человека, а он ей так доверял, как себе. Куда же она отправляла все сообщения?"
Но в звенящую тишину опять ворвался гул землетрясения, словно природа, удовлетворив любопытство, опять начала свою работу. Стены пещеры снова заходили ходуном. Несколько кусков породы с потолка откололись и свалились, к счастью, никого не задев.
— Нужно уходить, Гомс показал всем на образовавшую от тряски стен отверстие щель. Туда вполне можно было протиснуться всем. Гомс бросился к отверстию, остальные последовали за ним. Промедление могло стоить жизни. Хьяльти поспешно засунул в рюкзак драгоценную табличку, увы одну, и, как казалось, последним покинул помещение.
Но он ошибся, внутри остался Мартин. Нервы у командира наемников были железные. Он не сомневался, что если его даже завалит, то люди отряда числом в пятьдесят человек сумеют его освободить, пусть на это и уйдет пару дней. Он выдержит. Воды под ногами полно, а пища? Ему приходилось и по десять суток голодать, ничего! Мартин вытащил сложенные в рюкзак за спиной холщовые пустые мешки и стал аккуратно туда складывать незнакомых золотых божков и непонятные таблички с письменами. Там в столице ученые разберутся. Он спокойно отметил глазами, как сомкнулись словно двери стены пещеры, которые открыли зияющую трещину, словно для того, чтобы выпустить наружу всех желающих. Словно и не было прохода. Гул затих. Землетрясение прекратилось. Стены его пещеры перестали ходить ходуном. «Пещеры или могильника?»- пронеслось в сознании. Но Мартин уже овладел собой, с ним рядом было столько сокровищ — и тайн, что обращать внимание на такие мелочи у него не было времени и желания.
Мартин разглядывал сокровища добытые кровью невинных, а может и виновных. Он уже мечтал о тех днях, когда сможет себя и Шамшир обеспечить всем. «Да, я несравненный Мартин, уничтожитель шуар и малаката. Наконец-то обрёл свою свободу, и возлюбленная останется навсегда моей» — думал про себя командир военного отряда, но не подозревал, что Шамшир, девушка племени шуара, навсегда проклинает его за смерть родного племени.
— А ты молодец, — донёсся голос Гомса со стороны, — с твоей разведкой только по грибы ходить.
Услышав тестера, Мартин немного занервничал… он же видел своими глазами, как тот шмыгнул в щель наружу.
— Как ты и задумал, я нашёл тебе пластины. Сканируй их и проваливай отсюда — грубо бросил командир.
— Нет, — засмеялся Гомс — теперь это всё моё, так как, я наследник этих несметных богатств.
— Неужели, — со злостью выразился Мартин, — исполнителей нет, я их всех убил, так что можешь помечать чипами смерти хоть миллиард раз.
***
Когда все оказались снаружи, то первое, что бросилось в глаза — разбросанные вокруг огромные скальные куски, дымящиеся, словно куски жареного мяса на сковородке.
Итак, археолог со своей командой покидали пещеру. Снаружи сидели привязанные друг к другу
Пуля и Джек, а вокруг «море крови». Убитые войны малаката внушали неописуемый страх, а мысли шептали людям: «скорее бы смыться отсюда». Но, Хьяльти было всё равно: убьют или он останется жив. Хотя, члены экспедиции подозревали его во всей этой авантюре. Думали: что вся эта подстава с военными, дело рук самого профессора, который жадно хочет забрать всё себе…
Скользкая Тень задрал голову и увидел смерть — высоко, почти под самым небом парил, словно орел приближающийся поток, только не жидкости, а раскаленной лавы. Он двигался вниз с огромной высоты по проложенному горной рекой руслу, но в отличие от воды скользил плавно, без бурунов, подминая под себя все лишние уступы, которые той приходилось с пеной обходить.
И казалось нереальным, что он скоро придет сюда, расстояние было огромным. Но индеец знал, что смерть уже в пути. А землетрясение остановилось, словно любуясь своим огнедышащим дитятей.
Скользкая Тень медленно опустил голову, удивившись наступившей тишине. И он понял почему притихли все участники экспедиции испуганной группкой прижавшиеся к исчезнувшему входу в только что покинутую пещеру сокровищ. Вокруг попарно лежали убитые индейцы и солдаты. Весь этот ужас скорее напоминал батальную картину неизвестного художника, чем реальность. Настолько живописны были позы и выражение страдания, застывшее на лицах. Но увы, все произошло совсем недавно и наяву. Только вдалеке заметно было движение двух удаляющихся фигурок. Индеец гнался за солдатом. Видимо патроны у того закончились, а малаката непременно хотелось поближе познакомится с обладателем будущей тсандзы. Судьба вояки была предрешена.
И действительно, застывшие от ужаса люди заметили, что преследуемый упал, а догнавший его склонился над поверженным.
«Сейчас будет голову отрезать»- констатировал проводник. И Хьялти показалось по тону Скользкой Тени, что тот хотел бы оказаться на месте деловито орудующего каким-то предметом индейца.
Очень скоро лава оказалась рядом, все по совету проводника забрались на один и самых больших камней и люди со смешанным чувством восторга и ужаса наблюдали за тем, как их искала преисподняя. Маленькие потоки лавы отделялись один от другого и с жадным любопытством, словно принюхивающийся к следу добычи хищник, устремлялись в разные стороны.
— Дух Огня ищет нас, — прокомментировал проводник.
— Хорошо, что у него нет глаз, — ответил Хьяльти, оставалось ждать, что будет дальше, а путей отступления оставалось все меньше и меньше. Тут внезапно последовал еще один мощный толчок, все попадали с ног, но предусмотрительный индеец заставил заранее всех привязаться к общей веревке. Теперь, уже лежа, наверно, все дружно благодарили предусмотрительного проводника. Маленький олененок, который тоже находился с ними рядом толчка свалился в жадный поток огня.
— Ему было наверно очень больно, — прокомментировал Йодис. Сердце мальчика, уже устало бороться со страхом, но у детей в таких случаях есть защитная реакция. Они все воспринимают, как сказку. А в сказках всегда хороший конец. У Скользкой Тени такой уверенности не было.
Лежа на подрагивающей, словно вагон, бешено несущегося поезда скале, каждый поминутно прощался с жизнью. И каждый по-своему.
Но внезапно опять все затихло; закончился еще один толчок из бесконечной серии, какой уже по счету!
Хьяльти осторожно посмотрел вниз. Где-то в нескольких метрах внизу, почти на расстоянии протянутой руки чавкала огнедышащая масса. Стало вдруг нестерпимо жарко. Раздался еще один мощный толчок. Веревка в нескольких местах треснула и люди группками повалились со скалы вниз. «Хотя бы не в лаву», — успел подумать Хьяльти и потерял сознание, ударившись головой
