Добрый вечер, господин Силейн, – тихо говорит няня.
– Проходите, Леди Корнуэлл, – я встаю, приветствуя ее. – Что-то с Алланом?
– Нет, – она качает головой. – Я по другому вопросу.
Темная магия чувствует в ней небольшое волнение. Как будто она понимает, что вмешивается не туда, но не может остаться в стороне.
– Присаживайтесь, – киваю и показываю на диван.
Она отказывается.
– Лейра, – одно это слово леди Корнуэлл заставляет меня напрячься и сосредоточиться на ее словах. – Она сама не своя. Я не знаю, что случилось. Но мне кажется, вы делаете ей больно. Это не мое дело, господин Силейн. Но сами знаете, что настроение матери очень сильно может повлиять на состояние Аллана. Это очень хороший, сообразительный мальчик. Если вашими стараниями удастся научить его контролировать зверя, его ждет счастливая долгая жизнь. Но…
То, что говорит эта мудрая немолодая женщина, вызывает раздражение. И так недовольный дракон злится еще больше. При чем не на нее, на меня. И он прав. И леди Корнуэлл права.
– Где она? – никак не комментируя слова няни, спрашиваю я.
– У себя. Она спит, – скользнув по мне обвиняющим взглядом, леди Корнуэлл идет к двери. – Вам не стоит к ней идти сейчас. Но я должна была предупредить.
Когда щелкает, закрываясь, замок, снова беру бокал сиртои, отпиваю… Проклятье! Стакан летит в стену.
Вчера мне казалось, я смог хоть немного пробить ту стену, которую Лей выстроила между нами после моего отвратительного ухода. Теперь, после всего, что она услышала, объясниться с ней будет еще сложнее.
Зверь требует прямо сейчас пойти к ней и поговорить. А лучше сделать своей. Без лишних разговоров. Впервые за долгое время специально его подавляю зельем. Знаю, что завтра будет плохо. Но сейчас это единственный способ. По крайней мере, до тех пор, пока не верну Лейру.
***
Утром просыпаюсь от рева дракона. Голова раскалывается, в глазах марево и единственное желание – крушить все вокруг. Легче становится только после пятидесяти кругов по академическому стадиону. Хорошо, что выходной и никто не видит, как ректор отчаянно наворачивает круги.
Холодный душ окончательно усмиряет нрав внутреннего зверя. Он, наконец, готов к диалогу. Договариваемся, что сразу, как только появится возможность, поговорим с Лейрой и все, что можно, расскажем.
Но сначала нужно повидаться с Бертом. Мальчик не виноват, что я не могу спокойно общаться с Арнетой. И я не хочу, чтобы он становился способом манипуляции в ее руках. Да что там говорить, я тоже скучаю по нему.
Меня посещает странная мысль, что я не против захватить и Берта, и Аллана и пойти на прогулку вместе. Совсем с ума схожу.
Арнета встречает в нашей гостиной, которая стала уже холодной и чужой, и кидается мне на шею. Сладкие духи моей жены заставляют поморщиться:
– Я сказал, что пойду на прогулку с сыном, а не в семью с тобой играть буду, – отцепляя ее от себя, сказал я. – Где Берт?
– Папа! – он сбегает с лестницы, и я с радостью подхватываю его на руки. – А на ярмарке огненное шоу будет?
– Не знаю. Проверим вместе? – я взъерошиваю его русые волосы и опускаю на пол. – Мама идет с нами?
Выразительно смотрю на Арнету, надеясь на ее сознательность. Она определенно понимает, что у меня нет ни малейшего желания проводить время с ней. И она прекрасно может придумать повод, чтобы не идти с нами, а отправиться вместо этого к своему приятелю в двух кварталах отсюда.
Но, видимо, она за то время, пока Берта не было, успела у приятеля нагоститься. На ее лице расплывается слащавая улыбка:
– Конечно, как же я без вас! – она поправляет прическу и выплывает из дома раньше нас.
Все время, что мы проводим на ярмарке среди ярких разнообразных палаток, я пытаюсь концентрироваться на общении с Бертом. С радостью отмечаю, как у него загораются глаза при виде разнообразных магических головоломок, необычных артефактов и, особенно, игрушечных драконов.
Несколько раз мы участвуем в занимательных магических конкурсах, выигрываем сладости и занимательные сувениры. Несколько раз ловлю из толпы вопросительные и опасливые взгляды – что инквизитор делает среди обычных людей? Но и это не портит прекрасного времяпрепровождения.
Портит все скучающий вид Арнеты, которая несколько раз пыталась обнять меня и увести к лоткам с ювелирными украшениями. Последний раз я достаточно резко ей отказал, после чего она сделала кислую мину, и теперь просто таскается рядом.
Когда Берт выбирает себе мороженое с вкусом-сюрпризом, Арнета дергает меня за руку и кивает куда-то в проход между палатками:
– Кажется, твоя содержанка не только твоя, – ухмыляется она.
Я прослеживаю за ее взглядом. В конце ряда, у лотка с леденцами стоят Лейра с Алланом. Она весело переговаривается с нашим новым преподавателем по зельеварению, который однажды при мне приглашал ее на ужин. Специально запомнил, как его зовут, Данте Голден. Я думал, вышвырну его сразу же, если она только согласится. Но она тогда отказала ему. Жаль, что только тогда.
Но даже не это больше всего вызывает во мне злость и ревность. Внутри бурлит оттого, что я замечаю, что у этого Данте и Аллана похожие черты лица, светло-золотистые волосы и совершенно одинаковые глаза.
Глава 31. Исповедь
Сын. У него есть сын.
Я не знаю, что я сказала, как вышла и куда пошла. В голове как будто в один момент образовалась пустота. Если допустить, что к жене Рейнард охладел, я еще могу, то сын?.. Как он мог его бросить?
В голове сразу проносятся все те моменты, все то время, которое Рейнард проводил со мной и Алланом. Особенно с Алланом. А если бы у его сына началось так же внезапно обращение? А Рейнарда бы рядом не было.
Я бы никогда себе этого не простила.
Мне срочно. Просто непременно нужно разобраться с этими зельями, про которые написал ректор. Чтобы сделать, наконец, драконов свободными. Чтобы показать всем, что драконы могут быть не
