вдруг вспомнила про свое состояние утром. Хотя оно не было похоже на страх и панику, которые накрыли меня сейчас, что-то похожее все же было. Я достала подарок хранителя и внимательно рассмотрела его. Простой холщовый мешочек, не слишком большой вмещал в себя несколько кусочков прессованного чая и маленький пакетик с благовониями. Пахло глицинией. Не самое распространенный запах не все любят сладковато-мускусный аромат. К тому же у разных сортов он разный. Я не была любительницей подобного аромата, но он дарил странное успокоение.
Я решительно вернулась в кабинет. Мне показалось, что сейчас давление демонической ци не ощущалось совсем. Может, для этого нужен близкий контакт с чернилами? Но раздумывать было некогда, я очень хотела проверить одну странную догадку. Высыпав из курительницы благовония, я насыпала новые из глицинии и подожгла их. Аромат стал ярче и более насыщеннее, но ожидаемой тяжести от сладкого мускусного аромата не было, наоборот, голова была ясна как никогда. Глубоко вздохнув я снова принялась растирать чернила.
Нарисованные талисманы радовали глаз глубоким красным оттенком. Триграмма на дне чаше была не настолько глубокой и яркой, но мне удалось начертить ее крайне аккуратно и довольно быстро. Удивительно, но никаких негативных эффектов от работы с чернилами я больше не испытывала. Никогда не думала, что глициния может подавлять демоническую ци. Я выглянула в окно и увидела, что стемнело. Полная луна, затмевая сияние звезд, царствовала на небе. Мне стоило поспешить. Отправив бумажного журавлика к деду, я отправилась к месту, где располагался вход в Тайное царство.
Вертикальная скала была настолько гладкой, что в ней я видела свое отражение. Я прикоснулась к гладкому, холодному камню и отпрыгнула от пронзившего холода. Было ли это частью формации и печати или остаточным явлением какого-то более сложного заклинания я не знала. Хотя мне очень хотелось начать поскорее, я не рискнула использовать небесный осколок в одиночестве. Если что-то пойдет не так, мне нужен кто-то, кто меня подстрахует, и лучшим вариантом был дедушка. Ну а пока он не подошел, я заканчивала последние приготовления. Убедилась, что луна в чаше наполненной водой была хорошо видна. На обычном хрустальном осколке отрепетировала, как надо держать его, чтобы отразилась дверь в тайное царство и луна в чаше и, когда все было готово выдохнула.
—Лу-эр, ты готова?
Я вздрогнула от неожиданности, за всеми своими приготовлениями я даже не заметила, как подошел дедушка. Поклонившись, отдала честь и поняла, что у меня дрожат руки. Я безумно волновалась, проигрывая в голове десятки и сотни вариантов того, что может пойти не так. Внезапно мне захотелось схватить упрямого старика за его длинную седую бороду, за которой он так тщательно ухаживает, хорошенько потрясти, а потом заставить пригласить нормального специалиста по чарам и формациям, а не цепляться за неуместную гордость, но я улыбнулась и еще раз поклонившись ответила:
— Да дедушка!
В активации небесного осколка не оказалось ничего сложного. Хотя в какой-то момент я забеспокоилась все прошло гладко и через секунду после того, как я посмотрела на вход в тайное царство через стекло, захватив отражение луны в воде, мир вокруг меня поплыл. Мне удалось не зажмуриться в самый неприятный момент и вот я стою на площадке перед огромной дверью вокруг которой разорванные ржавые цепи и канаты, а сама она оклеена талисманами, выцветшими от времени. Сама дверь светилась ровным голубоватым светом, если мне не изменяла память — это знак того, что царство готово открыться.
Находясь внутри сложной формации и имея возможность рассмотреть ее досконально, я растерялась, не зная с чего начать. Впрочем, если не знаешь с чего начинать — надо начинать с самого простого. Самое простое в моем случае было проверить, исполняют ли талисманы еще свою сдерживающую роль. Это было несложно, достаточно прикоснуться к выцветшей ветхой бумаги, чтобы понять в ней не осталось ни капли ци. Сама бумага, чудом сохранившаяся, не несла на себе никаких следов того, что ее пытались открыть дверь изнутри. Если бы таковые имелись, несколько талисманов, несомненно, были бы разорваны. Но, хотя у некоторых начали крошится края, чернила потеряли свой цвет, они, несомненно, были не повреждены. С цепями и красными канатами было сложнее. Время не пощадило их настолько, что было совершенно невозможно определить, оказывалось ли на них какое-то внешнее воздействие. Я присела на корточки возле обрыва одной из цепей, проржавевшей насквозь. Осторожно ткнула ее пальцем и как-то совершенно не удивилась, увидев, как она рассыпается в труху, а та уносится непонятно откуда взявшимся здесь ветром. Из интереса попробовала проверить цепь, которая еще висела на двери. Та сначала с гулким звуком упала на землю, подняв в воздух пыль, а затем также рассыпалась в труху и была унесена появившимся ветром. Я закашлялась, прикрыв рот рукавом ханьфу, но неприятный мелкий сор запорошил глаза и мешал дышать, словно говоря о том, что подобные трюки несколько неразумны.
Чем больше времени я проводила в этом месте, тем более бесполезными казались мне усилия, которые я прилагала, чтобы сюда попасть. Моя квалификация была явно недостаточной, чтобы понять, истощилась ли формация сама или ее истощило время. Все, что мне оставалось — вернуться и рассказать обо всем дедушке. Кстати, о "вернуться"… Нигде не было написано, как это сделать!
Глава 11
Мы с дедушкой сидели, молчали, и пили чай.Как оказалось, на самом деле я зря волновалась о том, как вернуться из формации. Достаточно было подумать о возвращении, и я, пошатнувшись, чуть не упала на землю самым неприличным и унизительным для женщины способом, но дедушка успел поддержать меня в этот момент. Поймав его ожидающий взгляд, я поняла, что сейчас меня будут расспрашивать, и не ошиблась. Когда дедушка переключается на личность старейшины секты, то общаться с ним становится немного сложно. В процессе разговора некоторые вещи я повторяла по два, а то и три раза, и под конец я была настолько вымотана, что посоветовала ему все же обратиться к тетушке Е и получить мнение практика, более компетентного в этой части. Правда, я была несколько несдержанна в эмоциях и выражениях, но, надеюсь, дедушка простит мне эту вольность, тем более никого постороннего, даже слуг, при этом моменте не присутствовало.
— Хорошо поработала, Лу-эр, —дедушка потрепал меня по волосам, и я посмотрела на него с некоторым удивлением.
— Но я не могу дать однозначный ответ, — искренне
