— Не думаю, что Флора Уилтон имеет какое-то влияние на мою тетку. Я выберу время и попрошу тетушку оставить тебя погостить хотя бы на две недели. Она, кажется, прониклась твоими несчастьями. Лишь бы моя мать не посчитала твое присутствие здесь излишним!
— Я постараюсь быть полезной и незаметной, — что-что, а быть полезной почтенным дамам Розамунда умела. — Боюсь только, у меня не хватит времени и сил, чтобы поспевать везде, как ты хочешь. Пока не приехал сэр Джон, у нас остаются мистер Уилтон и поклонник Имоджин. Если я буду находиться поблизости от Уилтона, я не смогу отвлекать твою кузину от Баррита.
— Придумай что-нибудь! Я должна занять место Имоджин в сердце мистера Баррита, пока не явился сэр Джон! Ради замужества ты должна постараться, я ведь уступаю тебе жениха!
— Который влюблен в тебя. — Идеально ровные дуги бровей Розамунды сложились в линию.
— Когда он увидит, что я помолвлена с Барритом, он будет очень, очень расстроен, но ничего не сможет поделать. И тут ты очень кстати окажешься рядом, чтобы утешить и ободрить. Не пройдет и трех дней, как этот джентльмен сделает тебе предложение, хотя бы ради того, чтобы разозлить моего отца!
— Ну, хорошо, допустим, ты права. Но до появления Ризинга еще не меньше недели, и нам надо подумать, что делать с Имоджин. Лучше всего, если бы она внезапно заболела, несерьезно, конечно, и провела несколько дней в постели. Это даст тебе возможность флиртовать с Барритом, а я смогу заняться Уилтоном. Такой красавец… — Розамунда мечтательно возвела очи к небу. — Ты ведь не будешь против, если я не только заставлю Уилтона влюбиться в меня, но и отвечу ему взаимностью?
— А как же Ризинг? — Филлис перестала терзать очередной бутон и повернулась к подруге.
— Пускай женится на Флоре Уилтон! — фыркнула мисс Тиллард. — Однако, может быть, я не понравлюсь Уилтону, и тогда мы вернемся к твоему плану. Пока же позволь мне наслаждаться обществом Бернарда Уилтона!
— Но как ты думаешь избавиться от Имоджин? — Филлис внезапно почувствовала нечто сродни угрызениям совести, ей не хотелось бы, чтобы здоровье кузины сильно пострадало, достаточно и того, что измена Баррита разобьет ей сердце!
— Мисс Грейстоун подвержена простудам, — пожала плечами Розамунда. — На завтрашнем балу она будет легко одета, и я после танцев предложу ей пройтись по саду. Уверена, послезавтра Имоджин начнет кашлять, и ее матушка пригласит к ней доктора!
Филлис кивнула. Недавний кашель Имоджин прекратился, но миссис Грейстоун постоянно следила за тем, чтобы дочь не забывала вечером накидывать на плечи шаль. На балу же будет слишком много людей, и мать не сможет приглядывать за Имоджин постоянно.
— Кажется, ты еще более жестокосердна, чем я, — заметила Филлис. — Надеюсь, простуда не сильно повредит бедняжке…
— С каких пор ты стала жалеть свою кузину? С самых юных лет ты терпеть ее не могла! — Розамунда с удивлением посмотрела на подругу. — Я же стараюсь ради тебя, как и всегда!
— Да-да, конечно, твой план мне нравится. — Филлис отогнала представшее ее мысленному взору видение угасающей от лихорадки Имоджин. — Думаю, завтра на балу ты будешь танцевать с Уилтоном! Меня-то он не сочтет нужным пригласить!
— Это большая удача, что миссис Мэйленд не вспомнила обо мне, когда описывала Уилтонам свою жизнь в пансионе.
— Во всяком случае, я на это надеюсь, — откликнулась Филлис. — Иначе Уилтоны сразу дали бы тебе понять, что ты им неприятна. Надо же Мэйлендам и Уилтонам оказаться друзьями! И мисс Барнс ухитрилась найти себе жениха, будучи всего лишь преподавательницей живописи!
— Она происходит из приличной семьи, кажется, ее отец или брат растратил состояние, и ей пришлось искать себе место преподавательницы. Знаешь, а она мне отчасти даже нравилась, и девочки ее любили, особенно младшие, — задумчиво протянула Розамунда, невольно погружаясь в воспоминания. — Тебе не следовало ссориться с мисс Барнс на первом же уроке.
Филлис посмотрела в сторону дома — к ним приближалась Имоджин в компании Флоры и мистера Баррита.
— Сразу было понятно, что она терпеть меня не может! Наверняка она завидовала моей красоте и хорошему приданому, и мы никогда не стали бы подругами! К тому же она выбрала себе в любимицы девочек, с которыми мы с тобой все время враждовали, или ты уже все позабыла?
— О, вовсе нет, и я бы ни за что не стала дружить с Морин Паркер или Сьюзен Сэмпсон, но кто мог знать, что неприязнь мисс Барнс может простираться так далеко, что она испортит твои отношения с Уилтонами?
— Тише, сюда как раз идет Флора вместе с моей кузиной и Барритом! — шикнула на подругу Филлис. — Я бы не расстроилась, если бы мисс Барнс свалилась с лестницы и сломала себе что-нибудь, настолько она была мне отвратительна, и мое отношение к ней не изменилось теперь, когда она вышла замуж за долговязого Мэйленда!
Розамунда ничего не ответила — Имоджин уже свернула на дорожку, ведущую к скамье, на которой сидели подруги.
— Филлис, Розамунда, я только что получила записку от Оливии Глоссберри. Она приглашает всех нас на чай, посмотреть, как прислуга украшает дом и сад к балу. Матушка и другие дамы уехали в одной из колясок, но у нас есть и другая, пусть и не такая красивая.
— Как мы все разместимся в одной коляске? — Филлис не собиралась пропускать чаепитие у Глоссберри, но молодежи в доме Грейстоунов было слишком много для одного экипажа.
— Джентльмены могут поехать верхом, — вмешалась Флора. — Не думаю, что такая поездка окажется им не по силам. Впрочем, если вы, мисс Найт, не пожелаете ехать с нами, вы можете остаться.
Мистер Баррит тут же принялся заверять леди, что и он, и Уилтон прекрасно проведут время, гарцуя возле коляски и беседуя с прелестными дамами, Филлис наградила его благодарной улыбкой, и Флоре пришлось смириться с тем, что мисс Найт и ее подруга поедут к Глоссберри вместе с остальными.
11
Когда Филлис вышла в сад, уже начало темнеть. Розамунда вместе с Флорой Уилтон разбирала в музыкальной комнате ноты — Имоджин никогда не умела содержать их в порядке. Мистер Уилтон наслаждался остроумной беседой с обеими девушками — находчивость сестры была ему давно известна, а мисс Тиллард поразила его способностью к подчас забавным, а порой и к язвительным выпадам, так не сочетающейся в представлении джентльмена с благонравным обликом Розамунды.
После поездки к Глоссберри у Имоджин разболелась голова, да и сама Филлис порядком устала от шумных племянников и племянниц Оливии Глоссберри, неспособных угомониться даже на четверть часа, несмотря на старания нянек и двух гувернанток. К сожалению всех юных леди в округе, оба сына лорда Глоссберри уже женились и даже произвели на свет по нескольку отпрысков. Единственная дочь лорда, Оливия, должна была получить сорок тысяч фунтов приданого и уже огласила помолвку со своим кузеном, таким же начитанным, худым и длинноносым, как его невеста.
