и вернулся на свою подушку. Райдэн тоже сел. В комнате вновь стало тихо, а император наконец открыто смотрел на Мико, и этот взгляд говорил о том, что он прекрасно знает, кто такой Кинджин, а ещё этот холодный, бесстрастный взгляд не сулил ничего хорошего. Отчаянная попытка Мико воззвать к чувствам, которые символизировала алая лента, провалилась.
– Мы не станем вам помогать, – сказал наконец император Иэясу, возвращая взгляд к Райдэну. – Голодная смерть ваших подданных, господин Райдэн, ваша забота. Я, император Иэясу, отец своего народа, и должен заботиться о нём. Ёкаи – это угроза. Моей стране, моим подданным, моей семье. Я не позволю ни одному ёкаю ступить на нашу землю. Пусть у нас нет сильной магии, но у нас есть армия и пушки. И можете мне поверить, если вы снимете печати с острова, я его уничтожу.
Райдэн сжал кулаки, стиснул зубы и поднялся с места. Мико поднялась следом.
– Что ж, благодарю за то, что выслушали. Я приму к сведению ваши слова, – кивнул он.
Император Иэясу покачал головой.
– Вы никуда не уходите, – спокойно сказал он, и у Мико оборвалось сердце. – В сложившейся ситуации я не могу отпустить правителя ёкаев живым. Вас публично казнят, а тела вернут в земли Истока.
Прежде чем Мико успела сделать хоть что-то, Шинокаге схватили их. Она сопротивлялась, но едва могла пошевелиться в железной хватке Шинокаге. Райдэн сопротивляться даже не пытался.
– Это послужит предупреждением вашим соратникам, – сказал император, и их выволокли из комнаты.
17
Расколотый лик луны
В темнице воняло плесенью, а на земляном полу не было даже циновки. Сквозь толстую деревянную решётку, заменявшую одну из стен, внутрь пробирались слабые лучи восходящего солнца. Остаток ночи Мико и Райдэн провели в маленькой камере где-то недалеко от замка. По крайней мере, за стену их так и не вывели. Райдэн спокойно спал, пока Мико места себе не находила. Даже теперь он лежал на холодном полу, закинув руки за голову и закрыв глаза, а Мико мерила шагами темницу и то и дело пинала решётку.
Всё полетело в Бездну. Все их планы. Мало того что они ничего не узнали, так теперь, если быстро ничего не придумают, – лишатся головы.
– Надеюсь, ты думаешь о том, как нас отсюда вытаскивать, – проворчала Мико, находя носком гэта ногу Райдэна.
– Я пытаюсь выспаться, – невозмутимо отозвался тот. – Чего и тебе советую.
– Выспаться? Нас вообще-то казнить собираются.
– Кёко придёт за нами раньше.
Мико остановилась:
– С чего ты взял, что она придёт?
Райдэн приоткрыл один глаз:
– С того, что мы друзья. Поэтому приляг со мной, беглянка, и отдохни. Или, по крайней мере, не мельтеши и дай отдохнуть другим.
Мико злобно на него посмотрела, но всё же села. Плотные кимоно не позволяли холоду подобраться слишком близко к коже. В ноги вернулась боль, и Мико подняла подол, чтобы заглянуть под повязки.
Там обнаружились ужасные синяки, тонкие и чёткие, будто кто-то чернилами нарисовал полосы на коже. Голени и колени ныли, Мико прислонилась спиной к стене и со вздохом вытянула ноги, надеясь, что это поможет облегчить боль, которую она всё это время старательно игнорировала.
– Ты поэтому не сопротивлялся, когда нас сюда тащили?
– С Шинокаге… мы бы не справились. – Голос его прозвучал резко. Этот факт явно задевал Райдэна едва ли не сильнее, чем невозможность понять его причины. Даже без крыльев он, похоже, не привык проигрывать в битвах, тем более людям. – Отсюда мы сбежим без труда. Эта темница создана для человека, ёкая она не удержит. Мне просто нужно отдохнуть. И дождаться Кёко.
Мико вздохнула и легла на бок, подложив под голову руку вместо подушки.
– Что теперь будет? – спросила она, очерчивая взглядом его профиль.
– Будем искать дальше, – просто ответил Райдэн. – Если Лис не хочет с нами говорить, значит, способ снять печати есть. А если он есть, его можно узнать. Просто найдём обходной путь.
Мико задача казалась невыполнимой.
– Твоя мама его не нашла. Сколько лет она искала, пока не родилась… – она сглотнула ком в горле, – Хотару. Лис сказал, что она приходила к нему беременная тобой.
Райдэн не ответил, но челюсти его напряглись, брови нахмурились. А Мико подумала, насколько он изменился за короткое время их скитаний, будто с него слетела шелуха вечной весёлости и язвительности. Или он всегда был таким, просто теперь не прятался за колкими шутками и ужимками? Ребёнок, оставшийся без матери в шестнадцать, вынужденный продолжать её дело. Хотел ли он этого? Взваливать на себя чужую миссию, приглядывать за человеческими девчонками, строить коварные планы и при этом ещё унаследовать должность Хранителя. Он же и правда был совсем юным, тем более по меркам ёкаев. Действительно ли Райдэн сам выбрал путь, по которому шёл, рискуя жизнью и жертвуя всем, что ему дорого?
– О чём ты мечтал в детстве? – спросила Мико.
Райдэн повернул голову и непонимающе уставился на неё.
– Или ёкаи не мечтают? – Она хихикнула, вдруг испытав неловкость от своего вопроса.
– Нет, я… – Райдэн выглядел крайне озадаченным. Будто никогда прежде не думал ни о чём подобном. – Я… Ни о чём я не мечтал.
– Совсем?
– Я хотел стать Хранителем, открыть остров, и чтобы люди и ёкаи жили в мире, – отчеканил он без запинки, сосредоточенно глядя в потолок.
– Ты хотел? – Эта заученная фраза не вызвала у Мико доверия.
Некоторое время Райдэн молчал.
– Не важно, что я хотел, важно, что правильно. Я должен защищать свой народ. Своих подданных.
– Но они покинули тебя, – тихо сказала Мико.
– Это не значит, что я перестал их любить и защищать, – уверенно ответил Райдэн. И ответ этот прозвучал до боли искренне.
– Ты отдал за них свои крылья, – прошептала Мико, находя в этом подтверждение его слов. – Самое дорогое, что есть у тэнгу.
– Угу. – Райдэн пожал плечами и отвернулся.
Мико печально смотрела на его широкую спину.
«И не смог отдать меня?» – хотела спросить она, но вслух произнести так и не смогла.
– А ты? – донёсся до её ушей приглушённый голос Райдэна. – О чём мечтала?
Мико задумалась, вспоминая, а потом грустно рассмеялась.
– Мама пела нам с Хотару песни про принцессу Эйко. Я мечтала, что однажды, как и Эйко, буду сражаться с ёкаями и демонами. Заработаю славу и почёт народа Хиношимы.
Хриплый смех Райдэна мурашками пробежал по коже.
– Что ж, можно сказать, ты следуешь за своей мечтой.
– Да уж. Иногда нет ничего хуже, чем исполнение мечты.
– Правда? – Райдэн обернулся.
– Дай подумать. Меня обманывали, продавали, несколько раз пытались убить, а теперь я сижу в темнице,
