стекол — треск суставов всего дома, но сами эти звуки окутывала тишина. Падали обломки горевшей черепицы, дом сбрасывал с себя оковы и наконец предстал в невиданной прежде сверкающей наготе. По уцелевшей стене первого этажа шли трещины желтоватого цвета, они на глазах становились коричневыми, и огонь выбрасывал свой жестокий кулак из сочившегося тонкими струйками дыма, в том, с каким постоянством он изрыгал пламя, была не столько фантазия, сколько мастерство.
Хонда стряхнул с плеч и рукавов попавшие на них искры, на поверхности воды плавали сгоревшие обломки дерева, воду, словно водоросли, покрывал пепел. Вспышки огня пронзали все вокруг, и в воде — священном бассейне, построенном для того, чтобы в нем искупалась Йинг Тьян, отражалось очищающее пламя знаменитого места омовения в Бенаресе. Наверное, здешнее пламя чем-то отличалось от пламени погребального костра, отражавшегося в Ганге. Здесь огонь тоже был зажжен для двух тел, которые было так трудно уложить на дрова в костер и которые страдальчески, хотя уже были избавлены от страданий, корчились в огне, сопротивляясь уничтожению. Да, это определенно был тот же огонь, что горел чистым пламенем в ночном мраке Бенареса. Все быстро возвращалось к своим истокам. Дым заполнял небо.
Здесь не было только одного — той белой коровы, которая сквозь пламя пристально смотрела в лицо Хонды.
* * *
Когда прибыла пожарная машина, огонь уже ослаб. Однако пожарные тщательно залили весь дом водой. Они обнаружили два обуглившихся тела. Пришел полицейский и повел Хонду осматривать место происшествия. Лестница обвалилась, подняться на второй этаж мешали ее обломки, и Хонда отказался от этой мысли. Полицейский, спросивший о привычках Иманиси и госпожи Цубакихара, сказал, что, наверное, причиной пожара была сигарета, которую курили в постели. Если они приняли снотворное около трех часов, то время, когда лекарство начало действовать, и время, когда от выпавшей из рук на одеяло сигареты возник огонь, согласовывалось с тем, что рассказывал о своих привычках живой Иманиси. С мыслью о самоубийстве Хонда не согласился. Когда полицейский назвал это «самоубийством влюбленных», стоявшая рядом Кэйко, не сдержавшись, расхохоталась.
На первой стадии расследования Хонда должен был прийти в полицию, чтобы дать показания для протокола. Сегодня он, скорее всего, будет занят. Нужно было бы послать Мацудо купить что-нибудь на завтрак, но до открытия магазина оставалось еще несколько часов.
Другого спокойного места не было, поэтому все собрались в беседке. Здесь Йинг Тьян, запинаясь, рассказала, что, когда они спешили сюда, убегая от огня, на газоне появилась змея: на чешуйчатой коже масляными пятнами играли блики далекого пламени, но она очень быстро скрылась. У слушавших ее женщин мороз пробегал по коже.
И в это время перед глазами собравшихся в беседке появилась гора Фудзи: облитая утренней зарей, она напоминала цветом красную черепицу, недалеко от вершины искрился клочок снега. В нынешней ситуации Хонда почти бессознательно, в силу привычки перевел взгляд с красной Фудзи на утреннее небо. Ясно и отчетливо там высилась зимняя гора.
45
В 42-м году Сева[194] Хонда удостоился редкого приглашения в американское посольство в Токио и там на ужине встретил американца, который заведовал американским культурным центром в Бангкоке. Все говорили, что он женат на тайской принцессе, ей сейчас за тридцать. Хонда не сомневался, что это Йинг Тьян.
Сразу же после пожара в Готэмбе, который случился в 27-м году Сева,[195] Йинг Тьян вернулась на родину, и после этого всякая связь с ней прервалась. Сейчас же Хонда поверил, что она неожиданно через пятнадцать лет, став женой американца, вернулась в Токио. Когда его представили и они обменялись несколькими приличествующими случаю словами, она вела себя так, словно раньше они не встречались, и это было очень похоже на Йинг Тьян.
Во время ужина Хонда посматривал в ее сторону, но она определенно не говорила по-японски. На английском, на его американском варианте, она говорила точно так же, как и американцы. На сердце сразу стало пусто, и Хонда несколько раз невпопад ответил своей соседке по столу.
После ужина в отдельной комнате были поданы напитки. Хонда приблизился к женщине, одетой в платье из тайского шелка цвета розы, и наконец получил возможность поговорить с ней.
Хонда спросил, знает ли она Йинг Тьян.
— Не просто знаю. Мы с ней близнецы. Но она уже умерла, — ответила та на прекрасном английском. Хонда засыпал ее вопросами — почему умерла, когда это случилось.
И женщина рассказала следующее.
Когда Йинг Тьян вернулась после учебы в Японии, отец понял, что это было совсем бесполезно, и собирался отправить ее учиться в Америку. Но Йинг Тьян отказалась и предпочла жить в праздности в Бангкоке, окруженная цветами в своем дворце. Весной, когда ей исполнилось двадцать лет, Йинг Тьян неожиданно умерла.
Как рассказывала служанка, Йинг Тьян была одна в саду. Она стояла под деревом, усеянном алыми цветами. В саду больше никого не было, но слышно было, как Йинг Тьян громко смеялась. Служанке еще показалось странным, что принцесса смеется в одиночестве. Чистый детский смех, звучавший под ясным синим небом… Потом смех смолк, и через некоторое время раздался душераздирающий крик. Когда служанка прибежала, оказалось, что Йинг Тьян в бедро ужалила кобра и она упала.
Врач прибыл через час. За это время прямо на глазах началась агония, нарушилась координация движений, она жаловалась на сонливость и раздвоение зрения. Парализовало спинной мозг, дыхание замедлилось, пульс резко участился. Врач появился уже после того, как Йинг Тьян в последних судорогах испустила дыхание.
ПАДЕНИЕ АНГЕЛА
«Падение ангела» — последняя книга тетралогии «Море изобилия». Главный герой — Сигэкуни Хонда, старый и одинокий, встречает на своем жизненном пути шестнадцатилетнего подростка. Одержимый тайной круговорота жизни, Хонда хочет видеть в нем возрождение тайской принцессы. Хонда усыновляет подростка, намеревается дать ему образование, но реальность безжалостно рушит его иллюзии.
Основу сюжета тетралогии Юкио Мисимы «Море изобилия» составляет история, реально воплощающая буддийскую концепцию круговорота человеческого существования. Переселение души, возрождение в новой телесной оболочке юноши по имени Киёаки, умершего в двадцатилетнем возрасте, наблюдает всю свою долгую жизнь его одноклассник и друг Хонда.
1
Легкий туман над морем придавал что-то таинственное силуэтам далеких кораблей. Сегодня горизонт был более ясным, чем вчера: можно было различить линию гор, высящихся на полуострове Идзу. Гладкая поверхность моря. Сверкающее солнце, редкие
