– За мной, – скомандовал Хальцифер, едва одарив меня взглядом. Я не шелохнулся.
Не такой, каким я его представлял.
Крепкий, смазливый, с мужественным подбородком, словно растили для утех. И вовсе не гнедой, кличка лгала. Он был блондином с гривой жестких вьющихся волос почти до лопаток. Из одежды Хальцифер носил только штаны, никакой обуви, зато сверху на плечи был накинут театральный плащ с оторочкой. На шее – рабский ошейник весь в царапинах.
– Шмары, брысь, – приказал я девицам, повисшим на пропахшем потом и азартом альфе. – У меня дело к вашему хозяину... А ты тут главный, да? Ты знаешь, зачем я пришел?
– Договор с людьми. Ничего нового.
Значит, у нас в стае завелась крыса. Или информацию сливали люди-помощники?
– Девочки, вы его слышали, – Хальцифер стряхнул любовниц и повторил, глядя на меня уже с большим интересом. – Прошу за мной. Разговоры потом.
А когда мы оказались в самом пристойном помещении из видимых ранее, захлопнул дверь перед прислужниками и деловито сказал:
– Хотите мира, так ведь? Только из-за этого меня потревожили?
– Да.
– Я согласен.
Неожиданно. И слишком легко, чтобы можно было выдохнуть с облегчением. Он считал мою позу, выражение лица и расплылся довольной улыбкой опытного ловеласа.
– Прошу тебя, брат, мы ведь не враги друг другу! Я готов усмирить этих дикарей за одну скромную услугу – и только. Ничего серьезного, можешь поверить. Одна мелочь – и перемирие у вас в кармане!
– Что именно?
– Может, сначала выпьем? Обсудим возможные альтернативы? Нет? Ну нет, так нет. Люблю деловую хватку у тех, кто обычно предпочитает использовать зубы для решения проблем, – Я демонстративно зевнул. – Говорят, у вас появился мастер, способный взломать защитную систему Долорецких. Женщина. Это так?
Упоминание Ланы застало врасплох. Заставило ощетиниться.
– Кто говорит?
– Хорошие друзья. Глупые враги. Вижу, они не лгали... Я рад.
Стирх! Сука! Почему-то я даже не ожидал от себя такой сильной реакции. Мне захотелось вцепиться в глотку тому, кто мог дать нам временную передышку.
– Кем ты был раньше, если ни один взломщик дистрикта до сих пор не смог снять с тебя это гребанное украшение? – спросил я, плохо слыша свой голос. Улыбка напротив стала еще шире. Белые клыки выделялись в полумраке, точно недавно отполированный капкан.
– Ах это? Забавная история. Меня растили с одной целью – убивать пробудившихся… растили специально для наследника Дома. Слышал о Романе Долорецком?
31
Часть 3. Пробуждение
Иелана
Что-то странное творилось с обоими моими защитниками. Маркус вернулся бледный, возбужденный, хотя по рассказам отца всегда прекрасно справлялся со стрессом. Пытался намекнуть на побег, но откуда у него такие возможности? А этот нездоровый блеск глаз…
У-у, голова гудит.
Слишком многое стояло на кону, чтобы я допускала ошибки, которые могли повлиять на будущее.
Так еще и Рохан явился с разбитыми кулаками. Он расположился в кресле у неработающего голографического камина – что за бесполезная штука! – закинул ноги на колченогий пуфик и принялся рассказывать столпившимся вокруг сородичам о стычке с ужасным оборотнем-палачом. Я была не уверена, что подобным стоит делиться в присутствии волчат, но остальных взрослых, похоже, это ничуть не беспокоило.
– Ну и дыра же место, которое они забили! Не зря мы отбили центр города, хотя бы доступ к резервуарам с пресной водой имеем, можем на них надавить, если потребуется, – небрежно объяснял он. – Хальцифер собрал под своим руководством слабаков. Они так задрожали, когда меня увидели. Чуть в штаны не наделали!
Несколько пятилеток громко захихикали.
Хм, кажется, я поняла, что он делает. Старается создать иллюзию стабильности у самых уязвимых членов стаи. Им сегодня пришлось несладко. И хотя жертв не было, кто знает, как страх отразиться на их восприятии.
Лейла, вытянувшись в струнку, стояла рядом и негромким голосом задавала наводящие вопросы.
