— Кто знает? — равнодушно сказал он. — Может, кто подвалит, может, и нет. — Он сел в кресло, где раньше сидела Блэр. — Нет, ну ты выглядишь на все сто, — повторил он, пожирая взглядом ноги Серены.
— Спасибо, — сказала Серена со смешком.
Какое облегчение видеть, что хотя бы Чак остался прежним, тогда как остальные ведут себя как придурки. Полюбишь и Чака.
— Повторить! — крикнул Чак Мисси. — Запиши все на мой счет. — Он сунул Серене двадцатку, оставленную Блэр. — Забери, я плачу.
— Это деньги Блэр, — сказала Серена, разглядывая купюру.
— Вот и верни ей, — сказал Чак.
Серена кивнула и спрятала деньги в красную бархатную сумочку.
— Поехали, — сказал Чак, когда Мисси принесла выпивку. — До дна! — Он чокнулся с Сереной и залпом проглотил виски.
— Черт! — Серена пролила коктейль на платье. — Вот дерьмо.
Чак схватил салфетку и принялся тереть пятно, которое образовалось на бедре Серены. — Ну вот, почти незаметно, — сказал он, продвигая пальцы выше.
Серена поймала его руку и уложила к нему на колени.
— Спасибо, Чак, сказала она. — Правда, уже незаметно.
Чак ни капли не смутился. Он был непробиваем.
— Давай еще по одной, но пить будем в люксе, договорились? — предложил он. — Я скажу бармену, чтобы посылал всех наверх, если объявится народ. Здесь все знают моих друзей.
Серена поколебалась, вспоминая слова Блэр о том, что люкс Бассов уже не место для тусовки.
— Ты уверен, что нам можно? — спросила она. Чак расхохотался и встал, подавая ей руку.
— Ну конечно, можно. Идем.
На улице шел дождь, Нейт продрог до костей, но к Блэр он не торопился. Вот забавно. Семнадцатилетний парень, который в первый раз (по крайней мере, для нее) вот-вот займется долгожданным сексом со своей подружкой, должен был бы мчаться к ней, разве не так?
«Она уже знает», — думал он вновь и вновь, вновь и вновь. Как же иначе? Да уже весь город наверняка знает, что он трахался с Сереной. Но если Блэр узнала, что же она молчит? Эти мысли сводили Нейта с ума. Он нырнул в винный магазин на Мэдисон-авеню и купил бутылку «Джека Дэниелса». Дома он уже покурил травку, но перед встречей с Блэр ему надо было набраться храбрости. Он не знал, чего ожидать.
Остаток пути Нейт еле передвигал ноги, то и дело прикладываясь к бутылке. Перед тем как свернуть с Семьдесят второй к дому Блэр, он купил ей розу.
Чак заказал им по выпивке, и Серена поднялась с ним на лифте в люкс Бассов на девятом этаже. Люкс совершенно не изменился: гостиная с музыкальным центром, телевизором и баром; огромная спальня с двуспальной кроватью, и еще одним музыкальным центром, и еще одним телевизором, будто первых было мало; гигантская мраморная ванная комната с джакузи и двумя белыми пушистыми халатами. Халаты — вот что привлекало Серену в отелях не меньше таинственности запертых дверей. Как и всех нас.
На кофейном столике в гостиной лежали снимки. Серена узнала лицо Нейта на верхней фотографии и начала перебирать всю стопку.
Чак заглянул через ее плечо.
— Прошлый год, — сказал он, покачивая головой. — Безумные были ночки.
— Блэр, Нейт, Кати, Изабель — все, все глядели на нее с фотографий. Голышом сидели в джакузи, танцевали в нижнем белье, пили шампанское на постели. Все фотографии были сделаны на разных тусовках в прошлом году — в углу каждой стояла дата — и все в этом люксе.
Выходит, Блэр солгала. Все по-прежнему колбасились в люксе Бассов. И Блэр вовсе не была чистенькой невинной девочкой, со всей ее ложью об экзаменах и черным кардиганом. На одном из снимков на Блэр осталось только нижнее белье, она скакала на кровати, сжимая в руке бутылку «Магнума».
Серена залпом выпила коктейль и опустилась на край дивана. Чак уселся на другом краю и положил ее ступни себе на колени.
— Чак, — предупреждающе сказала Серена.
— Что — Чак? Я только помогаю тебе снять обувь, — невинно ответил Чак. — У тебя не устали ноги?
Серена вздохнула. Внезапно на нее накатилась страшная усталость.
— Да, устали, — сказала она.
Взяла пульт и начала щелкать каналами, пока Чак возился с ее сапогами. По Ти-би-эс шли «Грязные танцы». То, что нужно.
Чак начал массировать ее ступни. Это было приятно. Он слегка укусил ее за большой палец и поцеловал в лодыжку.
— Чак, — хихикнула Серена, откидываясь на диване и закрывая глаза. Комната слегка кружи¬лась. Она никогда не умела пить.
Чак провел руками по ее ноге. Еще секунда — и его пальцы уже ощупывали внутреннюю повер¬хность ее бедер.
— Чак, — сказала Серена, открывая глаза и выпрямляясь, — давай просто посидим. Ничего не будем делать, ладно? Посидим на диване, посмотрим «Грязные танцы». Как будто мы две подруги.
Чак подполз к Серене на коленях и локтях, полностью подминая ее под себя.
— Но я тебе не подружка, — сказал он. Наклонил голову и начал целовать Серену.
Изо рта у него пахло арахисом.
— Черт! — воскликнула Блэр, услышав звонок домофона. Она все еще была полностью одета и к тому же только что залила красным воском ковер.
Она выключила свет в спальне и побежала к домофону.
— Да, пускай поднимается, — сказала Блэр консьержу.
Она расстегнула джинсы и помчалась в спальню, пытаясь скинуть их на ходу. Затем сорвала с себя остатки одежды и швырнула их в шкаф. Оставшись совершенно обнаженной, она облилась своими любимыми духами, не забыв пшикнуть даже между ног.
Вот озабоченная!
Блэр оглядела свое тело в зеркале. Ноги были коротковаты по сравнению с туловищем, грудь маловата и не так высока, как хотелось бы. На талии осталась красная полоса от чересчур тугих джинсов, но в полумраке, при свечах, она была едва заметна. Ее кожа была гладкой и все еще загорелой с лета, но лицо казалось наивным и испуганным, вовсе не таким опытным и страстным, как ей хотелось. От дождя волосы закурчавились и встали облаком. Блэр метнулась в ванную и смазала губы блеском, забытым Сереной. Несколько раз провела щеткой по волосам, пока они не заструились у нее по плечам настолько сексуально, насколько было возможно. Ну вот, теперь ему не устоять.
Прозвенел звонок. Блэр уронила щетку прямо в раковину.
— Одну минуту! — крикнула она. Глубоко вздохнула и закрыла глаза, повторяя про себя, как молитву, короткие слова, лучшие, что ей пришли на ум.
«Только бы все прошло как надо».
* * *
Серена позволила Чаку немного поцеловать себя, потому что он был слишком тяжелым и ей было его не спихнуть. Пока он исследовал ее рот языком, она смотрела, как Дженнифер Грей плещется в озере с Патриком Суэйзи. Затем она отвернула голову и закрыла глаза.
