подвергая мучительным испытаниям! А ведь действительно давно могли быть там. Кто поверит в его рассеянность?!«А вслух он произнес, перейдя от обороны к наступлению:
— Значит, это правда?
— Что правда? — сглатывая страх, произнесла Свен.
— Скажи, зачем тебе эта страница, что так разрываешься из-за неё? Ты знаешь что на ней написано?
Женщина отвела взгляд в сторону и промолчала с ответом…
— Отвечай, потаскуха, — выкрикнул археолог.
— Я не знаю, не знаю, — отвечала с растеряно женщина, — там адрес сокровищницы. Я искала человека, кто её прочтёт. — и тут же выкрикнула с яростью: — Верни её мне!
— Иначе что? Убьёшь меня? Тогда, ты никогда в жизни не найдёшь эту сокровищницу! И потом, кто тебе рассказал об этой странице? — Хьяльти призадумался: промелькнули кадры прошлого, когда он рассказывал об этом доктору.
— Вот чёрт, как я сразу не догадался — тебе об этом рассказал Агиль — стукнув себе ладонью по лбу, произнёс профессор. — У вас заговор!
Свен, вся раскрасневшаяся, судорожно всхлипывая, выскочила из пещеры, сорвав на ходу ткань предохраняющую от комаров. Вслед ей бросилась сердобольная Линда.
Но все как-то сразу успокоились. Прошедших дней в сельве не вернуть, как и тех черных волос, которые превратились в белые. Сегодня Скользкая Тень все равно поведет их туда. Даже не верилось, что дождались этого праздника!
***
Труднопреодолимые тропинки гор вели экспедицию в неизвестность. Ведь на самом деле профессор и не знал в точности куда идти, а лишь примерное знание манускриптов позволяло ему вести группу. Проводник вместо того, чтобы идти впереди, плелся сзади археолога. На многозначительные поглядывания, оборачивающегося назад Хьяльти отвечал молчанием.
«Раз молчит, значит еще не дошли». Руководитель экспедиции сразу повел группу, а расстроенный чем-то Скользкая Тень не возражал.
Археолог чувствовал сердцем опустошенность индейца и внутреннее сопротивление. Но у руководителя экспедиции было желание восстановить реноме и уважение участников после унижения, которому он подвергся во время скандала с женой. Цепочка из людей растянулась змейкой по петляющей над пропастью тропинке, которая порой вообще исчезала и приходилось осторожно, обняв скалу, искать, маленькие расщелины, чтобы хоть куда-то поставить ногу. Серпантин — испытание человека на устойчивость. Это не место для слабонервных. Чуть ниже на тропе участники группы заметили индейцев малаката, идущих следом, те вели себя агрессивно и что-то кричали своим бывшим гостям. Из-за напряжения пути никто не обратил внимания, что Мелисса, идущая последней, отстала от команды, а всё ближе подступающая «отара» разъярённых воинов довела девушку до истерики, она внезапно оступилась и полетела в пропасть.
— Мелисса! — закричал Хьяльти, услышав отчаянный вопль дочери. Но даже не повернул головы, нужно было идти вперед. Мечта звала. Травма, нанесенная потерей дочери быстро перешла в грусть, а затем и раздражение, что они из-за этого задержались.
В такие моменты жизни люди становятся закоренелыми эгоистами и циниками. Все уже мысленно держали в руках сокровища. Отряд, как говорят в таких случаях, не заметил потери бойца. Теперь, возможно она умерла, а может и есть господь на белом свете! Избавил девушку от дальнейших испытаний.
Когда тропа закончилась, люди оказались на самой вершине, где было отверстье между двух искривленных сосенок, уходящее вертикально вниз. «Видимо, это и есть вход» — подумал археолог.
"Нет«,- подумал Скользкая Тень. Он вообще был похож сейчас на обреченного, заканчивалась миссия сторожа, а с ней и терялся смысл жизни.
Люди стремительно направились к пещере, а Пуля, Джек и другие мужчины вынуждены были остаться, чтобы хоть как-то остановить обнаглевших не на шутку малаката, размахивающих копями со свирепым видом. Потом началась схватка, солдаты удачи только успевали перезаряжать ружья, а неисчислимая толпа индейцев все наседала. Потом их наплыв ослабел и малаката повернули обратно по тропе вниз. Что могло их вспугнуть?
Но времени на размышления не оставалось. И пока шла кровавая борьба воинов племени с гостями, счастливый Хьяльти пытался спуститься в пещеру.
Все обученные ловко спустились по канату вниз и оказались в огромном просторном «холле».
— Я ничего не вижу, — произнесла Джессика.
Профессор тут же достал из рюкзака керосин и кусочек ткани. Он натянул обмоченную керосином тряпку на железную раздвижную указку.
— Держи, — говорит мужчина, протягивая Даджаре «факел».
Пробирающаяся во мрачном освещении экспедиция, не может разглядеть впереди живущую тьму. С каждым шагом становилось светлее благодаря сталактитам, гигантским сосулькам, свисающие с потолка.
У Хьяльти бешено заколотилось сердце: «Сейчас среди этого сиянья возникает то, к чему всё это время стремилась экспедиция!»
Но они оказались в тупике, пришлось возвращаться. Наверху помрачневший от неудачи Хьяльти посмотрел на Скользкую Тень и с упреком сказал:
— Почему же ты, индеец, не остановил нас, если знал, что это путь в никуда?
— А тебя разве что-то может остановить кроме смерти?
— Да, ты и на этот раз прав, — веди дальше! — Хьяльти опять воспрянул духом.
Все говорило о том, что скоро начнется землетрясение. Природа как могла, предупреждала людей.
В коленках у всех усилилась дрожь. Появилось ощущение, что они только что с праздничного банкета. Но никто ничего не пил сегодня, кроме утреннего чая, напряжение нарастало. Участники экспедиции переглянулись, а Скользкая Тень нахмурился.
Его состояние передалось и Хьяльти, который мысленно уже был на седьмом небе от одного предчувствия, что скоро будет держать в руках… нет, счастье подступило к горлу, сжало мертвым обручем и ученый не мог вымолвить ни слова. Подземный гул усилился; до сих пор он напоминал звук где-то в отдалении мчащегося поезда. Сейчас это уже был почти рев зверя над самым ухом жертвы. И все же, когда они подошли к водопаду и проводник объяснил, как проникнуть в пещеру, никто не дрогнул. Желание оказаться там, среди тайны так будоражило воображение, что даже приближающееся землетрясение никого не могло остановить. Людям казалось, что они успеют, что природа сжалится над выстрадавшими свою мечту. А собственно, ради чего они испытали столько неудобств в сельве и мук, чтобы отступить в последний момент?
Хьяльти первый бросился под грот. Когда в бурлящей воде исчезло его тело, с криком: ": Ой, Боженьки!«- за ним бросилась Джессика. Никто не ожидал такой смелости у бывшей прожигательницы жизни. Но уже давно,
