выжила из ума под старость лет, что додумалась отправить девушку одну на другой конец материка? Было страшно даже представить, что могло бы приключиться с ней по дороге. Жнец разозлился.
Аннерийцы стали слишком черствыми, чтобы этому экзотическому, золотому светлячку жить среди них. Почти перестали по-настоящему любить. Что, если бы кто-то из них ранил Айвен холодностью и безразличием? Злость огненной лавой свирепствовала в нем, но он ласково ответил:
– Не вини ее. Ни тем более себя. Храни в памяти лишь светлые воспоминания. Я думаю, в ту ночь она не могла поступить иначе.
Имевший прямое отношение к таинственному исчезновению старухи, он был причиной страданий Айвен, и от этого саднило в груди. Жнец не хотел больше видеть ее слезы. Никогда. Но если бы можно было отмотать события назад, он бы вернулся в то утро и поступил точно также, только перед смертью гневно отчитал Иериель за глупую надежду и опасную затею, которые она вселила в сердце девушки.
Айвен должна была вырасти в Аннерии, но сделала это в Синем лесу. Если она решила покинуть его, то можно подсказать ей, где поблизости стоит поискать новый, более гостеприимный дом. Скажем, в его объятиях? А трудности по поиску райского уголка для них двоих он возьмет на себя.
– Вы аннериец, Нэй? – Робко спросила девушка.
– Нет, милая.
– Ох… – Все, что смогла вымолвить она разочарованно.
– Твои сородичи ушли очень далеко отсюда. Тебе не добраться до новой Аннерии в одиночку. Прости. – Он сочувственно посмотрел ей прямо в глаза и вкрадчивым, таинственным голосом продолжил:
– Но знай, дом, в котором тебя действительно ждут и уже…любят находится гораздо ближе, чем ты думаешь.
Айвен изумленно уставилась на него. По блеску бирюзовых глаз было видно, что она торопливо обдумывает его слова. Нэй прикрыл веки, уже представляя, как девушка радостно бросается ему на грудь догадавшись, что он имел ввиду, но она поступила совсем не так, как он мечтательно надеялся.
– В знак благодарности за спасенные жизни женщины-дуаги приносили нам шерсть, посуду, чаще какую-то снедь. Но однажды Иериель взяла плату за свои услуги книгой. Книгой на языке дуаг, – интригующе промолвила она.
Намереваясь показать свою драгоценность, девушка осторожно высвободила ладошку из его теплой, стесненной перчаткой руки, и поднялась со стула. Откуда-то из глубины комнаты она достала массивный фолиант в твердом, кожаном переплете. «Легенды Дуаг» – гласило название старой книги. Айвен с благоговением погладила обветшавшую от времени обложку.
– Пришлось приложить немало усилий, чтобы ее прочесть, но я это сделала. Обучилась их письму самостоятельно, – торжественно объявила она.
Нэйланд же, комично округлил глаза, как – будто удивляясь ее недюжинным, умственным способностям.
– Ну, почти самостоятельно! – Поправила себя девушка, так мило улыбаясь, что Нэй не сдержал ответной улыбки, показав идеально ровные, белые зубы.
– Иериель не хотела со мной возиться, а Тронвилль охотно научил меня их алфавиту, – пояснила она.
От горьких слез не осталось и следа, чему Нэйланд был несказанно рад.
– Почерпнув знания из этой книги, я поняла, что у дуаг доброе сердце. Они открытые и великодушные люди! Когда закончится зима, я хочу покинуть эти земли. Навсегда. Теперь мне одиноко и тоскливо здесь. Если Аннерия далеко, то…, может быть Дуаг не отвергнет меня? Я уверена, что смогу ужиться с ними. Я знаю про этот народ почти все. Многое умею и не такая слабая, как может показаться на первый взгляд, – воодушевленно щебетала Айвен. – К тому же, я ни в чем не виновата перед ними!
Меньше всего на свете Нэю хотелось расстроить ее сейчас, рассказав, что и этому не суждено сбыться. Таким, как она, запрещено было подходить даже к границе их земель. Совершенно очевидно, что она ничего не знала о главном правиле Священного закона Шайях, иначе бы не предавалась столь смелым фантазиям.
– А вы? Как надолго вы здесь?
«Пока ты здесь», – мысленно ответил ей Жнец, тщательно подбирая слова, которые бы не так явно соответствовали этой действительности.
– Не смогу поверить, что вас изгнали в Запретные земли из-за того, что вы совершили какое-то преступление. – Она покачала головой.
– Нет, Айвен. Я сам себя изгнал и говорил тебе ранее, что здесь временно. Пока не знаю, как долго. – Ответил он.
– Тогда, может, покинем Синий лес вместе? – Неуверенно предложила она.
Айвен наверняка посчитала, что раз он не аннериец, то точно дуаг. Пусть думает пока именно так. И все-таки какое, оказывается, приятное слово «вместе», подумал Нэйланд.
«Моя нежная, просветленная Эйя. Испугаешься ли ты, когда узнаешь, кто так сильно желает стать тебе гораздо ближе, чем просто «вместе»?
– Покинем это место вместе. – согласился он с ней.
Они еще долго разговаривали, сидя у огня. Айвен, лишенная долгое время возможности общения хоть с кем-то кроме лесного зверья, не умолкала ни на минуту, в захлеб рассказывая Нэю о приключениях, которые ей довелось пережить в детстве. Некоторые из них он посчитал весьма
