– Именно. А теперь расслабься, иначе начнешь торопиться и промажешь. Подумай о чем-нибудь приятном.
– Вот только о бабах я сейчас и могу думать, – фыркнул боцман, но в голосе прозвучало явное облегчение.
Разговаривая с боцманом, Миша продолжал вбивать в компьютер данные корабля пиратов. Капер оказался кораблем старого образца, класса эсминец, списанным два десятка лет назад из флота сектора Британской короны. Их угловатые, словно рубленные топором обводы трудно было не узнать. Вроде бы мелочь, но именно такие мелочи и спасают жизнь. Максимально увеличив картинку со сканера, он быстро определил приоритетные цели и теперь, разбив корпус противника на сектора, вводил координаты в компьютер.
Зуммер компьютера заставил его оторваться от клавиатуры и посмотреть на показатели расположения судна. «Трудяга» начал заваливаться в дифферент. Криво усмехнувшись, Миша навел маркер прицела на торпедные порты и, сделав глубокий вдох, еле слышно скомандовал самому себе:
– Огонь, сержант. Покажи им, что такое русский десант.
* * *
Просмотр записи камер видеонаблюдения заставил Дугласа заново пересмотреть все свои взгляды на подготовку подопытных. Прокрутив запись в первый раз в обычном режиме, профессор на несколько минут потерял дар речи. Скорость движения всех фигурантов эпизода повергла его в шок. Потом, очнувшись от своих размышлений, Дуглас повернулся к замершей, словно статуя, Салли и, откашлявшись, спросил:
– Мисс, на ваш взгляд, то, с какой скоростью движется противник наших подопытных, реальна для обычного человека?
– Только в том случае, если он прошел специальную обработку и подготовку, – чуть помолчав, выдала свой вердикт девушка.
– И где проводят подобные операции?
– На данном этапе времени все армии обитаемой галактики и крупные военные компании, имеющие для этого средства. Но должна сразу оговориться, что подобную обработку проходят только лучшие. Так сказать, элита.
– В смысле отдельные личности? – уточнил Дуглас.
– В смысле элитные части, – раздался мужской голос, и в лабораторию вошел инструктор по рукопашному бою, обучавший подопытных.
– Как вы здесь оказались? – повернулся к нему профессор, покосившись на невозмутимого Айвена.
– Погибли те, кого я обучал. И где я, по-вашему, должен быть? – развел руками инструктор.
– Ягуар?! Мистер…
– Не надо имен, девочка, – мужчина резко остановил ахнувшую Салли. – Здесь я просто инструктор по рукопашному бою. Всё.
– Вы знакомы? – насторожился Дуглас. Нежелание этого странного человека называть себя удивило профессора.
– Шапочно, – быстро ответил инструктор, не давая Салли открыть рот. – Одно время она тренировалась с одной из моих групп.
– Что ж. Значит, вы тем более сможете объяснить мне, как такое вообще могло случиться, – устало вздохнул Дуглас.
– А здесь и нечего объяснять. Девчонки нарвались на профи. На человека, про которого смело можно сказать: товар штучной выделки. Что вам о нем известно? – повернулся он к Айвену.
– По полученным данным, сержант русского имперского десанта. Ушел в отставку, служил в частной военной компании. Проще говоря, был наемником. По спискам пассажиров значится как транзитный пассажир, – быстро ответил парень, выведя на экран все имеющиеся данные.
– Если он сержант, то я всю жизнь балетом занимался, – фыркнул инструктор.
– Как это понимать? – растерялся Дуглас.
– Прямо. Таким приемам даже самостоятельно не обучишься. Сразу видна системная подготовка. Комплекс. Я не говорю уже про все остальное.
– Уточните, – попросил профессор.
– Скорость движения, способность оценивать ситуацию и принимать решения. В общем, все то, что отличает профессионала от паркетного бойца.
– И что все это значит? – непонимающе спросил Дуглас.
– Что у девчонок не было ни одного шанса. Даже под вашим препаратом. Хотя, должен признать, штуку вы создали необычную.
– Но почему? – не унимался профессор.
