Провожатый открыл эту дверь перед Седриком и повторил:
– Хоум, хоум!
Седрик шагнул вперед.
За дверью было темно, и пахло не ночной свежестью, а затхлостью и мышами. Седрик хотел было повернуться к своему провожатому и задать вполне естественный вопрос, но дверь за его спиной захлопнулась, и Седрик оказался в совершенной темноте.
Он шагнул вперед, споткнулся о какой-то ящик и едва удержал равновесие.
Не хватало только упасть и переломать в темноте все кости!
Седрик медленно, руками ощупывая темноту перед собой, развернулся, кое-как нашел дверь и попытался открыть ее, но это ему не удалось.
Дверь была заперта.
– Выпустите меня немедленно! – крикнул Седрик. – Я бельгийский подданный! Я требую встречи с послом!
Никто ему не ответил.
Он повторил ту же самую фразу по-английски, возмущенным тоном, – но с тем же самым отсутствием результата.
Зато, обшаривая дверь, он случайно нащупал кнопку выключателя.
В первый момент свет показался ему ослепительным.
Привыкнув к нему и оглядевшись, Седрик выяснил, что он оказался в кладовке размером не больше шести квадратных метров.
Кроме него, в этой кладовке находилось несколько фанерных ящиков. Об один из них он и успел споткнуться в темноте.
Когда Катя в прошлый раз выглядывала в коридор, он был залит мягким светом нескольких бронзовых бра, теперь же там было совершенно темно, только неяркий свет из Катиного номера рассеивал мрак. Возле двери стоял прежний румяный парень. Увидев его, Катя обрадовалась.
– Ты тут?! – проговорила она, невольно приглушив голос. – Извини, я не увидела охранника на улице и забеспокоилась…
Только тут она заметила, что ее охранник выглядит взволнованным и сжимает в руке переговорное устройство.
– Вы говорите – его нет? – настороженно переспросил он. – Странно… и по рации не отвечает…
– Может быть, пошел в обход вокруг дома… – неуверенно предположила Катя.
– Но рация должна работать… И свет вдруг отключили… – теперь парень перешел на шепот.
Он замер, к чему-то прислушиваясь, и вдруг, схватив Катю за руку, вытащил ее в коридор.
– Ты что?! – зашипела она, пытаясь вырвать руку.
Вместо ответа парень приложил палец к губам и поволок Катю прочь от двери номера. Катя обмерла от страха и едва переставляла ноги, послушно, как марионетка, следуя за охранником.
Они прошли половину коридора, когда впереди них, на лестнице, чуть слышно скрипнула половица. Парень дернул ближайшую дверь, она, к счастью, оказалась не заперта, и беглецы проскользнули в темное помещение.
Это был не гостиничный номер, а что-то вроде кладовки или чулана.
Катя и охранник едва поместились там вдвоем.
Катя прижалась к стене, сдерживая дыхание, и вдруг почувствовала правым локтем чье-то прикосновение.
– Это ты?! – прошептала она, хотя понимала, что охранник стоит с другой стороны и никак не мог дотронуться до ее локтя.
– Что? – донесся слева едва слышный голос.
– Здесь кто-то есть! – выдохнула Катя, чувствуя, как от страха волосы ее становятся дыбом и все тело покрывается гусиной кожей.
Парень придвинулся ближе к ней, протянул руку…
Катя медленно, боясь лишний раз вздохнуть, повернулась вправо.
Глаза ее уже привыкли к темноте, и она различила буквально в нескольких сантиметрах от себя смутно белеющее человеческое лицо.
– Ох, блин! – прошептал парень.
В эту секунду в маленькое окошко кладовки заглянула луна, прорвавшись сквозь мчащиеся по небу тучи, и осветила видневшуюся в темноте фигуру.
Катя закусила рукав, чтобы сдержать крик.
Возле самой стены стояла горничная Анжела.
Ее лицо было перекошено гримасой ужаса и боли. А шею девушки перехватывало свернутое жгутом полотенце, конец которого был привязан к трубе отопления.
Собственно, Анжела не стояла, а висела, едва касаясь ногами пола, задушенная кем-то и повешенная на трубе…
Катю забила крупная дрожь. Еще мгновение – и она упала бы без сознания, но охранник обнял ее, прижал к себе что было силы, и начал гладить по спине и плечам, пока девушка немного не успокоилась.
– Кто это ее… – прошептала Катя. – Когда же это наконец кончится…
Парень снова прижал палец к губам и осторожно выглянул в коридор.
Оттуда доносились приглушенные мягким ковром шаги.
Катя собралась с силами, отвернулась от мертвой девушки и тоже выглянула в щелку.
