без колебаний приняла предложение Виталины. И мы с ней прошли в комнату неподалеку — оборудованную для меня спальню. Здесь не было вещей с Земли. Ни единого предмета из моего родного мира. Только то, чем пользуются и что носят местные леди. В том числе и куча шикарных платьев во встроенном гардеробе.
— Чьи они были? — поинтересовалась я, пристально разглядывая вещи на вешалках.
Сшитые из дорогих тканей, украшенными драгоценными камнями, они великолепно выглядели и без всякого сомнения были достойны того, чтобы их носила если не принцесса, то хотя бы герцогиня.
Виталина с изумлением посмотрела на меня, затем весело прыснула от смеха.
— Ты думаешь, кто-то носил их до тебя? Это не так, Арина. Платья были сшиты специально к твоему приезду.
— То есть он был уверен, что найдет меня?
Еще один камешек в копилку моего терпения, и так уже давненько переполнившегося. Кое-кто чересчур нагло и самоуверенно себя ведет. Придется учить.
— Конечно, — мягко, словно неразумному ребенку, улыбнулась Виталина. — Ему давно пора создавать семью. И ни с кем, кроме тебя, он этого сделать не сможет. Магия не позволит. Он искал бы тебя столько, сколько потребуется. В любом из миров.
И почему мне ничуть не лестно слышать подобное? Видимо, потому что я уже давненько «перегорела». Мои когда-то пылкие чувства к Алексу остыли настолько, что я с удовольствием не видела бы его и не слышала до конца жизни. Своей или его, уже без разницы.
Виталина убедилась, что я все поняла, оставила меня и ушла. Я же покрутилась, внимательно осматривая комнату. Дорогая мебель, сделанная из редких пород дерева, качественно вытканные, возможно, вручную, ворсистые ковры под ногами и на стенах, тонкий узорчатый тюль на окнах. И много, очень много пространства. В отличие от той тесной кельи, в которой я жила, когда работала здесь гувернанткой. И правда, зачем прислуге богатство и роскошь? Вот когда она «выбьется в люди» и станет невестой дракона, тогда можно ее и в богатые покои поселить. Пусть радуется изменениям в своей жизни.
Я намеренно накручивала себя и прекрасно это понимала. Как понимала и то, что справедливость в жизни — это миф. Никто и никогда не обещал мне, что существа вокруг будут ценить меня за деловые качества и миленькую внешность. Такого не было. И это я тоже знала. Но я была слишком зла на Алекса и Горнарина. Они, эгоистичные самоуверенные сволочи, раз за разом поступали только так, как желали того сами, ни на секунду не прислушиваясь к мнениям и чаяниям окружавших. И меня до дрожи в коленках бесила невозможность как-то серьезно им отомстить. Где я и где они. Оставалось только пакостить по-мелкому. И страдать из-за жизненной несправедливости.
Глава 32
Времени до ужина оставалось еще достаточно, если я правильно помнила расписание этого дома, и оно за время моего отсутствия не менялось. А потому… Я давно не видела своих бывших подопечных. А так как они очень любят земные сказки, уверена, то, что я расскажу им сейчас, аукнется потом всем обитателям этого дома. Небольшая месть беременной женщины, всего лишь.
В детской было шумно. Джонни, Алиса и Дерек склонились над какой-то книжкой и что-то яростно доказывали друг другу. Вера сидела в кресле неподалеку и следила за тем, чтобы спор не перерос в драку.
— Сказку хотите? — вместо приветствия спросила я.
Джонни с Алисой замолчали мгновенно. Дерек — следом.
— Нирья Арина, а сказка будет с магией? — уточнил Джонни, подбегая ко мне.
— Куда ж я денусь, — хмыкнула я и села на стул. Дети втроем вольготно расположились на ковре с густым ворсом передо мной. — Итак… Жил-был принц. Не морщись, Джонни. В сказке будут и магия, и драки, и много чего еще. Принца звали Фред. Да, просто Фред. Без фамилии и принадлежности к роду. И он очень любил свой небольшой, но очень уютный замок, в котором с удовольствием проводил все свое свободное от государственных дел время. Однажды он как обычно вышел прогуляться перед самым ужином, чтобы подышать свежим воздухом, нагулять аппетит, и внезапно встретил своего давнего знакомого, сильного волшебника Грэнфальда. «О, Фред, — воскликнул Грэнфальд, — я искал тебя. Не хочешь отправиться со мной в путешествие? Твоя сила мне очень скоро понадобится». Фрэду было кучно в тот момент. И потому он согласился…
Я неспешно рассказывала сказку, то веселую, то грустную, нещадно выдумывая, тщательно переделывая известный многим на Земле сюжет с авторскими расами, и не стесняясь в многочисленных подробностях описывать все, о чем говорила. Я очень надеялась, что бурная фантазия у излишне активной троицы сработает именно так, как надо. И спать всем обитателям дома, включая меня, не придется. А если и придется, то очень, очень недолго.
До ужина я, конечно, уложилась. Все получилось так, как и планировалось мной. Я пересказала одно необычное длительное путешествие за волшебным колечком, способным погубить весь мир, если от него не избавиться, и очень удачно закончила рассказ за несколько секунд до того, как в детскую заглянула Джоан, служанка-оборотница, симпатичная и довольно надменная девушка. Она всегда знала себе цену и общалась с себе подобными исключительно сквозь зубы, как бы подчеркивая, что никогда не будет считаться ровней им.
— Нирья Арина, вас просят спуститься в обеденный зал, — сообщила она, отводя глаза.
Похоже, вся прислуга уже была в курсе моего внезапного повышения. И мне откровенно завидовали. Настолько откровенно и сильно завидовали, что даже в глаза не смотрели, боясь выдать себя ненароком. Та же Джоан в своих мечтах давно лежала в постели Алекса и не стеснялась говорить об этом, когда ее мало кто слышал.
Что ж, не удивительно. Голубая мечта каждой служанки — стать пусть и временной, но любовницей дракона. И хотя практически никто об этом не заикается вслух, про себя они все постоянно посматривают в сторону хозяйских спален. Я же без особых проблем перешла из этого разряда в разряд настоящей невесты. И потому мне завидовали, не скрывая своих истинных чувств. Кто я такая, чтобы на мне женился сам дракон? И почему он выбрал меня, а не кого-нибудь из служанок? Чем я лучше остальных? Эти вопросы, несомненно, крутились в головах всех, кто обитал в данном доме.
— Сейчас спущусь, — кивнула я. Дверь мгновенно закрылась. — Дети, — повернулась я к неугомонной троице, — побудьте хоть недолго паиньками, пожалуйста. Дайте хотя бы поесть спокойно.
Вера весело фыркнула со
