ней.
— Смогу, я успею с работы.
— Вы работаете?
— Странный вопрос. Конечно, да, — Мира направилась к выходу, обернулась, — до свидания, — махнула рукой и вышла из вагона.
Поднимаясь по эскалатору, всё думала о состоявшемся между ней и Дмитрием разговоре. И особенно о своём согласии встретиться. Всё-таки уступила? Хоть и поставила свои условия, а заметила, как он обрадовался, как заблестели его глаза, когда она согласилась. Даже в этом случае, зачем ей Дмитрий? Ну, разные они, и темпераментом, да и вообще. Авантюра, что сказать.
Хотя, с другой стороны, если бы не их с Таей авантюрность, они бы никогда не общались с Зориным так, как сейчас. И ведь именно Тайка предложила ходить к нему на лекции. Зорин Вадим Георгиевич — удивительный, умный красивый, с прекрасным чувством юмора, практически идеал мужчины. Мира опять вздохнула и вышла на улицу.
На небе собрались тяжёлые тучи, обещая дождь, который начался на полпути от дома Миры. Она опять забыла взять с собой зонтик, поэтому ускорила шаг, чтобы не вымокнуть окончательно.
В прихожей стянула с себя шарф, пальто и хлюпающие сапоги. Беня вышел встречать в коридор и гавкал тихонько, он еще не окреп.
— Тебе привет от твоего спасителя, — Мира погладила кучерявую спину собаки.
— Мира, это ты? — крикнула из глубины комнаты мама.
— Да, мамочка, это я.
— Ты промокла? Зонтик опять забыла в прихожей, — мама с трудом вышла в коридор, облокотилась о дверь, — а я сегодня молодец — дошла до магазина, — похвасталась она.
— Не надо себя нагружать, — Мира покачала головой.
— Ничего-ничего, мне надо двигаться. А ты иди мой руки и ужинать.
— Спасибо, дорогая! — Мира поцеловала маму и улыбнулась.
Глава 24
— Тебе не кажется, что нам надо поговорить? — спросила Виктория, когда они с Вадимом вошли в квартиру. Всю дорогу, пока ехали от Фертовских, он молчал, не проронил ни слова. Освободившись из университета чуть пораньше, заехал за женой к Фертовским. Вадим давно у них не был и с удовольствием зашёл в гости.
— Не кажется, — снимая куртку и не глядя на супругу, буркнул Вадим.
— Зорин, ты всю дорогу молчал. Что случилось? — Вика попыталась поймать его взгляд — тщетно. Он не ответил, прошёл в гостиную, взял пульт от телевизора. Загремели новости. Виктория отправилась на кухню, бросила корм кошке. Пока Муся хрустела разноцветными сухими шариками, наблюдая за этим процессом, Вика думала. Муж вёл себя странно, как правило, она дулась на него, находя причину или просто так — капризничала. Но она женщина, а так, чтобы Зорин на неё обиделся — за семь лет брака такого ещё не наблюдалось.
— Вадимыч, — она вошла в гостиную, остановилась у дивана, на котором сидел муж, — ну что случилось, правда? Поговори со мной.
— Не хочу! — Зорин щёлкал пультом, беспрерывно переключая программы.
— Ничего не понимаю, Вадим, — беспомощно пожала плечами Виктория, — у тебя резко изменилось настроение, когда мы были у Фертовских, — она сделала паузу, — но перед этим ты пришёл в хорошем настроении, так мне, по крайней мере, показалось. И что?
— Да ничего, — Вадим бросил пульт, встал, намереваясь уйти в спальню.
— Чёрт побери, должна быть какая-то причина твоего дурацкого поведения?! — Вика стала злиться. Сорвала с себя очки, швырнула их на стол — чуть не разбила. Зорин остановился, обернулся.
— Ты хочешь знать причину? — глухо спросил он. О, она знала этот тон, ничего хорошего он не предвещал. И этот немигающий взгляд тоже.
— Хочу! — всё равно сказала Виктория. Зорин подошёл к ней близко.
— В кои-то веки решила взяться за старое? — с нехорошей улыбкой спросил он.
— Ты о чём? — она сощурилась.
— Ну как же — власть над мужиками! — Зорин сжал зубы.
— Над какими мужиками и какая власть? — Вика в непонимании замотала головой. — Ты можешь толком объяснить, что ты мне инкриминируешь?
— Слово-то какое подобрала, умная, — щёлкнул пальцами он. — Только не думай, что ты вышла замуж за дурака.
— Никогда так не думала, Зорин, уж про тебя точно так не думала, ни секунды. Более того, ты разве забыл, что я первой влюбилась в тебя, да ещё как — голову потеряла.
Он не ответил, ухмыльнулся. Но, как показалось Виктории, напряжение, ощутимое в нём, чуть ослабло.
— Я по достоинству оценила и твой ум, и твою внешнюю привлекательность. Даже подругу предала ради тебя, Зорин. А ты, между прочим, далеко не сразу ответил на мои чувства. Более того, всячески подчёркивал свою неприязнь ко мне, разве не так? А потом ещё и эта нелепая поездка в Питер и ваши с Ильёй шутки. Зорин, я же тебе поверила тогда, поверила, что ты сможешь полюбить меня. Разве я не права?
— Права, — вынужден был согласиться он, — а я поверил в то, что ты сможешь быть мне хорошей, настоящей женой.
— И что же изменилось? Я — плохая жена? — она никак не могла понять, куда он клонит. — Да, у нас бывают ссоры, мы не всегда понимаем друг друга, но мы стараемся найти компромисс, верно? А то, что у нас нет детей…
— Речь сейчас не о них, — отмахнулся он и сел на диван. Кажется, уже не так злился. По крайней мере, готов к диалогу. Что там говорил Николя про терпение, взаимопонимание, про работу души и чувств?
Вика села рядом с мужем. Посмотрела на него внимательно — почему Зорин всегда казался ей таким привлекательным? Ну, высокий, статный, хорошая спортивная фигура, черты лица — бывают мужчины куда интереснее, правда, тут глаза уж очень выразительные — в них целая палитра эмоций. А ещё Зорин умный, этого не отнять, умный, образованный, с годами его интеллект только вырос. Вечно что-то читает, слушает, она много раз замечала, как по телефону он рассуждает с коллегами на тему экономики, политики и даже литературы, обосновывает, доказывает и порой спорит. А их беседы с Надей об искусстве? Впору ревновать, так они дружны в своих рассуждениях. Ревновать? — она вдруг стала догадываться.
— Вадимыч, — позвала мужа, он молчал, — ну, Вадимыч, — нашла его руку и стала гладить ладонь, — скажи, почему ты сердишься на меня?
— Корецкая, — он в первый раз за много лет назвал её девичьей фамилией, — скажи мне только одно — ты всё ещё хочешь быть моей женой?
Она резко встала, отошла к окну, обняла себя за плечи.
— Я — Зорина, а не Корецкая, — сказала твёрдо.
— Тогда какого хрена ты напропалую кокетничала с этим сопляком? — взвился Вадим. Я же не слепой и видел твой флирт, твои уловки. Я слишком хорошо тебя знаю!
— Зорин, — она всплеснула руками, — да ты с