По коридору медленно крались двое людей.
Они уже прошли мимо Катиного убежища и теперь приближались к четвертому номеру, который она только что покинула.
Один из них осторожно приоткрыл дверь номера, огляделся и пропустил вперед второго. Когда оба скрылись за дверью, охранник шепнул Кате:
– Бежим, пока они внутри!
Они выскочили из кладовки и, стараясь шуметь как можно меньше, помчались к лестнице. Сбежав на первый этаж, они пролетели мимо стойки портье. Катя бросила на стойку мимолетный взгляд. Сначала ей показалось, что Артур спит за своей стойкой, откинув назад голову, но тут она разглядела торчащую у него из горла рукоять ножа и залитую кровью рубашку.
Впрочем, ей некогда было рассматривать труп, некогда было предаваться сочувствию и жалости. У нее не было времени на эмоции. Вслед за охранником она подбежала к двери отеля.
Парень с размаху толкнул дверь, вылетел на крыльцо – и буквально нос к носу столкнулся с широкоплечим приземистым громилой, который поднимался ему навстречу.
Громила резко выдохнул сквозь зубы, выхватил из рукава короткий широкий нож, как шулер вытаскивает козырного туза, и бросился на Катиного спутника.
Парень отскочил в сторону, сделал обманное движение левой рукой и в ту же секунду ударил противника ногой в живот. Громила покачнулся, выматерился сквозь зубы и снова ринулся в атаку. Ловкий парень выставил вперед левую ногу, схватил бандита за рукав и вроде бы несильно потянул его на себя. Массивный и неповоротливый, громила по инерции двинулся вперед. Он перелетел через выставленную ногу парня и тяжело грохнулся на крыльцо отеля.
Катин охранник подскочил к нему, собираясь нанести еще несколько ударов, чтобы завершить начатое, и только тогда увидел, что громила не подает признаков жизни, а на крыльце под его телом растекается огромная кровавая лужа.
Видимо, падая, он напоролся на собственный нож.
– Вот, блин! – проговорил парень, отступив на шаг. – Я его убил!
Лицо его, все время горевшее здоровым румянцем, внезапно покрылось мертвенной бледностью.
– Я его убил! – повторил охранник, не сводя округлившихся глаз с трупа. – Я его убил!
Он сделал несколько шагов на подгибавшихся ногах.
Катя поняла, что настала ее очередь быть сильной.
Она подошла к охраннику, обняла его, погладила по непослушным волосам.
– Соберись, – прошептала она. – Сейчас не время расслабляться. Все еще только начинается…
– Да… – парень отстранился, вздрогнул и еле слышно произнес: – Это первый, кого я убил… прости, я и впрямь расслабился… больше это не повторится. Бежим! – И он устремился к воротам.
– Как тебя зовут? – спросила Катя, догоняя его. До нее внезапно дошло, что она не знает имени человека, который наверняка спас ее от смерти и только что убил из-за нее человека, убил в первый раз в жизни.
– Сергей! – ответил парень, дергая ручку калитки.
Калитка была заперта.
Времени на то, чтобы возиться с замком, у них не было.
Сергей обернулся к Кате, сложил руки крестом. Она поняла его с одного взгляда, поставила ногу на подставленные руки, оттолкнулась, ловко перемахнула через калитку, спрыгнула на землю… и тут же попала в чьи-то объятия.
– Ну что, набегалась? – произнес прямо над ее ухом насмешливый, неприязненный голос с ленивой уголовной растяжкой. – Самое время отдохнуть!
Катя попыталась вырваться, забилась, как бьется в сетях пойманная рыба, но это было бесполезно: сильные мужские руки крепко сжали ее, как стальные тиски.
Она извернулась, бросила растерянный, умоляющий взгляд на калитку, через которую только что перебралась, на Сергея, от которого ждала помощи… и увидела, как тот, вцепившись в кованые прутья калитки, медленно сползает на землю.
Лицо молодого охранника казалось удивленным и каким-то детским, а из-под его подбородка торчала рукоятка ножа. Темная кровь толчками выплескивалась из глубокой раны.
– Ну что ты вертишься, что вертишься? – процедил тот же насмешливый голос. – Парнишку своего ищешь? Думаешь, он тебе поможет? Спекся твой молокосос! Молодой он еще, неопытный… куда ему против меня!
Катя отстранилась, с ненавистью и страхом взглянула на поймавшего ее незнакомца.
Это был невысокий худощавый мужчина средних лет. Впалые скулы, изрезанное шрамами лицо, маленькие цепкие глазки, экономные движения опасного хищника.