– Да потому, что невозможно сделать настоящего воина из бывшей наркоманки, приговоренной к смертной казни, – зарычал в ответ инструктор. – Да, благодаря вашему зелью они стали очень быстры, скорость их реакции превышает обычные возможности среднего человека на два порядка. Но вся их подготовка наложена на их память, но не наработана телом. Мышечная память очень слабая. Движения не доведены до уровня рефлексов. Этим и отличается профи от любителя.
– То есть вы хотите сказать, что не окажись у них на пути этот сержант, ничего бы не было? – подвел итог Дуглас.
– Именно. Откровенно говоря, я вообще не понимаю, какой осел позволил этому парню уволиться из армии. Судя по записи, он в отличной форме и прекрасно контролирует себя, – ответил инструктор, задумчиво глядя на монитор.
– Я уже ничего не понимаю, – растерянно проворчал Дуглас.
– Все просто, профессор, – вступил в разговор Айвен. – Ваши подопытные случайно нарвались на противника, который оказался им не по зубам. Стечение обстоятельств. Судьба. Фатум. Давайте проведем вскрытие и сделаем анализы, чтобы убедиться, что препарат сработал, как надо. Все остальное нам еще предстоит разобрать.
– Что именно вы собираетесь разбирать? – вздохнул профессор.
– Прежде всего то, что они вышли из-под контроля и напали на охрану перехода. В чем причина такого агрессивного поведения? Этого не должно было случиться. У них было четко определенное задание, а все отвлекающие факторы они должны были игнорировать. Этого не случилось. И в данном случае это самый главный вопрос.
– Вы уверены? – удивился Дуглас. – Куратор считал, что все зависит от препарата. А все остальное не более чем второстепенные вспомогательные функции.
– Вот поэтому вы здесь, а он бродит за периметром комплекса, – усмехнулся Айвен. – Госчиновники в очередной раз поставили не на ту лошадь.
– И что это значит? – не понял профессор.
– Их психологи работали спустя рукава. И вот результат, – жестко усмехнулся парень.
– Из чего вы делаете такой вывод?
– Из срыва подопытных. Здесь, в комплексе, во время подготовки их подвергали самым разным испытаниям и унижениям, пытаясь выявить опасные для дела раздражители. Но все шло нормально. Но оказавшись за пределами лаборатории, они вышли из-под контроля. А это значит, что психологическая обработка не была проведена должным образом.
– Или препарат прекратил свое действие, – задумчиво добавил Дуглас.
– Исключено, – решительно отозвался Айвен. – Подопытные действовали за пределами человеческих возможностей. Если бы препарат прекратил свое действие, они стали бы просто обычными женщинами. Слегка тренированными, кое-что знающими, но обычными. Думаю, вскрытие это покажет наглядно.
– Почему вы так уверены в своих выводах? – удивился Дуглас.
– Потому что они логичны, – пожал плечами парень и, поднявшись, добавил: – Давайте займемся телами. Мы и так потеряли кучу времени.
Понимая, что этой неприятной процедуры не избежать, Дуглас поднялся следом за ним, и вся группа дружно отправилась в прозекторскую. Спустя четыре часа, приняв душ и смыв с кожи запах крови, они снова вернулись в лабораторию, и Айвен, усевшись к компьютеру, принялся готовить официальный отчет, при этом вслух комментируя выводы, которые набивал на клавиатуре. Наблюдая за ним, Дуглас не понимал, зачем было так утруждаться, но очень скоро Салли развеяла его недоумение.
Пройдясь по лаборатории, она задумчиво ткнула пальцем в столешницу и, повернувшись к инструктору, негромко спросила:
– Мастер, вы уверены, что тот мужик оказался на переходе случайно?
– Исходя из того, что мне известно, да, – помолчав, кивнул инструктор. – Как я уже говорил, это товар штучной выделки. Если его за что-то списали, то его перемещение вполне логично. Почти не заселенная планета, где еще нет ничего, даже медицины катастроф. Дикий мир, где таким людям комфортнее всего.
– Почему? – тут же повернулся к нему Дуглас.
– Они слишком привыкли надеяться только на себя и свое оружие. Все ограничения, которых практически не замечают обыватели, вызывают у них глухое раздражение, которое рано или поздно может обернуться взрывом. А когда взрываются такие люди, без проблем не обходится. Особенно часто такие срывы провоцируются полицией и чиновниками. И именно эта категория граждан становится пострадавшими в случае столкновения.
