По дрожи в ее голосе герцог догадался, что она ему жена.
– Думаю, вам нужно что-нибудь посовременнее, – заметил он, шутливо указывая на клавикорды.
– О, это… было бы замечательно. Клола бросила на него быстрый взгляд и снова спрятала глаза за длинными ресницами.
– Что вы играли? – спросил он. Поколебавшись, Клола ответила:
– Эту мелодию я сочинила сама, хотя… мне кажется, она навеяна Моцартом.
– Вы играете на фортепиано?
– Да.
– Тогда я куплю вам рояль фирмы Джона Бродвуда.
Клола радостно всплеснула руками, и глаза ее загорелись восторгом.
Герцог не знал, как тосковала Клола в отцовском доме без рояля своей бабушки!
Мгновение – или вечность – мужчина и женщина смотрели друг на друга, и слова были им не нужны.
Почувствовав, что молчание слишком затягивается, Клола спросила:
– Вы хорошо поохотились?
– Отлично! – рассеянно ответил герцог, как будто думал о чем-то другом.
– Я… рада за вас.
– Надеюсь, вы не скучали здесь в одиночестве?
– Джейми был так любезен, что показал мне весь замок. Это было очень интересно.
Герцог вдруг пожалел о том, что не сделал этого сам, но тут же напомнил себе, что Джейми лучше знаком с замком.
– Надеюсь, замок произвел на вас впечатление, – заметил он.
– Как же иначе? – пылко ответила Клола. – Он великолепен! Я никак не ожидала, что он настолько великолепен!
– Вы, должно быть, уже поняли, что мой дедушка был большим оригиналом, – с улыбкой заметил герцог.
– И вы должны быть ему благодарны. Он наполнил замок сокровищами, которыми вы можете по праву гордиться.
– Я не уверен, что «гордиться»– подходящее слово, – резко ответил герцог. – Вы знаете, что я убежал из этого замка, от души желая навеки забыть и его, и родных, и Шотландию?
Эти слова прозвучали вызывающе, почти грубо. Но Клола только подняла свои удивительные глаза и тихо ответила:
– Я понимаю, как вы страдали. Мы должны сделать так, чтобы Торквил и Джейми никогда не испытали ничего подобного.
И герцог с удивлением понял, что ей действительно небезразлична судьба его племянников.
Обменявшись еще несколькими незначащими словами, они разошлись по своим комнатам.
Переодеваясь к ужину, Клола была так поглощена мыслями о статном, красивом муже, что даже не замечала злобных взглядов миссис Форс.
Не успели все сесть за стол, как вдалеке послышался отдаленный громовой раскат и в открытое окно ворвался порыв свежего ветра.
– Так я и думал, – заметил мистер Данблейн.
– Надвигается гроза? – спросил герцог.
– Это было заметно еще с утра, – ответил управляющий. – Такая удушливая жара всегда предвещает грозу.
– Верно, день выдался чертовски жаркий, – вставил лорд Хинчли. – На охоте я просто обливался потом.
– Ничего, скоро станет прохладнее, – успокоил его мистер Данблейн и приказал слугам закрыть окна.
– Хорошо, что прошлой ночью не было дождя! – глубокомысленно заметил лорд Хинчли.
Клола подумала о том же.
Летние грозы в Шотландии бывают поистине страшными. Грохот грома и сверкание молнии сменяются настоящими потоками воды с неба; ручьи превращаются в бурные реки, а реки выходят из берегов, и дороги становятся совершенно непроходимыми.
Клола от души надеялась, что все Килкрейги уже добрались домой и что Торквил успеет вернуться домой до начала грозы.
Он уехал после завтрака, и за обедом Клола его не видела.
Впрочем, и вчера вечером Торквил не ужинал вместе с остальными. Может быть, герцог считает, что Торквил еще слишком мал?
Ее отец сажал детей за общий стол, как только им исполнялось пятнадцать. Клола понимала, что к Торквилу нельзя относиться как к несмышленому ребенку – это его только испортит.
Однако она считала себя не в праве вмешиваться в дела герцога. Нужно подождать, пока замок Нарн не станет ее домом.
Клоле трудно было даже мысленно назвать это огромное здание, полное чужих людей, «своим домом». Но она была практична и понимала, что, как только домашние герцога привыкнут к ее присутствию, она должна будет стать здесь полноправной хозяйкой.
Конечно, не все и не сразу с этим смирятся. Какое-то время Клоле придется побыть в неприятном амплуа «новой метлы», которая «по-новому метет».
«Я не стану ничего предлагать или тем более требовать, пока не почувствую, что стала здесь своей», – сказала себе Клола.
Впрочем, для людей, подобных миссис Форс, она никогда не станет своей. Интересно, много ли слуг придерживаются таких же взглядов?
Герцог и лорд Хинчли увлеченно рассказывали мистеру Данблейну об охоте на куропаток и фазанов на Юге. Клола не участвовала в разговоре – только, не отрываясь, смотрела на герцога, и с каждой минутой он казался ей все красивее.
«Он выглядит сильным и властным, как настоящий вождь, – думала Клола. – Несомненно, вчера это почувствовал не только его собственный клан, но и Килкрейги».
Клола с нетерпением ждала возможности поговорить с ним наедине. Может быть, это удастся завтра, когда уедет лорд Хинчли… или даже сегодня вечером…
При мысли о предстоящей ночи Клола залилась румянцем, и герцог, не отрывавший от нее глаз, задумался о том, что могло ее смутить.
«Какие удивительные у нее глаза! – думал он. – Ах, если бы я мог угадать, о чем она думает!»
После ужина вся компания под звуки волынок направилась в библиотеку: мистер Данблейн сообщил, что гам есть старинные книги об охоте, которые, возможно, заинтересуют герцога и лорда Хинчли.
Клола, предоставленная самой себе, бродила вдоль книжных полок и мечтала о том, как долгими вечерами будет читать все эти книги подряд!
Через некоторое время, почувствовав, что все устали и готовы разойтись по своим комнатам, она первая пожелала мужчинам спокойной ночи.
– Я уеду завтра на рассвете, когда вы будете еще спать, – заметил лорд Хинчли. – Мне надо спешить ко встрече короля. Но, поверьте, я буду считать часы и минуты до новой встречи с вами.
– Спасибо, – ответила Клола.
Все еще держа ее за руку, лорд Хинчли продолжил:
– На прощание позвольте еще раз пожелать вам с Тэраном счастья. Он – мой лучший друг, и я искренне рад за него.
– Благодарю вас, – с улыбкой ответила Клола.
Лорд Хинчли поцеловал ей руку, а она присела в глубоком реверансе.
Затем Клола перевела неуверенный взгляд на герцога. Но тот молчал и, кажется, не собирался ни целовать ей руку, ни желать спокойной ночи. Залившись краской, Клола выскользнула из комнаты, а в спальне, как она и боялась, ее уже поджидала миссис Форс.
Однако Клола твердо решила, что сегодня никому больше не позволит себя расстроить. Она не сказала ни слова, и миссис Форс помогала ей раздеваться в полном молчании.
