в своём кресле…
Дверь распахнулась, и внутрь зашёл его сын, Владимир — со своей сестрой, Марией… на своей спине:
— Маша, ты чего творишь⁉
— Соскучилась! Это ты чего на сообщения на планшете не отвечаешь⁉
— Да клянусь тебе, не было никаких сообщений! Вот! — Наследник рода достал свой планшет, и подсунул его под нос своей сестре. — Сама убедись! Не виноватая я!
Мария сузила глаза, но выхватила планшет из рук брата:
— А, и проверю! — После чего, выбежала из кабинета вместе с планшетом.
Сын повернул голову к отцу и развёл руки в стороны:
— Повторю, не виноватая я, она сама прилипла ко мне на входе! — затем, выглянул наружу и махнул рукой к себе. — Прохор, заходи!
Сквозь открытую дверь внутрь зашёл взрослый мужчина. Глава рода Лесковых всего секунду пытался вспомнить кто это. А когда вспомнил, не поверил собственным глазам — это же один из сильнейших лекарей империи — Мясницкий Прохор Святославович — собственной персоной!
Стоп!!!
Великий князь еле заметно мотнул головой, а его правый глаз дёрнулся в непроизвольном тике.
Ну, нет. Не мог же Владимир притащить АРХИМАГА, КНЯЗЯ для приёма в вассалы рода Лесковых!!!
Николай перевёл взгляд в открытый проём, в ожидании, как в его кабинет зайдёт ещё кто-то, но Владимир тут же дверь за собой захлопнул и подмигнул своему отцу:
— Ну вот, бать, и мы!
Глава рода Лесковых приподнял правую бровь вверх, а затем, указал ладонью на гостя:
— Прохор Святославович?
— Да он, он! — Сын похлопал архимага по плечу, подталкивая вперёд. — Давай, оформимся по-быстрому.
Находясь в некоем шоке, Николай вскочил из-за своего стола и показал на кресла перед его столом:
— Присаживайтесь, я сейчас!
Увидев, что глава рода Лесковых отправляется к бару, сын нахмурился:
— Бать, давай, без этого! У нас мало времени, мне ещё обратно к спарринг-партнёрам возвращаться! И… — Владимир хлопнул по плечу архимага. — Прохору Станиславовичу тоже! Давай, по-быстрому примем вассальную клятву и разбежимся?
Николай стоял, хлопая глазами, но очень быстро взял себя в руки и, выдохнув, подошёл обратно к столу:
— Мясницкий Прохор Святославович, я верно понимаю?
Архимаг кивнул:
— Это я. День добрый, Николай Фёдорович.
— А-а-а… на счёт вассалитета… это вы серьёзно?
Лекарь кивнул:
— Более чем… — А затем, улыбнулся. — Ваш сын был крайне⁰ убедительным. Мало того, в кратчайшие сроки, буквально за час, выполнил свои обещания по моим детям. И… — Он развёл руки в стороны. — Вот, я весь Ваш!
Князь Мясницкий подошёл к столу и положил на него одностраничный документ с вензелями и его подписью внизу.
Глянув на документ одним глазом, Николай покачал головой.
Как? Вот КАК его сын смог это сделать? Привести к вассалитету княжеский род! Вернее, как именно — уже понятно, видимо, что-то сделал с детьми Прохора, но вопрос от этого свою актуальность не менял, в голове великого князя крутилось лишь одно — ДА КАК ТАК-ТО?!!
Мдаа… и это, он хотел сына осадить! А получилось, что осадили его самого.
Глава 15
Глава 15
Москва. Кусково. Московская магическая академия. Полигон N13.
Лекарь Прохор Святославович кота за причиндалы тянуть не стал — сделал звонок, и уже через час оба его отпрыска были в академии, на полигоне. Несмотря на то, что я опасался получится ли у меня побороть проклятье своими силами, я приступил к работе незамедлительно, даже вопреки тому, что Горлукович смотрел на «отлынивание» от его продолжающейся тренировки неодобрительно. Но стоило лишь чуть-чуть уплотнить клубки душ детей Мясницкого, как они тут же пробудили свои вторые колодцы и «плотина» проклятия, что держала в узде их развитие, пала.
На укоризненный взгляд Голуковича, когда мы вместе с Мясницким поехали в моё загородное родовое поместье, я лишь пожал плечами, ведь я решил ковать железо пока горячо — надо принимать род Мясницких в вассалы, пока Прохор Святославович под впечатлением, и не передумал. На самого Мясницкого, кстати, декан тоже бросил не менее укоризненный взгляд, говорящий что-то вроде: «ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему», но на Мясницкого этот взгляд тоже должного впечатления не произвёл.
После того, как отец понял какой именно род станет вассальным роду Лесковых, я понял, что он снова решил устроить попойку в честь такого радостного события, и сразу же открестился от этого дела.
Я давно понял, что на местных одарённых алкоголь не действует так же отрицательно, как на людей в моём мире из-за лекарей, которые полностью восстанавливают тело до идеала. Именно поэтому ко всяческим возлияниям — иногда даже чрезмерным, здесь относятся не в пример проще.
Но это, всё равно, не отменяло потерю времени, которую я не мог себе сейчас позволить. Ведь пока действует крайне редкий эликсир, я не собирался тратить драгоценные минуты впустую!
Потому, сразу после подписания всех документов я и сам поехал обратно в академию, и Мясницкого с собой потащил. Вот тут уже укоризненный взгляд моего отца на архимага произвёл нужное впечатление. Мясницкий даже как-то немного возмущённо развёл руки в стороны, показывая, что не по своей воле он покидает поместье рода Лесковых.
На что, мой отец вздохнул:
— Я понял, Прохор Станиславович. Надеюсь, что как только Вы закончите с моим сыном, Вы заглянете ко мне? Нам нынче есть что обсудить!
Архимаг слегка поклонился:
— Всенепременно, Николай Фёдорович, всенепременно!
* * *
Вернулись мы в Московскую Магическую Академию в максимально сжатые сроки, ещё даже до обеда, хоть до него и оставалось минут двадцать.
Зайдя в ангар полигона, увидел со спины Марью, которая в этот момент билась в магическом прямоугольнике с одним из спарринг-партнёров. Девушка медленно шла вправо, хромая на правую же ногу и держала перед собой магический щит, в который влетали водяные пули и отскакивали от него водяными брызгами. Чуть выше, чуть ниже, вправо и резко вниз. Принцесса не успела опустить магический щит вниз, и водяная пуля влетела в лодыжку, взорвавшись фонтаном кровавых брызг. Марья захромала ещё сильнее, теперь и на левую ногу, но продолжила идти вправо.
Я же непроизвольно сжал ладони в кулаки.
Ну, мягко говоря, неприятно видеть, как в небезразличную для тебя девушку прилетает что-то, что оставляет кровь на полу после каждого её шага.
Но тут же расслабил свои кулаки. Горлукович, что возвышался на полголовы над группой студентов, смотрел на бой очень