– Их примерное число?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Не знаю. Больше нас. Но у многих остались snock-ошейники, особенно среди мужчин, охранявших государственные объекты. Они не смогут трансформироваться, не смогут даже убить без приказа, ведь хозяева погибли.
– А Хальцифер?
– Он сильно пожалел, что недооценил нас, – хмыкнул Рохан. – Мы поговорили наедине, мне даже пришлось применить силу, но оно того стоило!
Что-то недоговаривает…
Альфа посмотрел сквозь восхищенную толпу на меня, и ноги сами двинулись навстречу. Дети спокойно уступали дорогу. Так странно, все без исключения знали о наших отношениях, но никто не пытался их осудить. Мне позволили подойти к Рохану и осторожно спросить, присаживаясь на подлокотник кресла:
– Вы подрались на его территории? Звучит безрассудно.
– Это была не драка. Простой обмен любезностями. Существа, подобные этому головорезу, уважают только грубую силу. Не забивай голову, детка…
– Так что потребовал Хальцифер? – перебила Лейла, щелкая пальцами между нашими лицами, дабы вернуть внимание товарища к более важным вещам. – Какова его цена? Мы потянем?
– Он хочет, чтобы я стал его другом.
– И все?
Я была согласна с прекрасной волчицей – опять умалчивает самое важное, это написано у Рохана на лбу, лжец из него никудышный. Да и требование какое-то нелепое. Нельзя ведь взять и заставить чувствовать к кому-то симпатию.
– Этому психу кажется, что я напрасно растрачиваю свои таланты у Ангмара. Он хочет получить больше влияния, думаю, он слегка напуган. Я не стану переходить под его опеку, но пришлось дать обещание подумать над его предложением. Мы в безопасности. Временно, конечно.
Малыш по имени Юджин, до этого момента катавшийся на тяжелой бархатной шторе, свалился на пол, и зал заполнило плачем. Толпа любопытствующих медленно рассасывалась. Одни пошли успокаивать пострадавшего, другие, получив ответы, отправились изучать замок. Я осталась рядом с гладиаторами, надеясь, услышатьвсюправду.
– А если честно? – спросила, пытаясь отыскать взглядом Маркуса.
Мой телохранитель испарился. Ушел раньше, чем Рохан закончил хвастаться своими успехами. На душе стало неспокойно. Мне определенно стоит уделить ему внимание, когда уляжется основная пыль. Выслушать, поддержать, дать выговориться. Так поступают друзья.
– Пятый, не молчи, – попросила Лейла, наклоняясь к спинке кресла и кладя руку с тонкими заостренными пальцами ему на грудь. – Он не мог так просто тебя отпустить. Не тот, кто вешает людей на фонарных столбах.
– Угадала. Какие вы у меня умные, девочки, аж страшно, – Рохан невесело улыбнулся. – Их альфа – экспериментальный образец, который Долорецкие вывели, чтобы натравить на оборотней правящего Дома и его столпов. Аристократы знали об особенностях нашего вида и хотели использовать их в военных целях.
– Как ты…
– Хальцифер сам мне рассказал. Ничего не получилось лишь из-за случайности, цепная реакция началась раньше, чем все было основательно подготовлено. Теперь наш братец-волк хочет поквитаться. А для этого ему нужна свобода от оков.
Я вспомнила его слова о большом количестве оборотней в ошейниках и начала понимать. Мне стало неуютно. Попросту страшно. То, о чем говорила Ната, ситуация в дистрикте, где все было подчинено моему несостоявшемуся жениху, где жили люди, работавшие на его семью… Детали мозаики начинали складываться в неоднозначную картину.
Славию могли разорвать на части внутриполитические распри? Борьба за власть между самым богатым семейством и временно-правящим Домом?
– Что будет, если я помогу ему?
– Ты туда не пойдешь, – мгновенно ощетинился беловолосый альфа. – Нет уж. Придумаем другой план.
– Дружок, – мягко укорила Лейла. – Не бросайся в крайности, Ангмару это не понравится. Нам следует обдумать это предложение с холодной головой.
– Иди-ка ты менять памперсы, подруга. Вы в моих владениях, и если хотите остаться здесь, то лучше молчать. Девочкой вы рисковать не будете.
