Я вновь прошелся.
– Что ж, я поговорю с генералом Гурко. Но могу сказать сразу, он будет решительно против отзыва из действующей армии любых техников из числа моторизированных и технических частей. А именно там они в основном и находятся. Так что сильно много мы здесь не выиграем. Но я поговорю.
– И про подвижной состав, ваше величество.
Усмехаюсь.
– И про подвижной состав. Что у нас еще на сегодня?
– Деньги, государь. Колоссальная дыра в государственном бюджете. Я вновь прошу отмены «сухого закона». Эта мера сможет весомо пополнить казну, ваше императорское величество…
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ.
ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО».
20 июня (3 июля) 1917 года
– Рад приветствовать вас в России, синьор Аньелли.
– Благодарю вас, ваше императорское величество, за возможность быть представленным вашему величеству. Для меня это очень большая честь!
– Прошу вас, присаживайтесь.
Я указал на кресло и сам сел напротив. Исполнительный директор компании «Фиат» благодарно склонил голову и присел, сохраняя спину в строго вертикальном положении. Будучи постоянным гостем при дворе моего царственного собрата Виктора Эммануила III, он чувствовал себя довольно уверенно, а о его живом интересе к этой аудиенции можно было судить по блеску в глазах, а также по тому факту, что он для этой встречи совершил длинный и головокружительный вояж. Впрочем, как человек видящий перспективы, он понимал, что рынок России крайне важен и от того, кто первый плотно тут обоснуется, зависит во многом и дальнейший успех. Это понимал и итальянский монарх, оперативно решивший вопрос со своим правительством и банками о предоставлении Российской империи широких льготных целевых кредитов на строительство ряда итальянских предприятий в нашей стране.
– Итак, синьор Аньелли, вы были сегодня на запуске конвейера на заводе АМО.
Тот кивнул.
– Точно так, ваше императорское величество. Сегодня я имел честь лично встречать первый грузовой автомобиль АМО-1, созданный на базе FIAT-15 Ter и целиком произведенный в России на заводе АМО. Благодаря усилиям господ Рябушинских и директора завода господина Бондарева, конвейерная сборка начата и завод начал производить собственные автомобили.
Ага, для этого пришлось устраивать «ночь длинных молний», тащить на ночные допросы Рябушинского и Бондарева и ввести на заводе военную администрацию. Разумеется, вслух я этого говорить не стал, а поинтересовался перспективами расширения производства.
– Ваше императорское величество, на сегодняшний день налажен выпуск пяти автомобилей АМО-1 в сутки с перспективой наращивания объемов выпуска до ноября месяца 1917 года, когда количество выпускаемых авто должно составить запланированные пятнадцать единиц в сутки. До конца сего года планируется выпустить с конвейера 2187 грузовиков. План выпуска на 1918 год согласно договору с Министерством обороны Российской империи – 5000 единиц.
– Да, синьор Аньелли, русской армии очень нужны хорошие грузовики.
– Благодарю вас за высокую оценку нашей продукции, ваше императорское величество! Эти машины заслуженно считаются очень добротными и полезными в армии. Как вам известно, ваше императорское величество, грузовики FIAT-15 Ter имеют грузоподъемность в полторы тонны и могут быть использованы для самых различных целей – от перевозки грузов и солдат до размещения на их базе зенитных и полевых орудий. Эти машины прекрасно проявили себя в ходе итало-турецкой войны в Ливии. После модернизации на основе опыта боевого применения в условиях бездорожья и боевых действий, грузовики этой модели начали поставляться в итальянскую и французскую армии. Теперь я рад, что и в Русской Императорской армии будет на вооружении наш автомобиль. Насколько мне известно, четыреста грузовиков FIAT-15 Ter, собранные ранее на АМО из итальянских комплектующих, уже поступили в русскую армию и получили благожелательные отзывы в войсках.
– Что ж, рад, что выпуск продукции вашей фирмы налажен в России. Но насколько я информирован, ваш визит в мою страну продиктован не только желанием поприсутствовать на сходе с конвейера первого грузовика?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Это истинная правда, ваше императорское величество! У меня намечен ряд встреч с премьер-министром господином Маниковским, министром обороны генералом Палицыным и министром вооружений и военных нужд генералом Манковым. Целью предстоящих переговоров будет возможное строительство в России заводов компании «Фиат» по производству авиационных двигателей, аэропланов и танков. Кредит на строительство уже одобрен банками Италии под гарантии итальянского правительства. Кроме того, насколько мне известно, премьер-министр господин Маниковский инициирует строительство еще одного автомобильного завода, предназначенного для выпуска грузовых и легковых автомобилей нашей марки.
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ.
ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО».
20 июня (3 июля) 1917 года
Встреча с Аньелли произвела на меня приятное впечатление. И самим фактом встречи, и результатами, и перспективами. В том числе и тем, что эта встреча стала весомым сигналом Форду, Рено и прочим господам, которые присматриваются к русскому рынку и сотрудничеству с Россией. Запуск конвейера на АМО уже сам по себе свидетельствовал о том, что наше правительство реально может навести порядок и обеспечить нормальную работу предприятий с иностранным капиталом. Так что на ускорение принятия решений я определенно надеялся.
Нет, разумеется, не всякий приход иностранного капитала является позитивным для экономики страны. В моем времени было предостаточно примеров, как в России, так и в той же Восточной Европе, когда выкупавшие предприятие «инвесторы» просто ликвидировали его под разными благовидными и не очень предлогами. Просто шло уничтожение конкурентов, расчистка рынка под свои, более дешевые или более качественные товары. Или, к примеру, китайцы, которые так любили выкупать крупные фирмы в Европе с целью завладеть документацией и технологиями. Примерно так, кстати, я собирался поступать в Европе после войны. И виды на ту же разоренную Францию у меня были весьма большие, поскольку там должно было оказаться предостаточно интересных предприятий, находящихся на грани разорения. Не только же французам грабить Россию? Надо и нам вывозить к себе все интересное и передовое.
Да и вполне могло случиться так, что многие промышленники постараются покинуть разоренную Францию, перебравшись в другую страну. И кое-кого можно было бы переманить и к нам. Я не откажусь от новых подданных, готовых вкладывать деньги и силы в развитие России.
Впрочем, и у нас дела развиваются потихоньку. «Второй автомобильный завод „Руссо-Балт“» в Москве наконец-то начал работу после эвакуации из Риги. Причем Маниковский волевым решением запретил заводу выпуск престижных лимузинов, четко ориентировав предприятие на выпуск моделей вездеходов С-24/40 с полугусеничным движителем Адольфа Кегресса, личного шофера его императорского… моего персонального водителя, короче. Правда, пришлось зауряд-капитана Кегресса отправить налаживать выпуск автомобилей с его приводом на «Руссо-Балте» и сориентировать генерала герцога Лейхтенбергского курировать процесс от имени Минвооружений. Ну а что прикажете делать? Для сравнения, сегодня завод АМО, работающий на трети своей плановой мощности, производит пять грузовиков в сутки, а «Руссо-Балт» – пять машин вмесяц. Куда это годится? И это при острой нехватке таких вездеходов в действующей армии!
– Ваше императорское величество!
Поднимаю голову.
– Что у вас, Борис Павлович?
– Срочная телеграмма от господина Свербеева.
Принимаю от адъютанта конверт, вскрываю и, прочитав, киваю Качалову.
– Благодарю, полковник.
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ.
ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО».
21 июня (4 июля) 1917 года
