– Все, готова, – сказала она через несколько минут, собрав пожитки и встав с камня. – Идем.
Куда девалась та нежность, которая звучала в ее голосе сразу после пробуждения? Куда пропала милая девушка, спавшая на моем плече? Теперь в место нее рядом стояла уверенная в себе, сильная агент Конторы, способная горы свернуть.
Я вздохнул и снова потянулся за шапкой.
– Стоять! – Астрая взяла меня за руку, и только потом сама одела шапку. – Чтобы не повторилось, как тогда.
Я молча подчинился. Не успели мы спуститься, как услышали тихий окрик:
– Эй, вы куда?
О Творец правый! Про Егора-то совсем забыли!
– Жди здесь, – распорядилась Астрая. – Мы скоро.
– Ага, – согласился послушник. – Разбудите. Да, и пожрать бы чего.
Молодо-зелено! Я в свое время тоже любил поспать да поесть. Что ж, каждому свое.
Мы направились к Гранитному храму, стараясь избегать охраны. Ежели кто маячил в темноте, мы тут же забирали в сторону. Песок иногда поскрипывал под ногами, поэтому идти приходилось очень осторожно. Впрочем, охранники на такие мелочи внимания не обращали. Может, привыкли к тому, что в этом месте иногда ходят призраки, поэтому принимали нас за них?
Луна подбиралась к зениту, освещая, словно солнце, все вокруг, когда мы подошли к храму. Я заставил Астраю остановиться, дабы присмотреться, нет ли какой опасности. Прошла минута, вторая, но все было тихо. Можно идти дальше.
Ключ, более не сдерживаемый моей рукой, подался вперед, оттягивая рубаху. Хорошо, что под шапкой-невидимкой никто не видит этого, ибо подумать могли бы невесть что. У самой статуи правого сфинкса камни рванулись вперед так, что едва не порвали цепочку. Пришлось угомонить их, прижав к груди.
– Пришли, – прошептала Астрая.
Это слово, сказанное почти бесшумно, тут же разнеслось по всему храму. От неожиданности я присел, потянул девушку за собой. Она не ожидала такой реакции, наши руки разомкнулись.
– Только не надо ловить меня, – попросила Астрая, снова вызывая приступ эхопада.
Да бес с ним! Все равно нужно вход искать с помощью Ключа, а под шапкой его совсем не видно. Я снял волшебный убор.
Тут же храм озарился красно-желто-оранжевым сиянием. Уж не знаю как, однако Ключ пролез сквозь пуговицы и теперь торчал снаружи. Я быстрехонько снял цепочку с шеи, крепко удерживая камни в руке.
– Сумасшедший! – прошипела Астрая и явилась мне с шапкой в руке. – Нарвемся так!
– Тогда надобно ускориться, – ответил я в том же тоне. – Где может быть вход?
– Откуда я знаю? – возмутилась девушка. – Где-то здесь.
– Ты же говорила, что подготовилась?
– Не писалось об этом в архивах. Наверное, информация закрытая.
– Ладно, сами разберемся.
Зря я, конечно, препирался с ней, но уж очень хотелось уколоть непогрешимую научницу. К тому же, я чувствовал, что с каждой минутой она мне нравиться все больше и больше. И эти глаза, и личико милое, и…
– В гляделки будем играть или вход искать? – прошипела Астрая, глядя на меня. – Чего застыл?
Я опомнился, слегка отпустил Ключ. Он, словно щенок, резво рванул вперед, и, если бы не цепочка, вырвался из рук, ищи его потом.
Я поспешил за ним. Астрая стояла на входе, дабы в случае чего подать сигнал тревоги. Тем временем камни заставили сделать круг, и только после этого стремительно опустились к лапам изваяния. Их света хватило на то, чтобы разобрать несколько рядов иероглифов. Само собой, что глядел я на них, как соседский баран на новые ворота, ничего не понимая, однако от меня этого и не требовалось. Ключ меж тем застыл на одном месте, словно ждал чего-то. Вот же ж зараза, хоть бы намекнул, чего дальше делать.
Выручила птичка-интуиция. Я как раз рукой смахивал с письмен песок, нанесенный сквозняком за день, как она вдруг так звезданула в затылок, что мой лоб едва не проломил постамент. Я буквально носом уткнулся в весьма интересный иероглиф. Он напоминал цветок ромашки, но только в профиль, как и все, что изображали египтяне. И по размерам он подходил – вот что самое интересное. Ничтоже сумяшеся, я приложил покорные теперь камни в углубления лепестков. Ничего себе получилось, словно так и надо.
Ключ привел в действие некий механизм, потому что невесть откуда взявшиеся двери, упав сверху с грохотом, разом перекрыли входы в храм. Тут же запылали прикрепленные к стенам факелы. Астрая от неожиданности отскочила в сторону, сжимая в руке аннигилятор. Девушка была явно готова к отражению нападения.
