я позволил себе на пару минут расслабиться, наслаждаясь вкусом темного нефильтрованного цифрового пива.
— Привет, — рядом со мной уселась улыбающаяся девчонка-игрок.
Большие синие невинные глаза, струящиеся по плечам золотистые волосы, улыбчивое личико, щечки с ямочками, пухлые розовые губки, облегающее ладную фигурку зеленое платье с глубоким вырезом. Зеленый мирный игровой ник Глубинная Чудесница. Прямой, открытый и чуток смущенный взгляд. Уровень семьдесят девятый. Никакого видимого оружия, за спиной крохотный кожаный рюкзачок, больше похожий на дамскую сумочку.
Эта Чудесница была настолько ладной и женственной, что я тут же ощутил леденящий холодок отточенного стекла на своей глотке. Это сочетание слов я вычитал из рваного журнала в своей коллекции полезной макулатуры. Там мрачный и жестокий герой зарезал нескольких злодеев зачарованным стеклянным кинжалом. Кровищи было столько, что я боялся, как бы она не потекла с журнальных страниц… И вот стоило мне поймать взгляд Чудесницы, а затем услышать ее воркующий, но ничуть не эротичный, а скорее милый голосок правильной девочки… я ощутил на своей глотке леденящий холод наточенного стеклянного ножа…
— Привет, — ответил я ей, отставляя недопитый бокал потерявшего весь свой вкус пива.
— Не спится? — рассмеялась девушка, придвигаясь на пару сантиметров ближе. — Я вот тоже не смогла уснуть…
— Бывает, — улыбнулся я. — Бывает. Но в Вальдире и ночью есть чем заняться.
— Конечно! Битвы в полночь — самые улетные! Хотя до моей реальной полуночи еще пара часов. А у тебя?
— Что у меня?
— Полночь уже наступила там? Мрачная полночь серого реального мира… У меня еще пара часов. А у тебя? Тот же зевливый часовой пояс, где еще пара часов до полуночи? Или ты уже готовишься встречать зябкое утро?
— У меня полдень, — зевнул я и поднялся с высокого барного табурета. — Удачи в игре, Чудесница.
— Уходишь? — девушка обиженно надула розовые губки. — А я думала, мы с тобой… — ее взгляд стал чуть более томным, — пообщаемся еще немного…
Я не хотел влезать в этот явно нездоровый разговор, но не выдержал и спросил напрямую:
— С чего бы ты вдруг решила провести со мной пару часов, Чудесница? Я просто игрок-новичок. Как я мог привлечь твое внимание?
— А почему нет? — она взглянула на меня с таким искренним удивлением, что я даже на мгновение поверил. — Это Вальдира! Общение без страха, беззаботное веселье, долгие разговоры. Хотя, может, ты не для этого пришел в Вальдиру…
— Ну да, — хмыкнул я. — Удачи, Чудесница. Удачи…
— До встречи! — обиженно дернув плечиком, девушка гордо отвернулась, хотя при этом каким-то непонятным безмолвным способом дала понять, что если я прямо сейчас вернусь и продолжу разговор, то…
Я не вернулся. Покинув «Клинок Тамура», взмыл в водное небо, резко свернул и, рухнув за высоким забором из грубо отесанных водорослевых досок, задумчиво уселся на кучу светлого песка, не сводя взгляда с дверей трактира.
Какого черта сейчас было?
Не знаю, что за тревожные звоночки прозвенели у меня в голове, но они прозвенели очень громко и пронзительно. Я едва не отпрыгнул от этой… «чудесницы», как человек отпрыгивает от внезапно оказавшейся на его пути ядовитой змеи.
Могу я ошибаться? Да. Вполне могу. Накрутил себе непонятно чего и в результате буквально сбежал от симпатичной девушки, которая, возможно, просто хотела пообщаться. И глупо тут интересоваться причиной, побудившей ее подойти ко мне этим вечером в уже пустеющем зале трактира.
Так я ошибаюсь?
Нет…
Я медленно покачал головой. Нет. Тут что-то явно не так. Зачем она спрашивала про мое реальное время суток? Как и в Вальдире, у меня в реале сейчас очень поздний вечер, скоро наступит полночь. Но зачем ей это знать? А если бы я ответил? То что дальше? Спросила бы про мое реальное имя? Мимоходом поинтересовалась бы, в какой стране я живу?
И что ей это дает?
Да, в принципе, ничего это не дает. Даже скажи я, что живу в России, и назови ей мой часовой пояс — пойди, попробуй отыщи. Россия огромна. И ведь нет никакой гарантии, что я не солгал. Но это ведь начало… войди она ко мне в доверие, вызови на откровенность, и кто знает, чего бы я там наболтал.
Стоп! Вот она — причина моей зябкости: на мне прежнем это запросто сработало бы! Женщины умеют вызнавать. В этом я убедился давным-давно. В баре, во время пьяной беседы, что с каждым новым глотком и новым словом становится все откровенней, я не раз и не два выбалтывал о себе слишком многое. По пьяному делу я изливал посторонним людям свои обиды, свои секреты, а бывало, что высказывался о ком-то из наших общих знакомых очень и очень плохо. И на следующий день мои слова становились известны всем без исключения. Ну да… Набухавшийся Богуслав опять полил грязью того-то или рассказал то-то и то-то, невольно выдав чужой — пусть мелкий, но секрет, что был доверен только мне… а я взял и подвел человека. И чаще всего теми, кто легко выводил меня на излишнюю откровенность, были именно девушки. И чаще всего это происходило именно в подобных заведениях — бары, пабы и ночные клубы. Вот почему у меня мгновенно зазвенел в голове противный тревожный звоночек.
Но ладно, реал… — там людям скучно. Вот и интересуются чужими делами и секретами в надежде передать их дальше, чтобы стать частью бесконечной цепи грязных сплетен. Но здесь, в Вальдире? Я и в реале-то никто, а в Вальдире и подавно пустое место — не успел еще о себе заявить, не успел создать себе репутацию. В зале «Клинка» еще сидели несколько шумных компаний — веселых, говорливых и даже крикливых. Вот к ним подсесть — самое то. А зачем подсаживаться к тихому ахилоту, который без лишнего шума переговорил за столиком с четырьмя девушками и передал им немало предметов экипировки? Я ведь скучный торговец. Который отдал товар… и не получил никаких денег…
Вернее, рыжая предводительница сразу перевела мне деньги, скинув их на кошелек. Но… она это сделала с помощью меню, и любой сторонний внимательный наблюдатель мог понять, что расчет велся реальной валютой.
Чудесница почуяла запах денег?
Она выискивает таких, как я?
Выясняет их реальное местоположение?
Зачем? Даже приди она ко мне в реале — что дальше?
Уф… голова заболела.
— Надо быть еще осторожней, — пробормотал я, поднимаясь с песчаной кучи и потягиваясь. — Надо быть еще осторожней… Если обидел Чудесницу зря — сорри, добрая девушка. Обидеть не хотел.
Ахилот — рыба. А рыбу ловят и едят.
Прислушавшись к себе, понял, что
