— Говорили, была подземная дорога до Сенгилея, — степенно вступает в разговор солидный мужик, одетый в остатки милицейской формы. — Как-то две женщины пошли в лес за ягодами — и наткнулись на что-то вроде погреба, какой-то вход в подземелье, закрытый железной дверью. Но они испугались и ушли, и где это место — неизвестно.
— А мощенной камнем старинной дороги в лесу у вас нет? — задаю наводящий вопрос
— А вот она и есть, подземная — мне отец рассказывал.
Было бы странно, если бы с городищем не было связано предание о хотя бы одном подземном ходе, — это типичное поверье. И смеяться над ним не стоит — такого рода спелеообъекты, пусть и короче, чем в легендах, в крепостях были необходимы. Вот только входы в них обычно замыты и завалены, и для поисков их пришлось бы использовать геофизические методы вроде электроразведки, что выходит за рамки возможностей любителей.
Выяснив путь к «городку», спрашиваем об «инопланетной яме». Она, оказывается, рядом, в поле. Найти ее с помощью пахавших рядом трактористов оказалось несложно — нам указывают на клочок зеленой земли на черном фоне свежев-спаханного поля. Приходится объезжать «дыру» — того и гляди, трактор свалится. Подходим. Отвесные стенки идеально круглого, почти четырехметрового диаметра котлована действительно производили сильное впечатление, но — дно его устилали комья земли, поблизости имелся овраг… В общем, все наводило на мысль о чисто природном происхождении котловины.
Однако открывший ее для широкой публики деревенский активист Б. Федин оказался сторонником внеземной версии.
— Я накануне вечером в поле огни видел, — говорит он, — вначале подумал: зачем трактора на одном месте целый час вертятся? А когда утром пастух воронку нашел, смекнул: инопланетяне садились! Эх, догадался бы сразу — обязательно бы к ним пошел, сказал бы: «Откуда вы, ребята, и зачем пожаловали?..»
И не только он. Большинство сельчан также убеждены в инопланетном происхождении загадочных воронок, а к мнению геолога относятся с недоверием:
— Несерьезный человек — все у него хиханьки да хаханьки…
Для чего, однако, инопланетянам красть землю — да еще и в таком количестве? Для анализа вполне достаточно считаных граммов… Мало того, в беседах выяснилось, что яма эта — отнюдь не первая. В последнее десятилетие их здесь появилось минимум три (просто у последней нашелся собственный корреспондент, сообщивший в газету). Очень возможно, появлялись они и до того.
— Здесь у дороги в лесу еще три глубокие воронки есть, с незапамятных времен их знаем, — говорит один из старожилов. — Деды говорили, раньше тут тракт был, в Сибирь по этапу заключенных гоняли, так на ночь каторжников в те ямы сажали, а вокруг стражу ставили, чтоб, значит, не разбегались.
Словом, скорее всего, суффозионные провалы над пустотами, образовавшимися при выносе грунта подземными водами.
И все же я привык в проверке всех предположений идти до конца. Может быть, здесь аномальная зона, подобная тем, о коих уже рассказывалось?
Ответ может дать только статистика. Необходимо выяснить, происходят ли здесь другие аномальные явления, помимо провалов. Но вопрос пришлось отложить на следующий день — смеркалось, пора было ставить лагерь.
Когда укладывались, обнаружил у себя на ноге пару красных пятен — обычная реакция моего организма на укусы мошки, а ее здесь хватает. Однако, все же заволновавшись, зачем-то сказал о проблеме друзьям, и Татьяна Джеймс, имевшая отчасти медицинское (ветеринарное) образование, заподозрила рожистое воспаление! Тут же болячка была чем-то намазана, нога забинтована, и с уже серьезной тревогой я стал ждать развития заболевания, прикидывая, обращаться ли к райцентровским эскулапам или срочно возвращаться домой… А в итоге все же оказалось — мошка. Да, присутствие в экспедиции медицинского работника не всегда благо…
Утром снова моросит дождь, тем не менее, оставив друзей в лагере кашеварить, вдвоем с Таней Джеймс идем собирать статистику.
…И виденные еще вчера сельские населенные пункты произвели печальное впечатление, но это село колхоза «Рассвет» показалось нам особенно убогим. Мало знакомая с жизнью российской провинции, Татьяна была просто шокирована — на улицах грязь, в поваленных заборах и давно не ремонтировавшихся постройках проглядывает нищета. Аборигены тоже одеты не от Кардена — да еще, как правило, «выпимши» (обоего пола). По признанию спутницы, глаза ее радовали только лошади — их здесь довольно много, все породистые и ухоженные (Татьяна в коневодстве разбирается). Глядя на все это, решили войти к местным властям с предложением переименовать «Рассвет» в «Закат»…
Помимо упавшего настроения, вести опрос мешали и объективные причины. Как обычно, мы специально пошли с рюкзаками за спиной, надеясь, что благодаря туристскому облику будем вызывать у сельчан большее доверие. Увы, деревенские нас постоянно принимали за цыган коммивояжеров и не хотели выходить. Дошло до того, что, постучав в ворота, Татьяна стала кричать: «Не бойтесь, мы не цыгане»! Впрочем, докричаться до обитателей домов тоже было не просто.
Несмотря на все эти препятствия, опросили двадцать человек. Аномальные атмосферные явления видели пятеро — число очевидцев чуть выше обычных 10 процентов, но говорить о том, что здесь аномальная зона, в коей чудеса наблюдаются значительно чаще обычного, не приходится. Большинство наших респондентов прожили здесь всю жизнь и ни разу не видели ничего необычного.
Остается вернуться к археологическому вопросу, то бишь выдвигаться к «городку», благо, дождь к обеду поутих. Переходим вброд речушку и — приятная находка: мощный родник. Сергей резко останавливается.
— Потом за водой налегке спустимся, — говорю завхозу, однако он машет рукой вверх.
— Посмотри, тебе это ничего не напоминает?!
Действительно, точно над родником (то бишь над водяной жилой) видна свежая воронка, отличающаяся от виденной недавно «инопланетной» только размерами да расположением. Таким образом — налицо еще один аргумент в пользу чисто природного, провального ее происхождения.
Пыхтя, поднимаемся в гору. Как сюда въезжали на комбайнах, для нашего равнинного ума непостижимо… На вершине, Однако, оказывается, действительно давно заброшенное поле, оно же и место древнего укрепленного города — об этом ясно говорят два параллельных вала, пересекающие дорогу, и керамика (а проще говоря, черепки) в кротовых кучах.
Городище оказалось классическим: расположение на высотке, система валов, деление на посад и дополнительно обнесенный тремя валами детинец (так называется часть городища, в которой располагалась «местная администрация», то есть замок феодала). От знакомых нам по своему региону поселений славян и балтов его отличали только большая площадь — около 100 гектаров — и валы, их два, идущих параллельно, удивительно низких, всего по одному метру высотой. Непонятно, от кого они могли прикрывать поселение — от кабанов? Похоже, что на валах или между ними имелись, но не сохранились до настоящего времени еще какие-то детали, может быть, деревянные стены… Впрочем, я не специалист, и даже дилетантский мой' опыт применим к другим регионам…
