хранимых ими легенд.
Нам вряд ли удастся восстановить в подробностях место действия разыгравшейся драмы, зато ход событий изложен Ассером и автором Англосаксонской хроники достаточно ясно. Ассер, сам побывавший позднее на поле битвы и говоривший с надежными свидетелями, сообщает особенно много живых подробностей.
Даны поднялись в холмы то ли просто грабить, то ли следуя своему плану наступательной военной кампании. Их войско состояло из двух «подразделений»; одним командовали конунги — Хальфдан и Багсег, а другим — ярлы. Англосаксы перегруппировали свои силы подобным же образом. Этельред командовал той частью войска, которой предстояло биться против конунгов, а Альфред с другой частью должен был противостоять ярлам. Позиционное преимущество было за язычниками, ибо их лагерь располагался выше, чем лагерь христиан.
Ранним утром 8 января даны, выстроившись в боевой порядок, в тесном строю двинулись вниз с холма. Альфред был готов действовать, но Этельред слушал мессу и отказался делать хоть что-нибудь, заявив, «что, пока священник не закончит мессу, он, если будет жив, не уйдет отсюда и не оставит служение Господу ради служения людям». По мнению Ассера, победа, одержанная англосаксами в тот день, доказывает, что подобное благочестие было угодно Богу, однако и Альфреда, которого очень раздосадовала эта задержка, можно простить. Он был молод и горяч. Враг быстро приближался. Тогда он, секундарий, полностью взял командование на себя. Он построил войска вокруг знамен Уэссекса и повел оба подразделения в атаку, ринувшись вверх по склону холма «как дикий кабан». Этельред, «с оружием и молитвами», последовал за ним, и схватка разгорелась. Ассер пишет далее:
«В том месте рос одинокий терновый куст, который я видел собственными глазами. Вокруг него собралось вражеское войско, оглашая воздух дикими криками; они дрались во имя зла, в то время как наши люди сражались за свою жизнь, за тех, кого они любят, и за родную землю»{27}.
В течение короткого зимнего дня кипел бой, но под вечер разбитые даны обратились в бегство. Они беспорядочно отступали в свой лагерь в Рединге, а победители уэссекцы преследовали их до темноты. Повсюду на плоских вершинах холмов лежали убитые. Конунг Багсег пал в этой битве, сраженный, по преданию, Этельредом; с ним погибли пять прославленных ярлов: Сидрок Старший, Сидрок Младший, Осбеарн, Френа и Харольд — и несчетное множество воинов, чьи имена остались нам неизвестны. Некоторые из тех, кому удалось спастись, возвратились в Рединг только на следующий день. Никогда, говорится в Хронике, со времен прихода саксов в Британию, не случалось на этой земле столь кровопролитного сражения.
Хронисты позднейших эпох, во многом ангажированные монархией и Церковью, преувеличивали заслуги Этельреда и благотворное влияние его набожности. Уильям Мальмсберийский даже писал, что победа англосаксов оказалась под угрозой из-за безрассудства Альфреда, но своевременное появление короля спасло ситуацию. Альфред и правда выказал немалое мужество и своеволие, что приоткрывает нам с неожиданной стороны логику развития его характера. Прилежный ученик и благочестивый раскаивающийся грешник превратился в яростного юного воина, нетерпеливого и самоуверенного, который безрассудно, хотя и с благородным пылом, спешит навстречу любой опасности. Кровь воинственных предков бурлила в его жилах, когда он рвался вверх по склону впереди своего войска в бледном свете январского утра, и королевство, которым ему вскоре суждено было править, лежало у его ног как награда победителю.
Персонажем одной из легенд, связанных с Белым Конем, был святой Георгий, по преданию убивший дракона на Дрегон Хилле — холме эшдаунской гряды. В лице Альфреда Уэссекс обрел настоящего драконобойцу, который принес своему королевству победу в долгой войне с многоголовой викингской гидрой, и именно на Эшдаун Альфред впервые понял, по крайней мере отчасти, смысл возложенной на него трудной задачи.
При всей грандиозности этой победы Этельред и его брат не сумели закрепить достигнутый успех. Пока Хальфдан оставался в Рединге и собирал остатки своего разбежавшегося войска, уэссекцы почивали на лаврах. Монастырская традиция Абингдона, однако, дает нам некий ключ, позволяющий объяснить это кажущееся бездействие. Хронист сравнивает Альфреда с Иудой Искариотом за то, что он отнял у монастыря поместье Абингдон и все связанные с этим права — не лучший способ возблагодарить Господа за победу над данами при Эшдауне{28}. Вероятно, Альфред пытался обезопасить верховья Темзы, построив форт в Абингдоне, из которого можно было бы приглядывать за лагерем данов в Рединге и куда не составляло труда добраться из обеих королевских резиденций — Вантежа и Ламбурна, расположенных по разные стороны от беркширских холмов. Монастырь, судя по всему, был в 871 году разграблен данами, так что от него сохранились только стены; монахи разбежались, унеся с собой реликвии и документы.
Если в стратегические планы Альфреда входило обеспечить безопасность западных земель, он, наверное, был разочарован, когда две недели спустя после битвы при Эшдауне, даны из Рединга, отказавшись от планов наступления на запад, совершили марш-бросок на юг, в Гемпшир. Уэссекцкое войско еще не было распущено и преградило путь врагу в Бейсинге на Лоддоне в двенадцати милях от Рединга по дороге на Винчестер. Последовавшая за этим битва завершилась, как сочли даны, их триумфом, но в реальности победа ничего им не дала, ибо они прервали свое наступление в Южном Уэссексе и ни с чем вернулись в лагерь. Уэссекцы теперь вынуждены были занять новую линию обороны на высоких холмах к югу от долины Кеннета, прикрывавших Винчестер, Солсбери и Уилтон.
Вероятно, в следующие несколько недель были совершены некоторые из тех «многочисленных вылазок», которые, по словам Хроники, совершали элдормены, королевские тэны и «Эльфред, брат короля» (последняя цитата подразумевает, что из всех упомянутых лиц, по крайней мере, Альфред участвовал в стычках до того, как вступил на трон).
Так или иначе, с приходом весны язычники, собрав все свои силы, возобновили натиск, и еще одно крупное сражение этого богатого событиями года состоялось у «Меретуна» (Mereturi). «Меретун» отождествляли с Мертоном в Суррее и другим Мертоном неподалеку от Рединга, а также Марденом возле Девайзеса, но в данном случае речь почти наверняка идет о Мертоне, расположенном по соседству с Бедвином в Уилтшире. Он представляет собой стратегически важный пункт на римской дороге, соединяющей Винчестер и Мальборо, из которого можно контролировать подходы к Винчестеру и Солсбери; кроме того, неподалеку от него сходятся границы трех графств — Беркшира, Гемпшира и Уилтшира.
Ассер, как ни странно, вовсе не упоминает об этой битве, но краткие записи Хроники сообщают о том, что войско язычников разделилось на два и в какой-то момент оба войска начали отступать (возможно, это был обманный маневр), но потом даны воспряли духом, так что
