Приятно видеть, что кто-то влюбился в Ким. Она заслуживала всего самого лучшего в жизни.
Джо откашлялся и распрямил плечи. Не стоит показывать посторонним свою сентиментальность.
Он открыл входную дверь.
– Пришли наниматься на работу?
– Какую работу? – спросила Ким, целуя его в щеку. Она знала Джо много лет, провела несколько ночей в его доме в Нью-Джерси. Как-то, когда Ким училась в колледже, он долго слушал, как она плачет и жалуется на какого-то парня, бросившего ее.
– Чтобы помочь мне привести в порядок это место. Пришлось уволить бездельника, которого я случайно нанял.
Трэвис недобро смотрел на Джо. Тот был невысок, но плотен, и, казалось, не одобряет их появления.
– Это мой друг Трэвис…
Она поколебалась.
– Трэвис Меррит, и я рассказывала ему о вашем новом магазине. Скажите, та комната, которую вы предназначали для Джессы, все еще пуста?
Джо продолжал смотреть на Трэвиса. Отец парня, должно быть, высок, но сходство с Люси было поразительным.
Он не сразу сообразил, что Трэвис протягивает ему руку Джо пожал крепкую ладонь, продолжая смотреть в глаза мальчишки. Когда Трэвис отнимал руку, Джо ощутил загрубелые мозоли.
– Вы строитель?
– Нет. Просто зря прожитая жизнь.
– Он был каскадером в Голливуде, – пояснила Ким.
– Правда? И какие трюки умеете делать?
– В основном получать пулю в лоб. Я тот парень в полицейском мундире, которого убивает плохиш. В одном и том же фильме меня убивали четыре раза. Низкий бюджет.
– По-моему, такой красавец должен быть звездой любого фильма, – заметил Джо.
Трэвис рассмеялся:
– Согласен. Даже предложил это режиссеру, так что он устроил мне пробу. Приговор гласил, что у меня нет ни признака актерского таланта.
– Но почему это может удержать вас от звездной карьеры? – серьезно спросил Джо.
– Понятия не имею. Но так или иначе, мне никогда не нравилось сидеть в трейлере и ничего не делать. Так какая у вас вакансия?
– Менеджера. Нужно, чтобы кто-то присматривал за магазином, чтобы я мог проводить время с девочками.
– Девочками?
Трэвис перестал улыбаться.
– С дочерью и нареченной, – пояснил Джо. – Как, справитесь с работой? Вам нужно много знать об инструментах.
– Трэвис здорово разбирается… – начала Ким, но поколебалась. – В воздушных шарах, – выговорила она наконец.
Мужчины воззрились на нее.
– Вы тот парень, который снял с дерева воздушный шар малыша?
– Да. Но я не думал, что весь город об этом узнает.
– Ко мне заезжал шериф.
Джо кивнул в сторону задней двери.
– Хотите посмотреть студию Джессы?
– Очень, – кивнула Ким. Мужчины пошли за ней.
– Что ты думаешь? – спросила она Трэвиса. Они ужинали в кабинке небольшого ресторана, неподалеку от дороги на Вильямсбург.
– О чем? – спросил он, вертя в руках вилку.
– Об открытии магазина спорттоваров?
– Мне он понравился, – подумав, ответил Трэвис.
– Мистер Лейтон? Конечно! Славный человек. И ты произвел на него впечатление. Трудно поверить, что он спрашивал твоего мнения о состоянии своих финансов.
– Мне тоже. Не считаешь же ты, что он знает…
– Что ты сын Люси? Каким это образом?
– Мне говорили, что я похож на мать, так что он, возможно, меня узнал.
– Поскольку я не помню твою мать, то не могу судить.
Ким разглядывала его темные брови, как птичьи крылья, пробивавшуюся щетину… невозможно вообразить, что это воплощение мужественности могло походить на женщину.
А Трэвис видел ее в глазах нечто такое… что пробуждало в нем желание перегнуться через стол и притянуть Ким к себе. У нее соблазнительный рот, который так и напрашивается на поцелуй.
Но он опять вспомнил слова матери и отвел взгляд.
Он не знал, по какой дороге пойдет, и не хотел тащить Ким за собой.
Ким видела, как сияют его глаза. Чувствовала, что между ними проскакивают искры. Но по какой-то непонятной ей причине он не давал воли этому влечению. Старательно гасил всякое сексуальное притяжение, обычно возникающее между мужчиной и женщиной.
Что ж, видимо, так тому и быть. Друзья. Он сам так захотел. Значит, быть им друзьями.
Но невольный гнев поднимался в ней. Неужели в его жизни есть другая женщина? Или он решил, что девушка из маленького городка недостаточно хороша для него? А может, по-прежнему видит в ней ребенка?
Что бы там ни было, а это ей совершенно не нравилось!
– Не возражаешь, если я позвоню? – спросила она самым что ни на есть сладеньким голоском. Похоже, в ее случае верна поговорка о том, что даже в самом аду нет фурии страшнее, чем оскорбленная женщина.
– Разумеется, нет. Хочешь, я отойду?
– Что ты, это и минуты не займет! Уверена, что он работает.
– Он?
– Дэйв. Мой парень.
Трэвис, только что откусивший кусочек сандвича, поперхнулся и закашлялся.
– Парень?
Ким не успела что-то сказать, как Дэйв ответил:
– Привет, беби, что-то случилось?
Ким отвела телефон от уха, чтобы голос Дэйва был слышнее.
– Я хотела спросить, что, по-твоему, лучше взять на уик-энд? В этой гостинице нужно переодеваться к обеду? Взять вечернее платье?
– Не знаю. Это ты нашла гостиницу, но могу сказать, что не собираюсь брать смокинг. И без того слишком часто ношу его на работе. Эй, почему бы не решить проблему ужинами в постели?
Ким, улыбаясь, глянула на Трэвиса. Глаза его были широко раскрыты, словно он не верил собственным ушам.
– Я думала, что завтраки в постели более традиционны.
Ее голос был тихим, чувственным. Точно таким, каким говорил сегодня с женщинами Трэвис. Со всеми, кроме нее.
– Как насчет компромисса? Позавтракаем и поужинаем в постели, – негромко предложил Дэйв.
– Так что мы будем делать во время ленча? – спросила она с невинным видом.
– Это ты у нас человек творческий, так что придется дать простор воображению. А мне пора. Мы загружаем фургон всем необходимым для званого ужина. Увидимся в пятницу в два. Да, и…
– Что?
– Не бери с собой одежду на ночь.
Ким, смеясь, нажала кнопку, спрятала телефон и сделала большой глоток кока-колы.
Трэвис продолжал смотреть на нее. Он не шевелился с тех пор, как она открыла телефон.
– Парень? – повторил он, наконец, едва слышно.
– Да, а что тут такого? Не нравится сандвич? Можем взять что-то еще. Хочешь, позову официантку?
– Еда нормальная. С каких пор у тебя вдруг завелся парень?
– Мы с Дэйвом вместе уже шесть месяцев. Думаю, это серьезно.
– «Серьезно» – это как?
Она пожала плечом:
– Как обычно бывает. Почему ты так смотришь на меня?
– Просто удивлен, вот и все. Не знал, что в твоей жизни есть кто-то… важный.
– Только не говори, что предполагал что-то в этом роде, потому что я живу в маленьком городе и… как это… жду мужчину из большого, который придет и спасет меня. Это не так.
