развалившись на подоконнике и прикрывая клюв черным крылом. — Ну живот же надорву. Местных она лечит, ой не могу! Это не те ли местные, которые за щепотку твоего дурман порошка на все готовы? Или местные, которые все желания твои исполняли, лишь бы живыми отсюда ноги унести?
Мне стало очень страшно. Ведьма— драгдилер? Что дальше?
— А вы как здесь оказались? — полюбопытствовала Зельма, закончив с мясом.
— Мы тут по воле богов, — ответил Реган. — Каждые пять лет представители разных рас нашего мира отправляются сюда, чтобы принести своему народу славу и почетную награду. Эти соревнования называются Путь Истины. Ничего про них не знаете? Неужели, пока вы здесь живете, никого не встречали из участников?
Ведьма сделала вид, что задумалась:
— Путь Истины, Путь Истины…Нет, не припомню что-то. Никого не встречала из ваших. Я же все время в делах. То травы собираю, то в огороде работаю, то припасы заготавливаю, то с хворыми занята. Вот только сегодня повезло вас встретить, все разнообразие, — и улыбается так невинно. Врет и не краснеет!
— Запасы-то ты мастерица делать, хозяйка, хар-хар-хар, — я внимательно прислушивалась к комментариям угорающей птицы. — И вот в глаза ты этих Призванных никогда не видела! Все полки ими забиты, банок и горшков уже не хватает! Только сегодня троих сочных свежих выловили, так тут еще шестеро сами пришли. Пора уже погреб расширять!
Ведьма-драгдилер-людоед? По-моему, это слишком даже для Затерянного Леса. Пора что-то предпринимать. Я все пыталась придумать, как незаметно намекнуть друзьям, что ситуация полный атас. И кое-что вспомнила.
У нас с Машкой была приготовлена кодовая фраза на случай неудачных свиданий. Если меня напрягал кавалер, то я говорила, что у меня болеет пес, и мне надо справиться о его здоровье у подруги, которая сейчас с ним сидит. Дальше я звонила Машке и спрашивала, как себя чувствует Полкан. Это была кодовая фраза, которая означала, что мне надо сваливать. Машка начинала громко и эмоционально вещать в трубку, что его начало сильно тошнить, и я с чистой душой заканчивала свидание, ссылаясь на то, что мне необходимо ехать к собаке. Наверное, глупо, но пару раз эта уловка мне очень помогала.
Я доела бутер, и, задумчиво посмотрев на Машку, внезапно сказала:
— Интересно, Маша, как там без меня мой Полкан поживает? — подруга замерла с ложкой борща, не донеся ее до рта.
— Думаешь, его тошнит? — все-таки Маха, когда надо, очень быстро соображает.
— Мне кажется, его не просто тошнит, а у него еще и понос открылся. И надо очень срочно, просто очень-очень срочно отвезти его к ветеринару.
Все с недоумением уставились на нас. Пашка нахмурился:
— Что за Пол… аааа, вы о Полканчике говорите? Полкан это собака Алисы. Она болеет и осталась дома. — Пашка пояснил для остальных и серьезно посмотрел на меня. Он тоже был в курсе этой кодовой фразы, и сейчас до него дошло, что я пытаюсь о чем-то предупредить. — Думаешь, с ним все так плохо? Все-таки, столько родственников с ним сейчас, наверное, смогут ему помочь?
— Не уверена, — я сокрушенно покачала головой. — Я очень боюсь за него. Прям сердце чувствует, плохи его дела!
— Малахольная что ли? — застрекотала ворона. — Сама скоро на тушенку пойдет, а о какой-то псине переживает.
— Ну что, гости дорогие, спасибо за угощение, теперь мой черед вас угостить, — поднялась со своего табурета Зельма, и направилась в сторону шкафчиков.
Я посмотрела на друзей и, поймав их взгляд, быстро произнесла по-английски:
— Don’t. Drink. Anything. [1]
Мы вместе учились в английской школе, поэтому уж этот минимум они должны были понять.
Машка вскинула брови:
— Why?[2]
— Poison![3]
— Что это там малахольная лопочет не по-нашему? — встрепенулась ворона. — Эй хозяйка, поди заклинание какое читает?
-Пусть читает, — Зельма достала из шкафчика большой глиняный кувшин и стопки. — Тут никакая магия не работает.
А вот это плохо. Значит, на ведьмачью магию рассчитывать не приходится, и в нашем распоряжении только оружие.
Ведьма уже разливала темно-коричневую жидкость из кувшина по стопкам.
— Вот, попробуйте моей настойки, сама делала. Очень полезная для сердца и почек, а уж желудок как часы работать будет!
Может и будет, но недолго.
— Спасибо, нам не надо, мы с Марией аллергики, ничего незнакомого не пьем и не едим, — Пашка вежливо отказался от протянутой стопки.
Зельма скрипнула зубами, но заставила себя лучезарно улыбнуться и повернулась к Регану.
— А вы, господин, уважите хозяйку? — и протянула Пашкину стопку ему.
— Да, конечно, Зельма, — обаятельно улыбнулся в ответ ведьмак и потянулся за стопкой.
Очень плохо! Надо что-то срочно делать! Видимо, импровизировать.
Я вскочила, толкнула Регана в плечо так, что он чуть не упал, и завопила:
— Ты опять за старое!? Сколько я тебя из чужих коек вылавливала, так теперь ты решил прямо при мне, законной невесте, баб охмурять??? Посмотрите на него — заулыбался, заигрывает! — Господи, что я несу. Лицо залила краска стыда, но, пусть думают, что это я в гневе покраснела. Реган ошарашенно смотрел на меня своими золотыми глазами, не мигая. Все присутствующие, немало прифигев от таких обвинений, молчали. Главное, что стопку у ведьмы не успел взять.
Я максимально возмущенно посмотрела на Зельму:
-Ходит тут в откровенных платьях, чужих женихов увести пытается! — ведьма уже отставила кувшин, и хмуро смотрела на меня, сложив руки на груди.
— Малахольная, да еще и истеричка! — забухтела ворона. — Ну и сброд нынче к нам в лес посылают!
Я обвела присутствующих взглядом. Если Пашка и Маха разгадали мой нехитрый план, то близняшки совсем не догоняли, что происходит. Одна из них попыталась что-то сказать:
— Алиса, что ты…
— Молчать!!! — взревела я, как пароходная сирена, испугавшись, что своими вопросами рыжие меня раскроют. — Только и делаете, что его шашни покрываете! А сами смеетесь надо мной все вместе! Не позволю больше так со мной обращаться!
Ведьмак дураком не был. Быстро сложив два плюс два, он поднялся и протянул ко мне руки. Его губы с трудом сдерживали усмешку, а в глазах плясали чертенята:
— Алиса, голубка моя, — Реган притянул меня к себе. — Ты опять забыла выпить успокаивающие снадобья? Я люблю только тебя, дурочка. Пойдем, немного проветришься. Тебе надо успокоиться!
Я позволила увести себя к
