class="p1">Атомоход через несколько напряженных суток плавания вернулся с ракетной стрельбы, по результатам которой получили вполне заслуженную положительную оценку. Пришвартовались у пирса базы. После приведения систем и механизмов по швартовному, уже поздно вечером, Валентин отправился домой. По звонку дверь квартиры, никто не открыл. Валя позвонил настойчиво ещё несколько раз. Тишина, никого. Позвонил в квартиру соседей. Дверь открыла Раиса Федоровна Жукова, учительница местной школы, в которой училась старшая дочь Вика. В руках соседка держала ключи от квартиры и телеграмму. По печальному лицу соседки было ясно – пришла беда. Открыв дверь, и войдя в комнату, Валентин увидел на столе исписанный листок тетрадного листка. Знакомый почерк Нины. Прочитал быстро записку: «Родной, пришла телеграмма от маминого лечащего врача. Мама присмерти. Я забрала эту телеграмму с собой, чтобы легче было купить билеты, и с девочками улетела на Украину. Не волнуйся. Крепко целую. Твоя Нина. 11.00. 17 июня.»
Затем прочитал телеграмму, держащую в руке: «Мама умерла. Не волнуйся. Я все, что нужно сделаю. Не волнуйся. Целую Нина».
Валентин быстро нашел дату – 19 июня. «Завтра двадцать четвертое» – прикинул он в уме. Непроизвольно на глазах появились слезы. Из памяти не уходила картинка – стоит мама у больничного окна и плачет, прощается …
– Да!.. Она все знала … Бедняжка … Мама, родная моя, мама…
Дождавшись утра, Валентин вместе с командиром БЧ-5 подошел к командиру корабля. Прочитав телеграмму, командир задумался и, сделав паузу, произнес:
– Комдив! Благо, выход в море командование перенесло на первые числа июля. Даю тебе ровно неделю, включая дорогу. Ты обязан вернуться без опоздания. Ты должен успеть! Брать вместо тебя твоего коллегу, прикомандированного с другой лодки, я не хочу. Кто лучше тебя знает особенности твоей материальной части?! – опять сделав паузу, глянув на механика, который кивком головы одобрил сказанное командиром, продолжил:
– Управишься?..
– Не подведу! – ответил Валентин.
– Хорошо, лети! Старпом! Сергей Анатольевич! Поставьте свою резолюцию на его рапорте. Отпуск с сегодняшнего дня с вылетом на родину. Удачи тебе капитан- лейтенант! – И прощаясь, пожал руку.
Добрался Валентин без задержек до Москвы, переезд из аэропорта в аэропорт. Снова, благодаря военной форме и телеграмме, приобрел билет на следующий самолет, улетающий на Украину. Такси и вот он уже дома. Позади тысячи километров пути.
Нины и девочек дома не оказалось. У соседей Валентин узнал, что маму похоронили 19-го числа, что было много людей, а вчера помянули и Нина уехала с детьми к своей подруге Гале в Севастополь.
«Как чувствовал, придержал такси, на всякий случай» – подумал Валентин. На этом же машине и убыл на местное кладбище. Быстро нашел свежую могилку всю в цветах и венках. Слезы покатились сами.
– Прощай и прости меня, моя родная мамочка. Прости, что не смог провести тебя в твой последний путь. Спасибо тебе, мамочка, за все – за то, что родила, воспитала, вырастила… – шептал сын, стоя у «свежей» могилы.
Таксист ждал, молча сидя в машине, понимая сложившуюся ситуацию.
– На вокзал! – сев в такси, дал команду офицер водителю.
Севастополь. Родной город моей юности, моей учебы. Ты всегда величав и прекрасен, красив и неповторим. Здравствуй! Вот снова и свиделись!
При встрече Нина рассказала, что домой с Камчатки они прибыли вечером. Мама была ещё жива, но очень была слаба, находилась дома, с больницы её выпроводили, проявив бессердечность и кощунство – чтобы, видимо, не ухудшать показатели отчётности. Последние деньки за мамой ухаживала старая её подруга – соседка. Мама очень похудела, до неузнаваемости и держалась из последних сил. Первый вопрос, который она задала Нине тихим, ослабевшим голосом:
– А где Валентин?
– Он в море… – тихо ответила Нина. Мать, зная сложность флотской службы сына, поняла, что он вернётся с моря не скоро и его уже ей не дождаться …
Утром её не стало…
На Камчатку возвращались всей семьёй.
Валентин сдержал слово, данное командиру.
44
Провожали Валентина в дальний поход накануне вечером всей семьей. Нина накрыла праздничный стол. Когда время подошло уходить, маленькая Света, которой шел шестой годик, вызвалась лично проводить папу на корабль, взяв его за руку. Она довела отца до поселковой почты. Дорогу знала хорошо, рядом детский садик и мамина работа.
– Папа! Дальше я не пойду, мама будет сердиться! Возвращайся побыстрее, мы будем очень скучать, и ждать тебя!
Валентин, взяв малышку на руки, расцеловал ребенка.
– Хорошо! Спасибо, что так далеко провела … Не скучайте! Время пролетит быстро, и я обязательно вернусь! – он долго стоял, глядя в след убегающей дочурки, маленькой, симпатичной, с цветастым платочком на головке, пока та не скрылась за поворотом, вверх уходящей улицы.
Рано утром субмарина в составе ещё одной подводной лодки, прикрывавшей её выход в океан на боевое дежурство, снялась со швартовых.
Впереди предстояли три – четыре месяца разлуки. Обычно, атомоходы на океанское дежурство уходят рано – рано утром.
45
Позади проводы экипажа командованием дивизии и Камчатской флотилии, быстрый, но в тоже время, скрытый переход под водой в заданный район океана. Началось боевое дежурство, корабль встал на защиту интересов Советского государства.
Боевое дежурство в заданном квадрате океана проходило как обычно. Сложность плавания представляло то, что, на поверхности океана, совсем рядом, кружила вражеская армада – авианосно- ударная группа США – авианосец с кораблями охранения.
Очень часто по общекорабельной трансляции звучала команда: „Режим тишина!” На радиосвязь (только на прием, как было узаконено командиру, дабы не обнаружить своё присутствие) подводный крейсер выходил реже, чем обычно, связь с внешним миром осуществлялась через буксируемое, всплывающее устройство „Параван”.
Шел второй месяц «автономки». Экипаж давно втянулся в ритм подводной жизни.
Моряки, традиционно, отмечая в своих календарях, изготовленных кустарным способом, в виде чисел месяца в кружочках, напоминающие горку с вершиной – середина дальнего похода, зачеркнули очередное число. На календарях было зафиксировано – 5 августа 1982 год.
Привычным стал для подводников корабельный распорядок дня, посменное несение вахты и с момента погружения переход с камчатского на московское время. В самом разгаре шло социалистическое соревнование быть лучшей среди трех корабельных боевых смен. Стало обычным – отработки мероприятий по борьбе за живучесть подводной лодки, и различные занятия, в соответствии с корабельным планом, контролируемые старпомом (старшим помощником командира корабля), конечно и отдых в свободное время, – сон, просмотр художественных фильмов, различные турниры – домино, шахматы, шашки, нарды.
Позади празднование одного из самих дорогих морякам праздников – Дня Военно- Морского флота, с торжественным собранием в столовой мичманского состава, с большим
