никто. Лаконичный книжный шкаф, столик и диван. Будто Князев не понимал, зачем ему это пространство, но как-то его обставить было нужно. Кому-то, но не ему.
У него не оказалось телека, поэтому «Оттенки» мы смотрели на его буке. Вернее, Князев смотрел в экран, а я — на него. Кино он выдержал недолго — сдался на тридцатой минуте.
— Ну, ты вошла в мою жизнь гораздо круче, — сосредоточенно рассуждал он, пытаясь уловить смысл происходившего на экране. — Тут какой-то примитив — кувыркнулась на пороге кабинета…
— А если бы я кувыркнулась?
— Я бы отнес тебя в травмпункт и на мрт головы, — хмурился он. — Ян, это… какой-то артхаус? Я не силен…
— Нет, Игорь, это какая-то дичь. Наш рекорд с Машей — двадцать минут, ты еще круто держался, — улыбалась я. — Но ты понял, о чем кино?
— О том, что каждый богатый мужик — не в себе? — с сомнением заключил он. — Ты эту истину вот из такого кино берешь?
— Везде есть подвох, Игорь. С тобой должно быть что-то не так.
Я была уверена, что пошутила. Ну что может быть не так с Князевым кроме того, что он — гений кардиохирургии, богат, холост и невероятно сексуален? Но он снова не спешил веселиться.
— Я патологически неприспособлен к семейной жизни, — посмотрел он на меня серьезно. — Раньше мне казалось, что гонка, в которой я живу, и есть вся моя жизнь. Но мне уже тридцать девять…
— Сколько? — опешила я.
Он усмехнулся:
— Да, Янка, я старик по сравнению с тобой.
Я полагала, что ему ну максимум немногим за тридцать. Но никак не под сорок. Ему невозможно дать столько.
— Ты шикарно выглядишь, — выдохнула я, удивленно моргая. — А у тебя было когда-то все серьезно с кем-то?
— Нет. Мне это было не нужно. Прежде. — Он сделал паузу, в которую будто зажег меня, как новогоднюю елку, и его это сделало вдруг счастливым. — Найти в наше время женщину, которая видит тебя, а не твой финансовый или сексуальный потенциал, очень сложно. Люди привыкли воспринимать партнера как набор выгод. Я это вижу каждый день. И я от этого устал.
— Откуда тебе знать, что я не такая? Девочка из Подмосковья со съемной квартирой…
— Яна, обычно женщины не бегут, если им нужны выгоды, — улыбнулся он снисходительно. — Я не подарок судьбы. Мало кто сможет выдержать мое частое отсутствие и внезапные исчезновения по срочным вызовам. Но теперь я всерьез надеюсь, что кто-то сможет. И что этот кто-то — ты…
Ну что, звучало логично. Я же помощница главы хирургии, хоть и бывшая. Кому как не мне знать, чем грозит жизнь с Князевым?
— …Я ответил на твой вопрос? — притягательно улыбнулся он.
— Пожалуй, — неуверенно кивнула я. И уже собиралась предложить сделать кофе, когда у меня запиликал мобильный. — Прости меня, я сейчас…
— Сиди, я в кухню, — опередил он мою попытку слезть с дивана.
Но я все равно улизнула из гостиной на большую лоджию, когда Князев скрылся в коридоре.
— Янка, ты что, удалила мобильный Розмуха? — хихикнула Маша в трубку.
— Нет.
— Он орет, что звонил тебе десять раз…
Я отняла трубку от уха и обнаружила кучу пропущенных звонков. Странно…
— Что ему надо? — буркнула я.
— Ну как что? Ты, конечно! Мечется по клинике, ничего найти не может, злой…
Я невесело усмехнулась. Так ему и надо.
— Видимо, хочет, чтобы я две недели ему отработала.
И я глянула на мрачный город в тумане. Высокий все же у Князева этаж — машинки внизу как игрушечные. Детский городок деревянный и разноцветная россыпь детей в нем…
— Ты как?
Вопрос подруги вызвал ступор.
— А… Я у Князева.
Слышала, как Маша кашлянула. Потом окружающий ее шум стих, и она вкрадчиво поинтересовалась:
— Как это произошло?
— Ты за кого меня сейчас принимаешь?
— Мы вроде бы не настолько напились, чтобы ты к нему поехала…
— Нет, конечно.
— Он тебя караулил у дома!
— Да.
— Черт, огненный мужик!
— Ты не представляешь насколько, — сдавленно выдохнула я, опасливо оглядываясь на гостиную.
— Круто все было?
— Очень!
— Я рада за тебя! Но Розмуху перезвони все же, а то он тут всю клинику сейчас разгонит.
Не хотелось слышать босса. Я уволилась, черт возьми! Почему я не могу просто ни о чем не думать в этот день?! Могу. Пусть идет к лешему.
— Странно, у меня куча пропущенных, а я не слышала звонков, — вошла я в кухню. Князев будто мысли читал — замер у кофеварки и буравил мрачным взглядом темную струйку. Только мне не понравилось, каким взглядом он на нее смотрел. — Игорь, что случилось?
Слова сами как-то вырвались, я даже не успела привычно захлопнуть рот, прежде чем что-то произнести. Князев выглядел устало — плечи опущены, руки в карманах штанов, мышцы лица застыли в напряжении. И мне даже показалось, что я знаю ответ. Хирурги часто так застывают, когда понимают, что проиграли…
— Мне сообщили, что моя пациентка умерла сегодня ночью, — перевел он на меня взгляд, но тут же вернул на чашку.
— Можно мне тебя обнять? — снова не подумала я.
— Можно, — серьезно кивнул он.
Я осторожно приблизилась к нему со спины и обняла, просунув ладони под его руками:
— Мне жаль…
— Да, мне тоже… — И он обернулся ко мне и так неожиданно крепко сжал в объятьях, что я растерянно замерла. — Она должна была жить. Мы все для этого сделали…
Я прикрыла глаза. Было неожиданно, что он оказался таким живым под своей жесткой холодной маской.
— А сколько ей было?
— Как ты, наверное, — рассеяно отозвался он. — А мобильный твой я поставил на беззвучный, потому что ночью тебе звонил Вадим…
— Вадим? — опомнилась я. — Пропущенного от Вадима не было.
— Я ответил.
— Игорь Андреич…
— Хочешь, я извинюсь? — вдруг недобро усмехнулся он. — Яна, скажи, что хочешь.
— Не надо отвечать за меня на звонки!.. — начала возмущаться я, но он вдруг подхватил меня на руки и перекинул через плечо. — Игорь!
— Ян, ты же его отшила, —
