- Ну и что ты обо всем этом думаешь, доктор?
Не удержавшись, я съязвил:
- Что они заработали себе кучу неприятностей.
- Каких неприятностей? - насторожился он.
- Да со шлюзом, - поспешил я загладить неделикатный выпад, недопустимый по отношению к пациенту.
-Самое главное, что ты вернулся живым и здоровым.
- Значит, ты тоже считаешь, что я во всем виноват, что я...
Мони внезапно замкнулся в себе.
К такому обороту я не был готов и потому поинтересовался, кто еще так считает. Я боялся, что своей историей он успел поделиться еще с кем-то.
- Я так считаю! - мужественно признался он, и мне стало понятно, что это и есть подлинная причина его заболевания и что помочь ему я не могу.
Вдруг Мони встрепенулся.
- Слушай, доктор, а может, нужно сообщить об этом? Ну там, в правительство, или в ООН?
Не зная, что делать, я попытался отшутиться:
- Это уж тебе решать, Пробка. Я ведь всего-навсего спортивный врач, а не чемпион.
Он подавленно вздохнул: - Вряд ли мне поверят...
- Вряд ли, - согласился я. - Разве такому можно поверить?
- Но ведь они ждут нас, доктор! Как же быть?
Я постарался утешить его.
- Ничего, ждать им не так уж и долго. А тебя надо вылечить как можно скорее, сейчас я дам тебе направление к другим врачам, они тебя подлечат. Нельзя же всю жизнь терзаться чувством вины перед человечеством. Да еще не перед одним, а целыми двумя человечествами. Это не по силам паже чемпиону...
Позднее, конечно, я понял, что не так уж и плохо верить, что кто-то нас ждет,чтобы поторопиться проложить дорогу к другому, может быть, и в самом деле более разумному миру. Раз одному человеку приятно сознавать, что его ждут, это должно быть приятно и всему человечеству.
Эта мысль и заставила меня записать рассказ Симеона Пробкина в качестве предисловия к анамнезу, с которым я направил его в психиатрическую лечебницy. Все ясно, дорогой: ты хромаешь не только в современной тематике, но и слабо справляешься с сочинениями на вольную тему. А говорят, в наш век человек шагу ступить не может без компьютеров, как недавно без электричества. Однако оказывается, что и компьютерам без нас не обойтись. Конечно, я понимаю: тебе хотелось сочинить нечто забавное, но рассказ твой вызывает не смех, а сочувственную улыбку.
Во-первых, вышучивать спортсменов - трюк довольно дешевый. Что из того, что мы с тобой такие всесторонне развитые и культурные? А вот прыгнуть с трамплина - небось, слабо? А во-вторых, идея твоего сочинения оскорбительна для человечества, а я, между прочим, патриот. И кроме того, она ничем не мотивирована. Высокоразвитая цивилизация, уважающая гуманистические ценности, не стала бы отказываться от контакта с человечеством на том лишь основании, что столкнулась с его случайным представителем, который ей не понравился. Она не может не знать того, что знает у нас каждый школьник: изолированный эксперимент еще ничего не доказывает. Что ж, придется дать тебе возможность реабилитировать себя. На сей раз пусть эта же или подобная ей цивилизация пожалует к нам.
- Идея, тема, сюжет, - покорно и даже как-то виновато откликается мягкий бархатистый альт.
И тут же в моем воображении опять возникает нежная, загорелая шейка, только теперь с небольшой родинкой сбоку. Черт побери, да разве какая цивилизация гуманоидов отказалась бы от контакта с обладательницей такой шейки?
- Ну уж нет, - добродушно подтруниваю я. - Изволъ-ка переписать свое сочинение на вольную тему - и чтоб без прежних завиральных идей. Да и не лишне тебе позаботиться о наукообразности, ты ведь вроде научную фантастику сочиняешь! Хватит с тебя и одного сюжета. На днях я где-то читал, что крифталлы обладают способностью памяти. Мне не удалось разобраться до конца, в чем именно проявляется эта способность, может, все дело в запоминании структуры кристаллической решетки, но и этого достаточно, чтобы пролить свет на одну историю, на которую раньше я смотрел с насмешкой, с какой отношусь к любому суеверию. Соседка поделилась со мной новостью: она побывала у известной гадалки, способной докопаться до всей подноготной человека.
Для этого нужно только на ночь положить под подушку кусочек сахара, а на другой день принести его ей. Соседка поинтересовалась, чем я, человек более образованный, могу объяснить этот феномен. Вот тогда-то я и вспомнил о памяти кристаллов: сахар-то ведь из них и состоит! А что если наделенная даром сверхчувствительности гадалка умела считывать информацию, запечатленную в памяти этих кристаллов?
Гипотеза такая не лишена, на мой взгляд, оснований, и если не для науки, то для научной фантастики она довольно убедительна. Бери-ка ты этот персонаж - гадалку и столкни ее с внеземной цивилизацией с помощью кусочка сахара. И учти: от того, что у тебя получится, будет зависеть многое! пригрозил я в конце.
КУСОЧЕК САХАРА
Женщины толпились в гостиной, как в приемной у гинеколога. С той лишь разницей, что ни одна из них не делилась с соседкой о том, что ее сюда привело. Все собрались здесь по одной причине, но старательно умалчивали о ней, если только поводом не являлась неизлечимая болезнь близкого родственника. Нигде при таком скоплении женщин не повисало такого напряженного молчания, точно каждая из них готовилась выслушать приговор, обжалованию не подлежащий.
Они с испугом поглядывали даже на мужа гадалки - суетливого субъекта, который через каждые пять минут появлялся в гостиной, превращенной в приемную, и озирался по сторонам с виновато-беспомощным видом человека, забывшего, с каким поручением его сюда прислали. Через каждые полчаса из кабинета гадалки выходила побледневшая, ничего не видевшая вокруг посетительница, уже знавшая вынесенный ей приговор. На обращенные к ней взгляды с немым вопросом каждая такая посетительница дрожащим голосом отвечала: "Угадала. Все как есть угадала..." И торопливо покидала приемную. Все отвечали совершенно одинаково, словно боясь уронить авторитет гадалки или разрушить волшебные чары. Напряженная обстановка от этого только усиливалась.
По-видимому, именно это заставляло самую молодую из присутствовавших, совсем еще девчонку, сдерживать свое нетерпение. Наконец она не выдержала.
- Извините, можно мне пройти без очереди? Мне только спросить...
Атмосфера всеобщей напряженности моментально сменилась атмосферой всеобщей ненависти. Ведь сюда все пришли с вопросами.
- Я... Потом я дождусь своей очереди. А сейчас мне только спросить...
Было видно, что ей стоит огромных усилий признаться в чем-то, во что она сама отказывалась верить.
- Понимаете, мне кажется, я потеряла свой кусочек сахара. Хорошо помню, что взяла с собой, а теперь вот не могу найти...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
