«Карающий в первый раз заговорил со мной с тех пор, как я покинула Кушор-Ат, — подумала Маскелль. — Почему именно теперь? Что изменилось?»
Ночь не давала ответов.
ГЛАВА 5
— Я получила письмо от Посланника Небес, — сказала Барима, наливая чай из тяжелого глиняного чайника, — но он ничего не написал о том, что послал за тобой.
— В старости он не стал менее скрытным. Мне он тоже не сообщил, почему послал за мной. — У Маскелль кружилась голова, как всегда бывало после трех бессонных ночей подряд, но она собиралась выспаться в фургоне по дороге в город — туда они доберутся только к концу дня.
Они с Баримой сидели в увитой виноградом беседке рядом с кельей монахини; пол покрывали плетеные циновки с разбросанными там и тут выцветшими подушками. Солнце еще только вставало, ариаденцы в своих фургонах крепко спали, хотя служители монастыря уже час как поднялись. В воздухе чувствовалась прохлада и свежесть, в деревьях за стеной щебетали птицы и маленькие обезьянки. День обещал быть ясным.
Барима предоставила в распоряжение Маскелль все помещения монастыря, словно та все еще правила здесь, как и во всех святилищах Карающего, и имела на это полное право. Маскелль смогла воспользоваться баней, и хотя вода, накачанная из канала, была холодной, а мыло самым дешевым, все же службы монастыря были образцом цивилизации по сравнению со всем тем, что было доступно Маскелль в дороге. Риан сумел сам снять повязку с пораненной руки, и Маскелль промыла рану и снова забинтовала ее, воспользовавшись запасами монастырской лечебницы.
— Я понимаю, почему он не хотел, чтобы о твоем возвращении стало известно, но, по-моему, он мог бы все же доверять тебе достаточно, чтобы сообщить причину, — кивнула Барима. К чаю один из молодых послушников принес фрукты, теплые лепешки из монастырской пекарни и рыбный паштет со специями. Маскелль порадовалась возможности отдохнуть от вечных таро и вяленой свинины.
Риан изо всех сил старался не накидываться на еду, но Бариму обмануть было нелегко, и старая женщина то и дело пододвигала к нему полные миски. Он сидел позади и чуть сбоку от Маскелль — так, чтобы видеть ворота и большую часть территории монастыря, а также проход, ведущий к кельям. С того момента, как появилась Барима, он не подходил к Маскелль ближе чем на три фута, но и это, догадывалась Маскелль, монахиню не обмануло. Впрочем, поведение Риана показывало, что личному телохранителю синтанского владетеля полагается оказывать почтение.
— Может быть, слово «доверять» здесь не подходит, — заметила Маскелль.
— Наверное, это из-за Обряда Столетия, — с невозмутимым видом проигнорировав поправку Маскелль, продолжала Барима. — Он хочет, чтобы ты помогла ему.
— Помощников у него сколько угодно. Голоса из провинций, жрецы седьмого ранга. И он послал за мной пять месяцев назад, еще до того, как началась подготовка к церемониям. — Маскелль покачала головой, следя за чаинками в своей чашке. Посланник Небес был ей другом, когда семь лет назад она покидала Дувалпур, единственным другом, оставшимся у нее в городе. Однако Маскелль не была уверена, что он остается ей другом и теперь. С тех пор так много всего случилось, храмы Кошана пострадали из-за молчания Карающего…
«И всем известно, чья в этом вина».
— Может быть, он просто хочет с тобой повидаться, — задумчиво глядя на Маскелль, пробормотала Барима.
Маскелль отвела глаза и лукаво улыбнулась. Да, наверное, такая возможность существовала.
«Но ты рассчитывала на что-то более интересное, верно?» — сказала себе Маскелль. Риан, как она заметила, внимательно за ней наблюдал.
— Что происходит при дворе? Канцлер Мирак все еще наш непримиримый враг?
Барима досадливо махнула рукой.
— Он все такой же, если не хуже. Я никогда его не видела, но мне кажется, будто я хорошо знаю его по тем сообщениям, что получаю. Не такие уж приятные описания… Киаша пишет о новом персонаже при дворе, какой-то иностранной знатной даме, пользующейся слишком большим влиянием. — Старая женщина серьезно посмотрела на Маскелль. — Ты ведь знаешь, Мирак не обрадуется твоему возвращению.
— Я была бы разочарована, встреть он меня с распростертыми объятиями. Самое привлекательное в приглашении Посланника Небес — неприятность, которую оно доставит Мираку. И остальным тоже. — Маскелль бросила взгляд на Риана как раз вовремя, чтобы заметить, что тот старается скрыть усмешку.
— Ты совсем не изменилась, — улыбнулась Барима. Маскелль сделала отвращающий зло знак, и это лишь отчасти было шуткой.
— Не говори так.
— Ты же знаешь, что я имею в виду.
Несколько часов спустя Маскелль вылезла из темного нутра фургона под ослепительные солнечные лучи. Она вскарабкалась на козлы к старой Мали и огляделась. Дождь шел несколько раз за утро, но все равно день был жарким, дорога поблизости от города оказалась запружена повозками, и выспаться Маскелль не удалось. Она обливалась потом, голова ее, казалось, была набита соломой. Не помогало делу и то, что Риан спал урывками, выскакивая из фургона каждые полчаса и тут же возвращаясь. Сейчас он шел по обочине у одного из последних фургонов рядом с Растимом. Маскелль не могла винить его за бдительность, хотя и знала, что они уже давно под защитой храмов Кушор-Ата и нападения можно не опасаться.
«По крайней мере, — поправила она себя, — можно не опасаться беспокойных водяных духов, какими бы странно сильными они ни оказались».
Маскелль шумно выдохнула воздух и устроилась на козлах, примирившись с тем, что больше не уснет. Старая Мали заворчала на нее, Маскелль тоже ответила ей ворчанием. Дорога расстилалась перед ними, раскаленная солнцем; грязь кое-где затвердела, в других местах оставалась все такой же липкой и зловонной. Путников было все больше и больше, фургонам даже пришлось несколько раз останавливаться и ждать, пока проедут встречные — купеческие караваны, крестьянские повозки, имперский курьер, отряд гвардейцев, сопровождающий посольство клана Кутура.
— Я думал, мы уже близко от столицы, — в третий раз повторил Растим. Он догнал фургон Маскелль и шел теперь рядом.
— Так и есть, — нетерпеливо бросила Маскелль. Дорога шла через один из пригородов; на западе, за рисовыми полями и полосой деревьев, лежал торговый квартал, а дальше тянулись храмы, каналы, жилые дома, окружающие гигантский западный барай города. Они могли бы въехать в центр города быстрее, если бы свернули в одну из начинавшихся в пригороде улиц, но Маскелль хотела сразу попасть в резиденцию Посланника Небес.
Назло Растиму она ничего не стала объяснять, когда дорога снова пошла вниз и, миновав заросли пальм и фруктовых деревьев, они пересекли вторую дамбу. За ней снова потянулись поля, и только вдали, за рядом саговых пальм, стали видны величественные каменные стены. Сияющие золотом в солнечных лучах, они тянулись на мили в обе стороны. Кто-то из ариаденцев возбужденно вскрикнул, и Маскелль улыбнулась, не разжимая губ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
