тому, что делать этого просто так нельзя? Почему ты не умеешь различать ситуации, когда насилие действительно применимо, а когда нет? — Кирилл произнес свой монолог очень тихо.
Адлан только остановил автомобиль, когда Макаров решил заговорить. Путь до дома, занявший почти час позволил остыть обоим, и юноша сумел взять себя в руки.
— Я… Кирилл… — Адлан виновато взглянул на парня, а затем отвел взгляд. За час езды к нему снова вернулась трезвость рассудка и теперь он понимал, насколько глупо и необдуманно себя повел.
Только все стало налаживаться, только Кирилл стал вновь ему открываться и тут… он сам все испортил.
— Кир, я не знаю, что на меня нашло…
— Ты не ответил ни на один мой вопрос. — Макаров серьезно взглянул в глаза мужчины. — Ты убьешь меня, если я решу уйти к другому мужчине?
— Что ты несешь! Нет, то есть… ты что, собрался уходить к кому-то? — Адлан снова повернулся к нему.
— Ты дурак, Османов.
— Знаю… но… черт, — мужчина сглотнул, снова несильно ударяя по рулю. — Я ни за что не трону тебя…
— Ну, конечно. После того, что ты только что устроил, я могу тебе доверять.
— Прекрати… Кир…
— Я не могу так, Адлан. Не могу каждый раз бояться того, что тебе что-то привидится, что-то покажется. Не хочу бояться выходить с тобой куда-то, не хочу бояться за тех, кто решит со мной заговорить.
— Но…
— Если ты так не доверяешь мне, если считаешь меня грязной шлюхой, которая шляется со всеми подряд, то… мы совершили ошибку.
— Что? — Было глупо начинать все с начала после того, как… я врал, а ты…
— Нет, Кирилл, это не было ошибкой! Я тебя люблю!
— Ты сегодня это доказал, — Макаров грустно улыбнулся. — Извини… я пойду.
Кирилл скрылся из вида за считанные секунды. Адлан даже не успел понять, что своими последними словами, Макаров поставил точку в их только что начавшихся отношениях. И виной тому был сам Османов. Не было ни единого повода для того, чтобы так себя вести, но почему-то он взбесился, увидев рядом с Кириллом чужого мужчину.
Конечно, сейчас он понимал, как глупо все это выглядело со стороны, однако у него всегда было так — он сначала пускал в ход кулаки, а лишь потом начинал раздумывать над тем, что натворил.
Если раньше все это заканчивалось более или менее хорошо, то теперь, кажется, он окончательно потерял Макарова. Юноша боялся его, и это было видно, и не мудрено — Адлан распускал руки каждый раз, когда ему хотелось. Ни один нормальный человек не стал бы этого терпеть и Кирилл, кажется, тоже больше не собирался…
— Кирилл, давай поговорим, — Адлан захлопнул входную дверь позади себя. После нескольких часов уговоров по телефону, юноша все же пустил его к себе, однако на этом их проблемы не закончились — он ни в какую не хотел сдаваться и идти на примирение. Адлан жалел о том, что сорвался, однако вернуть сделанного было нельзя.
— Не о чем говорить, — отрезал Макаров. — Собирай свои вещи и уходи.
— И все? Вот так все закончится? — Адлан развел руками в стороны. В происходящее верилось с трудом. Все началось с ерунды, день обещал быть потрясающим, а в планы Османова не входило завершать его вот таким вот образом. Но больше всего давило то, что он снова обидел юношу — беззащитного, хрупкого и такого доверчивого. Выходит, что своего обещания он не сдержал.
— Закончилось еще тогда, когда ты…
— Пожалуйста, Кир, не надо… — перебил его Адлан. Чувство вины и так затапливало его сознание, но Макаров продолжал подливать масла в огонь.
— А что? Не хочется слышать о своих ошибках, да? — ощетинился парень. Вся ситуация выводила его из себя. На место обиде и разочарованию пришла злость. Адлан в очередной раз показал себя во всей красе и дал понять, какой он есть на самом деле. Кирилл понимал, что не хочет жить с таким человеком, но глупое сердце упрямилось.
— Прости меня, — тихо произнес Османов, бросив попытки обнять юношу — тот все равно не дался.
— Ты каждый раз оступаешься, а потом просто просишь прощения. Адлан, ты не воду на меня пролил, не на ногу наступил — ты назвал меня шлюхой, унизил на глазах десяток человек, избил ни в чем неповинного парня, а теперь просто просишь прощения?
— Я не хотел… — Мужчина сглотнул — другого ответа у него все равно не было. Неумение контролировать свои эмоции изрядно портило ему жизнь с самого детства, однако обуздать свою эмоциональность он не мог.
— Ты уже не ребенок, нужно уметь нести ответственность за свое поведение, — резко отрезал Кирилл.
— И что? Это конец? Мы вот так вот расстаемся что ли?
— А ты что думал? — взвился Макаров. — Зачем ты сейчас прикидываешься невинным? Хочешь выставить меня монстром в этой ситуации? — Кирилл сам не заметил, как начал повышать голос и размахивать руками. Не имея возможности выносить взгляда Адлана, он направился в гостиную, однако Османов поспешил за ним. — Мне надоело каждый раз прощать тебя! Я все время наступаю на одни и те же грабли!
— Я изменюсь, Кир… — жалобно протянул Османов, понимая, что никакого действия его слова на Кирилла не произведут.
— Ну конечно! Обязательно изменишься, а как же! — юноша всплеснул руками. — После того как убьешь меня или кого-нибудь еще!
— Зачем ты так? — едва слышно протянул Османов, прекрасно осознавая, что он имеет права на такие слова.
— А затем, Адлан, что я не хочу жить в постоянном страхе за себя и окружающих меня людей! — Адлан не нашел, что ответить, а потому их диалог подошел к логическому концу. Ему оставалось только собрать вещи и поспешить в аэропорт, чтобы улететь обратно
