стоял страшного вида мужчина, который никак не должен был оказаться на эльфийском корабле. Распущенные волосы сальными сосульками спускались до плеч. Рубаха разодрана, испещрена алыми подтеками. Правая рука на перевязи. На широком поясе висел короткий меч. Нолде как-то упоминал, что он называется кутласс.
Сминая в пальцах ткань рубашки Нолде, я отчаянно желала, чтобы он сейчас поднялся. Или хотя бы пошевелился. Хоть чуть-чуть. Он ведь не может…
Мужик в дверях тем временем сделал шаг вперед, здоровущей пятерней болезненно ухватил меня в области ключицы, отчего тут же потемнело перед глазами, и рывком поднял с пола.
«Этого не может быть на самом деле. О, хранители…»
– Эльф? – Он сжал мне подбородок, заставив запрокинуть голову, и осмотрел ухо, едва не сбив и без того еле держащуюся на шпильках скособоченную шляпу. – Не эльф, чтоб тебя. Бездна! Двигай, давай!
С моих губ сорвался испуганный вздох.
Он вытолкнул меня в коридор. Дверь соседней каюты лежала на полу, выбитая и разломанная. В проеме была видна комнатушка, где совсем недавно взволнованный Габиор одолжил мне два комплекта своей одежды. Теперь там лежало его мертвое тело, остекленевшие глаза с немым удивлением уставились в потолок, где с перебоями мерцал осветительный люмен.
Ужас сковал меня, ледяной волной прокатился по коже.
– Чего вылупился? Трупаков не видел? Шевели костями!
Увесистый толчок в спину, и я по инерции пробежала несколько шагов вперед. Затем была лестница и новые болезненные пихания. Вывалившись на палубу, я зажмурилась – лучистая синева неба вызвала резь в глазах. Очередной пинок в спину бросил меня прямиком на мужскую грудь. Ноздри захлестнула вонь потного тела, к горлу моментально подступил тошнотворный ком.
– Смотри, Джоел, живчика нашел, – пробасил сзади косматый. – Бездна, что не эльф.
– Печень дохлой акулы! – Упомянутый Джоел отпихнул меня. Ноги подкосились, и я рухнула на разметанную по палубе парусину, хранившую алые следы расправы. – Скинь его за борт, Берти. Здесь и так жрать нечего.
– Так че, пусть эльфа смотрит. А за борт-то всегда успеется.
– Чего он там насмотрит-то? Полуобморочный. Да бездна с тобой! – Джоел сплюнул под ноги и отошел.
Стоя на коленях, я скользила взглядом по тому, что недавно было палубой «Рассветного луча». Из ее центра торчал обрубок грот-мачты, сам же деревянный столб опрокинулся за борт, опасно креня судно набок. Джоел взял топор и здоровой рукой принялся неловко рубить ванты, удерживающие поваленную мачту. Нос корабля теперь оканчивался измочаленным пеньком, который еще утром был основанием изящной лебединой шеи.
То, что эти двое – пираты, я поняла сразу. Косматый Берти хоть и имел крупное телосложение, но был весь изранен, и я лихорадочно прикидывала, где самые уязвимые его места, которые можно бить, кусать, царапать, чтобы хоть как-то защититься. Но второй мужчина обнулял мои и без того маленькие шансы на благополучный исход. От крепкого, коренастого Джоела веяло силой. Это читалось в его четких, размашистых движениях. Рельефные мышцы оголенного торса бугрились, блестели от пота…
– Сопли подбери, нытик. Хуже бабы, – проворчал Берти и жестом указал на корму. – Двигай туда, помоги эльфу. Если он издохнет, ты отправишься следом.
Я подскочила и ринулась в указанном направлении.
«Кто-то из наших. Кто-то из наших. Я не одна. Я не одна!»
Слезы обжигали щеки. Дважды я падала, спотыкаясь о канаты и раскуроченные доски. Позади слышались переругивания пиратов и стук топора. Эльф полулежа сидел на той самой скамье, где совсем недавно, любуясь искрящимися спинами змеехвостов, сидели мы с Белиндой. Прежде белые, его косы слиплись в багряный ком, губы были разбиты, бедро перетянуто поясным ремнем. Стоило мне приблизиться, как изумрудные глаза вспыхнули удивлением и тут же снова потухли.
– О, хранители! Анарендил, родненький. – Я опустилась на колени и, плача, обняла посла, неосознанно переступив через незримую границу былой неприязни. – Как же так? Что произошло? Где все?
– Uquetima, – со стоном выдохнул посол. – Ukarima.
Ругается, значит, жить будет. Но я всё же виновато ослабила объятья:
– Ты… Вы ранен…ны? Что мне сделать? Как помочь?
17. Ярослав
Южный порт, Рогрант. Владения магов
Они скрутили меня сразу же, как вошел. Даже не успел вытащить хрустальный кинжал из ножен.
«Хотя толку-то от него… Все равно пользоваться не умею».
– Это тебе привет от Кодди. – Глухой удар кулака по нижней трети ребер. – А это от Ула и Дроена.
Последовало еще два удара по моему бедному новому телу, еще не до конца пришедшему в норму после извлечения мерзкой чешуйчатой лапы. Я сдавленно застонал, дернулся. Но двое здоровых мужиков держали крепко, так, что в руках нещадно ломило суставы. Взгляд зафиксировал занесенный в очередной раз кулак.
«Вот же дерьмо!»
Я приготовился к новой порции боли… Но тело запротестовало.
– Raasmiou naasliolerii!
Совершенно не осознавая, из каких глубин чужой памяти взялся нужный набор звуков, я ударил первым – ударил словом, очень древним и очень темноэльфийским. У меня не было даже предположения, что означала эта фразочка в переводе, но лупившего меня мужика протащило через половину зала, словно пушинку на ветру, по пути сбивая с ног зазевавшихся зрителей. А меня накрыло волной слабости.
«Ну офигеть! Я еще и колдун!»
– Довольно! – Грубый окрик принадлежал крупной женщине неопределенного возраста, чей образ не так давно всплыл у меня в чужом воспоминании. – Тащите его сюда, живо!
«Толстуха Мо!»
После использования заклинания я еле перебирал ногами, так что державшие меня громилы буквально дотащили до задней каморки и пихнули вперед. Дверь за спиной с грохотом захлопнулась, а непонимание происходящего сменилось отвращением, когда к этой самой двери меня прижало огромной грудью. Приторные духи забили ноздри, прочно заняв позицию где-то между туалетным освежителем воздуха с апельсиновой отдушкой и советским дихлофосом.
– Скучал, мой остроухий друг? – томно произнесла монументальная мадам и красными напомаженными губами изобразила поцелуй. – Нет? А я вот скучала. По тебе…
Томный вздох. Мо провела рукой по моему бедру, и меня тут же перекосило. Я приготовился снова сказать волшебное слово. Не «пожалуйста», а то, другое. Которое только что отлично сработало на подручном Мо.
– По твоим рукам… – тем временем продолжила Мо, откровенно лапая меня за задницу. – А особенно я скучала по тому, что должны были принести мне эти руки.
Она резко отпрянула, прошлась по комнате. Остановилась.
– Так где он, Ноар? Где мой шваххов артефакт?
Я не придумал ничего умнее, чем ляпнуть:
– Там.
– Та-а-ам?
– Да. Там, – с серьезным лицом подтвердил я, пытаясь внутренне призвать отголоски памяти бывшего хозяина тела и понять, что вообще от меня хочет
