Мисси принесла Серене коктейль, и на этот раз Серена только кивнула в ответ. Она смотрела в пол, покусывая розовый ноготь.
— Да, теперь я это вижу, — призналась она. — Раньше я как-то не задумывалась — не думала, что надо вступать во все эти клубы и собрания. Вливаться в жизнь школы, что ли.
Блэр покачала головой.
— Мне жаль твоих родителей, — сказала она тихо.
Глаза Серены расширились, губы задрожали. Но она не позволит Блэр заставить себя рыдать. Блэр просто стервозничает. Может, у нее критические дни.
Серена отпила коктейль и вытерла губы салфеткой.
— Ладно, лучше расскажи, как вы с Нейтом провели лето. Ты ездила в Мэн, видела его яхту? — спросила она, чтобы сменить тему.
Блэр покачала головой:
— Я сидела в теннисном лагере. Полный отстой.
— О, — сказала Серена.
Они допили коктейли в неловком молчании. Внезапно Серена выпрямилась, кое-что припомнив.
— Кстати, — сказала она. — А ведь одна девчонка вызвалась-таки помочь мне с фильмом. Девятиклассница. Дженни. Она мне еще дала приглашение на вечеринку. Ту, которую ты затеяла.
Туше, подруга. Туше.
Блэр вытянула из пачки новую сигарету и сунула ее в рот. Потянулась за спичкой, расчетливо медля, чтобы к ней подскочил бармен. Бармен не шевелился. Блэр прикурила и выпустила струю дыма прямо в лицо Серене.
Итак, Серена знает о вечеринке. Итак, у нее есть приглашение. Что ж, рано или поздно это должно было случиться.
— А, девочка-писарь, — очаровательно улыбнулась Блэр. — У нее отличный почерк, правда?
— Да, классные приглашения, — ответила Серена. — И так мило с ее стороны заметить, что на моем стоит неправильный адрес. Она сказала, ты дала ей адрес моего пансиона.
Блэр поправила волосы за ушами и дернула плечом.
— Надо же, — беспечно сказала она. — И как такое могло произойти?
— Так расскажи мне о вечеринке, — сказала Серена. — Чему она, говоришь, посвящена?
Блэр не могла говорить о празднике всерьез, потому что знала, как жалко и несексуально звучит повод. Из-за этого она и придумала название «Поцелуй в губы». Хоть немного скрасить впечатление.
— Мы собираем средства в помощь сапсанам, живущим в Центральном парке. Они под угрозой исчезновения, и люди боятся, что они умрут с голоду или что их гнезда разорят белки. Появился даже фонд в их защиту, — пояснила она. — Не смейся, сама знаю, идиотизм.
Серена выдула струйку дыма и хихикнула:
— Как будто нет людей, которым нужна помощь. Как же бездомные и прочие?
— Лучше такой повод, чем никакого. Мы хотели что-то ненавязчивое для открытия сезона, — раздраженно произнесла Блэр. Она имела право смеяться над своей вечеринкой сколько угодно, но с какой стати лезет Серена?
Серена перевела разговор в привычное русло:
— И что, вечеринка только для нас или предки тоже приглашены? — спросила она.
— Только… для нас, — нерешительно произнесла Блэр. Она прикончила коктейль и взглянула на часы. — Слушай, мне вроде как пора бежать, — сказала она. Подхватила сумочку и взяла со стола сигареты.
Серена остолбенела. Она так долго выбирала наряд, надеясь прокутить с друзьями целую ночь. Она ждала, что соберется весь народ: Блэр с девчонками, Нейт с друзьями, Чак со своей компанией — все, с кем они всю жизнь тусовались.
— Я надеялась, мы посидим подольше. Подождем народ, — сказала Серена. — Слушай, а куда ты?
— Мне завтра сдавать пробный экзамен, — сказала Блэр, упиваясь превосходством, пусть она и лгала. — Мне надо подготовиться и как следует выспаться.
— О, — сказала Серена; она сложила руки на груди и откинулась на оттоманке, — а я надеялась, мы будем отрываться всю ночь в люксе Бассов. Он все еще за ними, нет?
В десятом классе Блэр, Серена и компания провели не одну безумную ночь в люксе Чака, напивались, танцевали, смотрели фильмы, заказывали еду и купались в ванне. Они засыпали всей гурьбой на огромной кровати, чтобы протрезветь до такой степени, что не стыдно было идти домой.
Во время одной такой ночи Серена и Блэр вместе отмокали в ванне, и внезапно Блэр поцеловала Серену в губы. Казалось, наутро Серена ничего не помнила, но Блэр не забыла тот поцелуй. Он был случайным, импульсивным и ничего не значащим, но в глубине души Блэр чувствовала тревогу и возбуждение, вспоминая о нем. Еще одна причина, по которой Блэр так радовалась отъезду Серены.
— Да, люкс по-прежнему за Бассами, — сказала Блэр, поднимаясь с кресла. — Но там теперь не место для пьянки. Мы уже не в десятом классе, — сухо сказала она.
— Ясно, — сказала Серена. Почему каждое ее слово вызывало такое негодование? Дело в ней или в Блэр?
— Ну ладно. Желаю хорошо провести выходные, — сказала Блэр с холодной улыбкой, будто они были едва знакомы. Будто не знали друг друга всю жизнь. Она бросила на стол двадцатку. — Разрешите, — сказала она троим парням, перегородившим путь. — Пропустите меня.
Серена поболтала соломинкой в стакане и допила остатки коктейля, глядя, как удаляется Блэр. Коктейль казался соленым, потому что ей на глаза вновь навернулись слезы.
— Блэр! — крикнула Серена вслед подруге. Быть может, ей стоит рассказать все как есть, вытянуть из Блэр, на что она злится, признаться, как однажды переспала с Нейтом, и все снова будет, как прежде. Они начнут все заново. Серена даже возьмет курс по подготовке к экзаменам, чтобы они зубрили на пару, да что угодно.
Но Блэр не обернулась, протиснулась сквозь толпу и вышла на улицу.
Она вышла на Шестую авеню, чтобы поймать такси. Накрапывал дождь. Ее волосы начали топорщиться. Мимо промчался автобус с фотографией Серены на борту. Что это, пупок? Похоже на персик с вынутой косточкой. Блэр отвернулась и махнула рукой, подзывая такси. Ей не терпелось уехать. Но на крыше первого же такси красовался тот же подсвеченный плакат. Блэр забралась внутрь и яростно хлопнула дверцей. Она не могла скрыться: Серена преследовала ее повсюду.
Б u Н заходят далеко, но не до конца
Серена достала новую сигарету и дрожащими пальцами поднесла ее к губам. Внезапно сбоку протянулась рука с розовым перстнем, щелкнула «Зиппо» и дала ей прикурить. Зажигалка была золотой, с монограммой «ЧБ», как и перстень.
— Здорово, Серена. Выглядишь на все сто, — сказал Чак Басс. — Почему ты одна?
Серена глубоко затянулась, сдерживая слезы, и улыбнулась:
— Привет, Чак. Ты как раз вовремя. Блэр меня кинула, и теперь я одна. А еще будет народ?
Чак защелкнул зажигалку и спрятал ее в карман. Он оглядел зал.
— Кто знает? — равнодушно сказал он. — Может, кто подвалит, может, и нет. — Он сел в кресло, где раньше сидела Блэр. — Нет, ну ты выглядишь на все сто, — повторил он, пожирая взглядом ноги Серены.
