— Я не предполагала, что вы тоже поедете. Я в состоянии одна с этим справиться.
— Уверен, что справитесь… но не совсем так, как мне хочется.
Мэри Маргарет едва удержалась от резкого замечания.
— Я понимаю, что любое платье, которое я могу себе позволить, вам не понравится, милорд.
Сказав это, она отвернулась. Он ничего не ответил.
Мэри Маргарет уставилась на проплывающий за окном пейзаж — Лондон ее восхищал. Она никогда не выезжала за пределы крошечного Кашела — городишка размером с лондонское предместье.
Наконец карета замедлила ход и остановилась перед маленькой, почти незаметной дверью. Мэри Маргарет вопросительно взглянула на Рейвенсфорда: на двери не было указано имя хозяйки мастерской по пошиву дамского платья.
— Мадам Бертрис не любит рекламировать себя. Да ей это и не нужно.
Кучер открыл дверцу кареты и опустил ступеньки. Рейвенсфорд повернулся и протянул Мэри Маргарет руку, на которую она боязливо посмотрела. Обтянутые модной перчаткой сильные пальцы притягивали взгляд. Она не сомневалась, что стоит ей коснуться его руки, как по коже пробежит огонь. После объятий в библиотеке она больше себе не доверяла. Вблизи графа с ней творятся поразительные вещи. Но не обратить внимания на протянутую руку она не могла и с глубоким вздохом вложила пальцы в его ладонь. Она была права — жар охватил всю руку и поднялся выше, к груди. Мэри Маргарет бросила на Рейвенсфорда смущенный взгляд и стала осторожно спускаться по ступенькам.
— Я не допущу, чтобы вы упали, мисс О’Брайен, — медовым голосом произнес он.
— Я в этом не сомневаюсь, — чопорно ответила она и отвела глаза.
Всю жизнь она не отступала перед трудностями, а теперь… испытывала страх оттого, что в течение всего одного дня умудрилась не раз его ослушаться.
Ей очень хочется иметь красивые наряды, но она не может поддаться искушению, иначе не хватит денег для Эмили. Как только она получит жалованье, то пошлет деньги сестре, чтобы та могла уйти от Томаса. Она не позволит лондонской жизни отвлечь ее от основной цели.
Глава десятая
Как только Мэри Маргарет ступила на землю, Рейвенсфорд, поддерживая ее под локоть, направился к двери, которую открыл, не постучав. Они вошли в изящно обставленную комнату, в которой все — кресла, диванчики, ковер, шторы — было выдержано в бежевато-золотистых и кремовых тонах. Вазы с изысканно составленными букетами украшали столики на тонких ножках, и воздух в комнате был наполнен нежным ароматом.
К ним навстречу плавной походкой вышла миниатюрная женщина в элегантном черном платье с белыми кружевными манжетами и воротничком. Белокурые волосы были такими светлыми, что казались почти седыми, но на ее лице Мэри Маргарет не увидела ни единой морщинки, хотя глаза выдавали особу с большим жизненным опытом.
— Милорд, — сказала она, протягивая графу руку.
Рейвенсфорд грациозным движением поднес ее пальцы к губам.
— Мадам Бертрис, позвольте представить вам мисс О’Брайен. Я говорил вам о ней.
Модистка улыбнулась графу, повернулась к Мэри Маргарет и окинула ее оценивающим взглядом блестящих голубых глаз.
— А, понятно, милорд, — отрывисто, с едва заметным акцентом, произнесла она. — У меня как раз есть то, что нужно. Одна из моих клиенток вернула мне платье, так как цвет показался ей чересчур ярким. Мисс О’Брайен оно прекрасно подойдет. — Она поманила Мэри Маргарет пальцем. — Пожалуйста, сюда. Мы должны посмотреть, что нужно переделать. У той дамы не столь приятно очерченные формы, как у вас.
Мэри Маргарет чуть не оступилась. Она не привыкла к тому, чтобы так откровенно обсуждали чью-то фигуру.
Мадам весело ей подмигнула.
— О, мисс О’Брайен, аристократы не столь разборчивы в выражениях, как простые смертные.
Мэри Маргарет смогла лишь молча кивнуть. Она испытала еще большее смущение, когда ей пришлось раздеться в присутствии мадам и ее помощницы, для которых это было обычной процедурой.
Принесенное платье было простого фасона и густого темно-розового цвета, отливавшего лиловым. Шелковая материя легко скользнула по фигуре Мэри Маргарет. Руки модистки пригладили платье по бокам. Мэри Маргарет очутилась перед зеркалом и увидела… незнакомку. Насыщенный розовый цвет оживил ее обычно бледные щеки и даже бросил отсвет на губы. Покрой платья был безупречен. Мэри Маргарет поняла, почему мадам Бертрис не афишировала свою мастерскую: любая женщина, увидев другую в подобном платье, предприняла бы все возможное, лишь бы узнать, кто его сшил. Девушка напоминала дикую розу на высоком стебле, которая вот-вот качнется от ветра. Платье сидело великолепно, и Мэри Маргарет с тоской подумала о том, что никогда в жизни не сможет расплатиться за это платье. Она зажмурилась. Соблазн не был ей свойствен… до сих пор. Но она уже позволила этому чувству пробраться в душу с появлением Рейвенсфорда. И вот теперь это платье.
— Я не нахожу слов, чтобы выразить свое восхищение, мадам, — с сожалением вымолвила девушка. — Но я не в состоянии его купить.
Помощница захихикала и получила от мадам шлепок.
— Какая ерунда, мадемуазель. Платье — это пустячок. Мне оно ничего не стоит. — Мадам Бертрис выразительно повела плечами. — Пусть лучше в нем красуется на балах такая необыкновенная женщина, как вы.
Лицо Мэри Маргарет засветилось надеждой. Если бы только…
А портниха продолжала:
— Ну же, мисс О’Брайен. Зачем мне врать? Но я вижу, что вы мне не верите.
— Я верю, но не знаю, как это осуществить. Каждая женщина была бы счастлива приобрести подобное платье.
— Тогда дело улажено, — заявила мадам.
— Но я не сказала, что хочу его купить…
— Хотите, хотите. Я же вижу, как оно вам нравится. Не беспокойтесь. Граф обеспечил меня в прошлом столькими заказами… Одно платье — это ничто. А теперь пойдемте и покажем его светлости, какое чудо может сотворить наряд.
Мадам вышла из примерочной, а помощница опять начала хихикать, глядя из-под опущенных ресниц на Мэри Маргарет, которой ничего не оставалось, как выйти к Рейвенсфорду.
Высоко подняв голову и расправив плечи, она прошла в приемную мадам Бертрис. Рейвенсфорд беседовал с портнихой и не сразу услышал ее шаги. Мэри Маргарет подумала, не вернуться ли ей обратно в примерочную, но Рейвенсфорд посмотрел в ее сторону… и краска залила ее шею и видневшуюся в вырезе лифа грудь.
Рейвенсфорд не мог оторвать от нее взгляд. Он всегда находил ее красоту экзотической, но сейчас она его ошеломила. Тонкий шелк облегал полную грудь и стройную талию, а цвет платья придал блеск глазам. У него перехватило дыхание.
