Пятнадцатый захватил его при захвате города. И все же Верес отказалась. Если эту брешь заткнуть, то неизвестно, куда ударят Серебряные Копья: тактический недостаток, который это давало ей, стоил стратегического преимущества в том, что она могла подготовить определенную точку для статической обороны.
— Разбойник выходит на последний участок, — сообщила Айша, появившись в какой-то момент.
— Хорошо, — проворчала Верес. — Давайте наведем порядок.
۞
— Я пришел к осознанию, капитан Сокращающая, — задыхаясь, проговорил Разбойник, бросая взгляд в переулок. Дерьмо. Все еще куча светлячков и тот чешуйчатый тигр-монстр, который оторвал голову одному из солдат.
— И каково же будет это осознание, трибун Разбойник? — спросила капитан, заряжая арбалет.
Желтоглазый негодяй бросил еще один настороженный взгляд в переулок. Где, дьявол их раздери, его арбалетчики? С такой скоростью они прибудут слишком поздно. Ну что ж. Давайте немного изменим ситуацию.
— На самом деле я непобедим, — сказал он младшей гоблинше, злобно ухмыляясь. — Честно говоря, я слишком долго игнорировал доказательства. Это единственное объяснение, которое имеет смысл.
— О Боги, — простонала капитан. Она с ужасом наблюдала, как он в последний раз проверил свое снаряжение, откашлялся и выбежал в переулок, крича во всю глотку. Там было пять дьяволов, и они остановились на мгновение при виде его. Он предположил, что они привыкли к тому, что от них обычно бегут в противоположном направлении.
— Ну, это неловко, — сказал трибун гоблинов, медленно вынимая меч из ножен правой рукой. — Я целился в другой переулок, в тот, где нет всех этих дьяволов. Всё кончено?
Чешуйчатый тигр взглянул на светлячков, потом снова на него. Мгновение спустя он уже преодолел половину расстояния, отделявшего его от трибуна.
— Надеюсь, у вас, ублюдков, есть глаза, — сказал Разбойник светлячкам, подбрасывая световой заряд, который сжимал второй рукой, в то время как они смотрели друг на друга.
Боеприпас взорвался прямо в морду чешуйчатому тигру, но он не стал задерживаться, чтобы узнать, что произойдет дальше — Сокращающая должна была двигаться, пока он отвлекал их, поэтому он бежал так быстро, как только мог. Охотники на магов, обнаружил он мгновение спустя, когда один из них с влажным хлюпаньем превратился в бледнокожий силуэт, на самом деле не имели глаз.
Половина его арсенала становилась бесполезной. И все же он не мог прожить так долго в Легионах, не зарезав нескольких человек в темных переулках, где его никто не мог увидеть. Предположительно. Он вонзил свой короткий меч в живот дьявола, развернулся и ловко вонзил свой добрый нож в его шею.
Что ж, Хакрам, неплохой нож. Наверное, уже не очень хороший, решил он, эта кровь выглядит довольно противно. И всё же, будучи примерным другом, он засунул нож обратно, забрал меч и побежал к следующей контрольной точке. Если на этот раз не было арбалетчиков, значит, кому-то из его саперов проломили черепа. Гончая, без сомнения, рассердится.
Он побежал по улице и свернул за угол, не сбавляя скорости, скользя по скользкому от крови булыжнику и рефлекторно падая на землю, когда услышал голос гоблина, кричавшего — Пригнись!
Град запоздалых арбалетных болтов пролетел над головой, пронзив тело чешуйчатого тигра с полдюжины раз. Дьявол дернулся и упал. Разбойник осторожно подобрал рыхлый тротуарный камень и швырнул его в голову чудовища — оно не отреагировало. Кивнув самому себе, трибун стер с лица черную кровь и взглянул на своих спасителей: мальчиков Крысоловки, хотя и не из десятка, которого он ожидал. Это имело печальные последствия.
— Во-первых, я полностью беру на себя ответственность за это убийство, — объявил он.
Один из саперов перезарядил арбалет и задумчиво оглядел область его почки, в то время как остальные громко протестовали. Это просто согревало его сердце, что кто-то поддерживал старую традицию продвижения гоблинов на поле.
— Во-вторых, — заговорил он, перекрывая их предательское нытье, — где остальные?
— Вы последний, сэр, — сказал гоблин из тени с заряженным арбалетом. — Капитан Сокращающая только что прибыла; остальные готовят прием.
Разбойник небрежно стряхнул грязь с плеча, размазав при этом вдвое больше крови.
— Ну, господа, давайте выдвигаться, — приказал он. — Как только вы все поблагодарите меня за спасение ваших жалких жизней от этого монстра.
۞
Неудивительно, что их пехота не думая атаковала стену, подумал Наук, наблюдая, как еще один наемник прыгнул на десять футов и приземлился на вершине укрепления. Воин был немедленно атакован в грудь взрывом магического огня и упал без единого звука, но другие сумели закрепиться. Ублюдки сражались лучше, чем до того, как демон коснулся их, бесстрашные и невосприимчивые к боли.
Его люди на стенах подвергались избиению, даже если их поддерживали маги. И все же они держались. Краем зубов, но держались. У командира орков больше не было времени, чтобы оценить обстановку на стенах, потому что вражеская кавалерия наконец зашевелилась. Они перешли на шаг, потом на рысь, перейдя на галоп ярдов за двадцать до его линии.
В этот момент земля под ними провалилась, открыв хитрую канаву, которую Мастерящая выкопала специально для них. Вся первая шеренга оказалсь на дне, но остальные прорвались с поднятыми копьями. В этот момент их поразил арбалетный залп. Убитых было немного, но это немного замедлило их, прежде чем они врезались в его копейщиков. И все же грохот стали о сталь был оглушительным.
— Дерьмо, — с чувством произнесла старший трибун Джвахир, когда они оба наблюдали, как первая линия их строя рушится под неистовыми копытами.
— Линия устойчива, — не согласился Наук, наблюдая, как его легионеры колеблются, а затем укрепляют свой строй.
Ударная кавалерия вроде улан была хороша именно для этого: для шока. После первого удара они были просто людьми на лошадях с громоздким оружием. Легионеры сбивали всадников, когда могли, и убивали лошадей, когда не могли, делая свою ужасную работу в грязи и крови при свете факелов. Из-за его спины вышел посыльный и, наклонившись вперед, тихо заговорил.
— Легат Верес приказывает отступать, сэр, — сказал человек.
— Сейчас? — Наук вздрогнул, потом нахмурился.
Адская Гончая не отдавала приказы без причины, и она прекрасно понимала, что он будет проливать кровь людей на каждом шагу, отступая к следующей линии обороны.
— Подай сигнал к отступлению, — сказал он Джвахир.
Но прежде чем она успела это сделать, его внимание привлек резкий всплеск криков. Центр его копьеносцев был ракидан, как ворох листьев, хотя назвать кавалерией то, что