– Что это… – но договорить она не успела.
ГЛАВА10
Если честно, струхнул я изрядно. Да и кто бы остался спокойным, когда увидел бы такую картину. Сфинксы, доселе недвижимо лежащие на своих постаментах, вдруг сели на задние лапы, правый при этом чихнул, как живой. Оно и понятно: залежались киски за столько веков, а место-то пыльное, да еще сквозняки и ветра.
Я отступил в сторону, потянув за собой Ключ. Камни легко выскочили из пазов и повисли на цепочке. Готов был я ко многому, однако не к такому повороту. С опаской отступая от оживших изваяний, моя спина вскоре столкнулась с Астраей.
– Твои колдовские штучки? – спросила она.
– Ага, может, твои нанотехнологии? – слова сами сорвались с языка.
– Пропуск! – потребовали сфинксы в унисон.
При этом их глаза начали разгораться красным адским пламенем. Ничего хорошего это не сулило. Интуиция запищала, что нужно поторапливаться и предоставить пропуск, но где ж его взять?
– Какой пропуск? – растерянно спросил я, протягивая к зверям Ключ. – Этот?
Сфинксы призадумались, огонь в их глазах немного приугас, но не до конца. Через несколько секунд они снова запросили:
– Вторая часть пропуска!
– Что они имеют ввиду? – судорожно спросила Астрая. – Может, нужно загадки разгадать? В архивных данных говорится, что сфинксы загадывают людям загадки, а потом…
– Они про загадки хоть что-то упомянули? – перебил я, с тревогой наблюдая, как глаза зверей снова разгораются огнем.
– Что такое пропуск? Что это? Откуда он может быть у нас? – все это Астрая проговорила скороговоркой, судорожно соображая.
В двери начали бить чем-то тяжелым. Никак охрана проснулась.
Времени было совсем ничего. С каждым мгновением красный свет в глазах становился ярче. Я чувствовал, что вот-вот пламя вырвется из них и сожжет нас дотла. Творец правый! Почему нас снабдили допусками, а о пропусках никто не побеспокоился?
Пропуск, допуск, допуск, пропуск… Я ухватился за эту мысль, как утопающий за соломинку. Это единственный шанс, больше у нас все равно ничего нет.
– Доставай, – потребовал я, вынимая из кармана свой межмировой допуск.
Астрая, как оказалось, поняла это немного раньше, ибо в ее второй руке уже был зажат точно такой же знак, что я судорожно доставал и протягивал сфинксам. Те, обжигая нас пылающим взором, начали приближаться с кошачьей грацией, хлеща себя по бокам хвостами. Выхода у нас не было, бежать – некуда. Оставалось только ждать, чем дело кончится. Я опустил руку Астраи с зажатым в ней аннигилятором, понимая, что оружие нас уж точно не спасет, и продолжил беспомощно следить за зверями. Внутри меня все напряглось. Адреналин заставил сердце колотиться, как набатный колокол, спина, не смотря на прохладу, покрылась потом, который тонкой противной струйкой потек меж лопаток вниз. Расстояние между нами сократилось до метра, когда я вдруг почувствовал, что больше не могу сдвинуться с места. Время для меня остановилось.
Сфинксы приблизились вплотную, понюхали, а потом лизнули знаки. Я ощутил, как шершавый сухой язык прошелся по моим пальцам, оставляя вместо влаги полоску песка. Я скосил глаза на девушку. Астрая не стала отворачиваться, закрывать глаза. Она смело смотрела в глаза опасным стражам, не желая покоряться своим страхам. Ни один мускул не дрогнул на ее красивом личике, только кожа была бледной, словно ее покрыли слоем штукатурки, да пальцы подрагивали. Смелая, уважаю таких.
В напряженной тишине прошла секунда, вторая, третья. Сфинксы смотрели сначала на нас, потом друг на друга, и наконец сказали одновременно:
– Ждем ваших приказов.
Я смотрел, как гаснет огонь в их глазах, как они, словно дрессированные, отходят в стороны, освобождая проход, как садятся на задние лапы. Уф! Неужто подчинились?
Я вдруг явственно ощутил, что такое сила тяжести. Захотелось вдруг сесть на пол, дабы унять дрожь в ногах, угомонить сердце, которое колотилось, как сумасшедшее. Интуиция снова пару раз клюнула в темечко, мол, недосуг рассиживаться, шевелись, время дорого. Вот же ж неугомонная!
– Приказ первый, – послышался сбоку голос Астраи. – Открыть нам вход в хранилище.
– Выполнено, – голоса сфинксов слились с грохотом отодвигаемых постаментов.
