квартира. Всё в порядке. На местах. Нет никого. И дверь на полу…
– Уйдём-ка отсюда поскорей, – говорю я.
Только, только успели выйти на площадку, поднимается нам навстречу малыш.
– Постой, постой, мальчик, ты здесь живёшь?
– А что?
– Что у вас там с дверью, погляди.
– А, это я, когда уходил, её с петель сорвал, – спокойно объяснил мальчик.
– Сорвал? – спрашиваю.
– Когда меня дома запирают, я её всегда срываю.
– Зачем?
– Чтобы на велосипеде покататься.
– А где твой велосипед?
– Велосипед я Коле дал покататься. Вы Колю знаете? Он тоже катается на моем велосипеде.
– Как же тебе удается дверь сбивать? – спрашиваю.
– А вы зайдите, я вам покажу, – говорит.
– Зайдём, Вася? И часто ты её срываешь? – спрашиваю.
– Много раз.
– И тебя за это не ругают?
– А они не замечают.
– Кто – они?
– Родители.
Мы с Васей переглянулись. Просто не верится, что он говорит.
– Заходите, заходите, – говорит мальчик.
– Покажи нам, как ты это делаешь.
– Сейчас, сейчас. Помогите-ка мне её поставить… так… поставили. Между прочим, эти винтики мы с Колей с трудом свинчивали. А сейчас они еле держатся. Мы с ним изобрели: где дверь на ключ запирается, ну, вот с этой стороны, мы её не отпираем… Непонятно? А петли снимаем. Так вот, если разбежаться и как следует толкнуть… А перед приходом родителей я всё на место ставлю.
Смотрю, Васька рот раскрыл от удивления и слова сказать не может.
А я говорю:
– В детский сад тебе надо.
– Да нет, мне там нечего делать. Там только спят да едят.
– Тогда в школу, в наш первый класс как раз подходишь.
– Я там был, только в другом классе. Я всё давно знаю, чему вас учат. Мне там скучно.
– Тогда во второй класс, – говорю.
– Во второй, в третий… – говорит мальчик, – меня не берут. Говорят, так не бывает.
– А ты что, всё знаешь? – спрашиваю.
– Конечно, давно знаю.
– Кто же тебя научил?
– Сам, конечно. Родители помогли.
– Что они сидели с тобой, что ли?
– Зачем? Они работают. Я сам сижу и всему учусь. А родители мне не мешают.
– А куда ты так мчался? – спросил я.
– Я думал, Коля звонит. К Коле и мчался.
– И нас не заметил, что ли?
– Не заметил. Я очень спешил.
– Ты так и Колю бы не заметил.
– Нет, когда Коля звонит, он к самой стене отходит, чтобы дверь на него не свалилась. А это вы звонили? Я не знал. Вы, наверно, упали.
– Упали… – нехотя сказал я.
– Вот я вас и не заметил.
– Как же всё-таки родители не замечают, что у них такая дверь? Еле держится.
– А что, разве заметно? Почему они должны замечать? Я перед их приходом винтики обратно завинчиваю. А потом опять отвинчиваю.
– Да ну тебя, с твоими винтиками… Ты понял, Вася, как он это делает? – спросил я.
– Да не совсем, – сказал Вася.
– А я не понял совсем.
– Да ну его! – сказал Вася испуганно. – Пойдём от него.
Навстречу нам поднимался ещё один мальчик. Мы посторонились, давая ему пройти. Наверно, это был Коля.
– А всё-таки, по-моему, смешно, – сказал Вася на улице.
– Ну и смейся себе на здоровье. – Я тёр свой лоб. Я набил себе шишку на лбу. Этот мальчишка, срыватель дверей, крепко саданул меня дверью по лбу.
А всё из-за Васькиного фофанота.
Вчера я его испугался, этого мальчика. А сегодня жить без него не мог. Как там у него дверь? И что он сейчас делает?
Зову Васю, а он говорит:
– Мне в школу надо.
– Вот удивил, – говорю, – а мне не надо, что ли. И всё ты умничаешь. Потом вместе с тобой в школу сходим. Что мне одному, что ли, идти, вдвоем веселее.
Конечно, он тоже пошёл.
Мы стояли у его двери и хотели позвонить. Но из соседней двери выбежал сосед, старичок сухощавый, с бородкой и подбежал к нам рысцой.
– А вы что здесь торчите? – спросил он и при этом бега своего не прекращал, вернее, продолжал бежать на месте. Впечатление это производило странное, особенно на Васю. Он вообще не мог закрыть рта от удивления и испуга. Ему, наверно, казалось: спастись от бегущего человека нет никакой возможности. И Вася сказал:
– У нас учитель заболел, и нет уроков.
– Так. Хорошо, – сказал старичок. – Бегал бы рысцой, не заболел бы. Вот как я – ишь! Ишь! Раз-два! Раз!
Вася с интересом его разглядывал. Тот продолжал бежать на месте.
– Ну, я побежал! Привет учителю! – сказал старичок, сбегая по лестнице.
– Интересный сосед, – сказал я. – По-моему, ему всё равно, в школе мы или не в школе, а ты боялся.
– Ошибся. Откуда я знал, что он про школу не будет спрашивать, – сказал Вася.
– Ты, главное, слушай меня, и всё будет хорошо. Ты только не ошибайся, ладно? Да ладно уж, не расстраивайся, с кем не бывает, – сказал я Васе. – Он, понимаешь, наверно, всё время бегает. И даже когда смотрит телевизор, бегает на месте.
– А зачем? – говорит Вася.
– Здоровье своё копит.
– Зачем?
– Сто лет проживёт. Раз-два! Раз-два! Ха-ха! – передразниваю я соседа.
– Нельзя над стариком смеяться, – говорит Вася. – Ты ещё доживи до него.
– Доживём! – говорю и звоню к этому мальчику.
И мы с Васей отбегаем подальше от двери, к стене.
На этот раз дверь нормально открывается, и он выходит к нам и говорит:
– Вы куда, ребята, побежали?
Тогда мы вернулись и к нему подошли.
В это время сквозняком сильно потянуло, и дверь как трахнет – захлопнулась и на замок заперлась.
– Вот да! – расстроился мальчик.
– Не волнуйся, – говорю, – развинтишь винтики и дверь с другой стороны откроешь.
– Винтики с той стороны развинчиваются, а не с этой, понятно?
– Не горюй, – говорю. – Пошли с нами гулять. А потом родители придут с работы и дверь ключом откроют.
– Нет уж, нет уж, мне некогда ждать. Сейчас начнутся занятия по телевизору. Мне надо туда. – И он стал толкать дверь плечом, а она не поддавалась.
– Да ну их, эти занятия, у нас в школе тоже занятия, да мы и то ушли.
– Так вы зато и не знаете ничего.
– Мы всё знаем, – говорю я.
– Тогда скажите, что такое Африка.
– Это такая страна… – говорит Вася.
– Конечно, страна, – говорю я неуверенно, точно не знаю.
– Но как же мне попасть теперь домой? Так, так… – начал он соображать. – Пойду к соседям наверху и с их балкона запросто спущусь на свой балкон. Раз-два и дома!
И мы все трое пошли звонить в верхнюю квартиру. Тем более у нас с
