глаза, мое учащенное сердцебиение. Мои вздохни, его напористость.
— Поцеловать меня хочешь? — нагло спросила я, пока он медлит.
— Нет, не хочу, — он ехидно ухмыльнулся.
— Хочешь, — я знала, что он врет.
Притворяется и специально играет со мной.
Тут его губы жадно захватили мои. Он приподнял меня за руки, я обхватила его спину ногами.
Жадно, страстно, он целовал меня, забираясь своим языком в мой рот. Я прикусывала его губы, обхватывала его шею руками.
Он сильно сжимал мои ягодицы, я чувствовала его каменный стояк в станах и гладила его волосы, пока наши губы не перестали наровится овладеть друг другом.
Мурашки по коже, возбуждение. Я хочу его. Я хочу этого злого и ужасного бандита, который сейчас поднял меня над землей.
Когда он остановился, приподнимая уголки губ в удовлетворенной улыбке, я скопировала его действие.
Он продолжал меня держать, я продолжала пилить его взглядом.
Страсть, химия, дикое желание. Между нами только похоть, только мать его похоть.
Он опустил меня на землю и прижал к себе. Он гладил меня по волосам и я сочла это странным.
Что его останавливает? Сейчас? Что? Мужчина загадка. Не понимаю его.
Но пахнет от него просто потрясающе. Аромат очень ему подходит. Такой дерзкий, резкий, слегка вызывающий, если так можно выразиться в сторону мужчины.
— Тебе пора домой, принцесса.
— Не хочу, — буркнула я ему в грудь.
— Твой брат и отец будут за тебя переживать, — Алик поднял руку к моим лопаткам.
— Папе плевать, — возмутилась я.
— Он себя так не ведет, когда ему плевать.
— Так вот, ты знаешь больше чем я.
— И ты его узнаешь, у тебя будет несколько дней, пока я не заберу тебя.
Я отпрянула от него и подняла голову, смотря прямо ему в глаза.
— Ну раз пора, хорошо, — с абсолютным хладнокровием произнесла я.
Представить не могу, как пройдут эти пару дней, но хоть сейчас я чуть успокоилась.
Глава 28 Скальпель
Николай
Я вертел в руках скальпель и стоял над телом Вики.
Она была пристегнута к столу и смотрела на меня со страхом.
— Фармацевт, не надо, хочешь я теперь на тебя работать буду.
— Моя сестра пожелала твоей смерти, — лишь с ухмылкой произнес я, поднося к ее телу.
Она тут же задергалась, мои помощники придержали ее за ноги.
— Коля не надо, Коля, я тебя умоляю, дайте мне еще шанс.
МНе было до жути интересно, что же она такого мне может сказать?
Я опустил скальпель и опустился прямо над ней.
— Что ты можешь сказать мне такого, чего не скажет твое сердце?? — я надавил рукой на ее грудью, — тук-тук. Тук-тук.
Она была в ужасе. Это видно по ее телу, по ее действиям и словам.
Я психопат и меня это забавляет. Несчастная, испуганная, но самое главное враг. Она враг и предательница. Раз она знала, могла бы и прийти, сказать, я бы не поверил, но проверил. А так, а так я и сам в бешенстве.
Такое с рук спускать не принято и она, хорошо зная мою вспыльчивую натуру, решила поиграть со мной в эти игры.
— Я тебе уже все сказала, но если я смогу работать на тебя, узнаю гораздо больше, — пищала Вика, — а Карина, она же, она же не серьезно. Ты ее не знаешь, она добрая душа. Она просто разозлилась.
— Даже если так, это ее воля, — я навис прямо над лицом этой заплаканной проститутки, — а я уважаю ее мнение, каким бы оно не было. Тебе не стоило так себя с ней вести. Ты привыкла, что тебе все сходит с рук, но Вика. Мы не все. Слышишь.
Она стала дергаться еще сильнее, я кивнул своему хирургу.
— Прощай, Вика, — я встал и разогнулся.
Выпрямил спину и добавил:
— Усыпляй эту суку. Посмотрим что у нее внутри, еще не сгнившее.
— Коля нет! Коля не надо! Коля я люблю тебя и всегда любила! Коля! Коля! Нет!!!!
Она кричала долго. Долго, но не сильно, чтобы заставить меня резать ее наживую. Не успела меня разозлить, хотя возможно стоило бы.
Я закончил с этой сукой и вышел в коридор, снимая перчатки. Бросил их в мусорку и отправился на выход. Фуф. Надо бы поспать, ночка выдалась…. Тяжеленькой.
Я переоделся, взглянул в зеркало, поправил волосы и направился на улицу.
На сегодня с меня все. Пусть работают дальше сами, я итак уже несколько дней почти не сплю.
Дома горел свет, непривычно. Обычно в это время тут уже все спят.
Машина Алика припаркована. Он тут, отлично.
Я зашел в дом и столкнулся с ним в коридоре.
Ох уж эта ситуация сегодня. Надеюсь на благоразумие друга. Я ж ему глотку вырежу за сестру. Пусть я ее не знаю, точнее знаю плохо. Факт есть факт.
— Перекурим? — спросил друг, доставая сигареты.
Мы вышли на террасу, я поставил перед ним пепельницу.
— Че там, заебись все? — спросил он, закуривая.
— Да ничего, сука ебаная, выдала, что любит меня, а я не додумался ответить, что люблю ее органы, — отшутился я, после того, как выпустил из легких дым.
— Вот стерва.
— Кстати о стервах, ты спишь с моей сестрой?! — а вот это уже на полном серьезе.
— Да, спал.
Я на секунду прям хотел ему по роже вьехать. Сука.
Выдохнул, еще раз прикурил.
— Она мне понравилась Коль, я ее не обижу.
— Алик блять, — прошипел я, сдерживаясь, — мне эта хуйня не нравиться.
— Полегче, я ж говорю.
— Брат прости, это нахуй переходит границы уже. Ты блять как вообще посмел ее трахнуть? — я как представлю, точнее нет, даже не буду представлять.
Сука, гребаный бабаник. Мне ей потом сопли вытирать? Увольте. Мне потом между другом и сестрой разорваться.
Он сделал затяжку и посмотрел мне в глаза.
— Я же сказал, она мне понравилась.
— Когда тебе кто нравился? — решил припомнить я, — лет 7 уже, после Евы. Вспомни, никто. Думаешь я поверю в то, что ты блять решил остепениться в девчонкой, которую знаешь меньше недели?
— Я не говорю, что женюсь на ней. Просто понравилась, друг, я не собираюсь блять морочить ей голову, — он положил руку мне на плечо, — она мне понравилась.
Я выдохнул. Вот сука. Мотнул головой.
— Как будто у тебя некого было ебать. Обязательно моя сестра? — не могу успокоиться. Я ж думал, она пошутила.
— Стоп, — его лицо стало каменным, — мы взрослые люди. Разберемся. Я тебе зуб даю, херни не будет. Услышь меня, брат.
Я мотнул головой и принялся докуривать сигарету. Ой блять.
